Ателье попаданки. Камзол для дракона

Глава 15. Элена

Элена. Непрошенный визит.

На следующий день, когда я с головой ушла в работу в ателье, пытаясь смыть с себя впечатления от бала, он нашел меня снова. Дверь скрипнула, и в мастерскую вошел Генри, на этот раз один, без свиты. На нем был дорогой, но скромный кафтан, будто он старался выглядеть «своим» в этой простой обстановке.

— Леди Элена, я принес вам заказ, — объявил он, и его голос прозвучал неестественно громко в тишине мастерской. Аннет, сидевшая в углу, встревоженно подняла глаза.

— Лорд Генри, я не помню, чтобы мы обсуждали с вами в прошлый раз… — начала я, но он перебил меня, сделав несколько шагов вперед.

— О, простите, но это мое спонтанное решение. Мне нужен новый плащ, что-нибудь… впечатляющее, но мы можем обсудить детали в более уединенной обстановке. — Его взгляд скользнул на Аннет. — Не хотели бы вы пройти снова в подсобку?

«Нет. Ни за что», — пронеслось у меня в голове и я отрицательно замотала головой.
— Аннет — моя правая рука. И все, что касается заказов, она в курсе, — твердо сказала я, оставаясь за большим раскроечным столом, как за баррикадой.

Генри поморщился, но не настаивал. Вместо этого он начал снова медленно обходить мастерскую, касаясь пальцами тканей, беря в руки инструменты и тут же бросая их.
— Удивительно, — произнес он наконец, остановившись прямо передо мной. — Такой талант. Такое… понимание людей. И все это — здесь, на краю света, в услужении у моего брата-солдафона, чьи интересы простираются не дальше границ карты и остроты меча. Не кажется ли вам это расточительством?

Я почувствовала, как закипает гнев. «Солдафон». Так значит он говорит о Ториане.
— Ваш брат, лорд Генри, дал мне возможность заниматься тем, что я люблю. Он увидел потенциал там, где другие видели лишь изгнанницу. Я называю это не расточительством, а мудростью.

— Мудростью? — он фыркнул. — Или удобной возможностью прибрать к рукам что-то яркое и новое? Он всегда был таким. Забирает то, что блестит, поиграется и бросает. Его замки полны таких побрякушек. Вы просто следующая в коллекции, я вам уже об этом говорил, но вы видимо упрямая.

Его слова были отточенным кинжалом, и он целился точно в самое уязвимое место — в мои собственные тайные страхи, но сейчас они вызвали не страх, а ярость, дикую и жгучую злость.
— Довольно, — сказала я тихо, но так, что он замолчал. — Вы переходите все границы. Мои отношения с вашим братом — не ваша забота. И мой талант — мой собственный. Я не «трачу» его на кого-либо. Я вкладываю его в свое дело, и именно это дело привлекло внимание вашего брата, а не наоборот.

Генри замер, его маска светского льда дала трещину, и сквозь нее проглянуло что-то злобное и неприятное. Его холодные голубые глаза прожигали меня насквозь.
— О, как сильно сказано, — прошипел он. — Вы действительно верите, что можете быть ему равной? Что он рассматривает вас только как диковинку или… теплую постель по ночам?

Это было уже откровенное хамство. Я выпрямилась во весь рост, чувствуя, как красные пятна гнева заливают щеки.
— Вон, — сказала я, указывая на дверь. — Сию же минуту, ваш заказ мне не интересен. Аннет вычеркни Лорда Генри из списка наших клиентов, если ты уже успела его туда занести.

Он не двинулся с места. Вместо этого его губы растянулись в улыбке, лишенной всякой теплоты.
— Элена, как вы грубы. И как… предсказуемо. Ведьма, сосланная за колдовство, проявляет свой истинный нрав. Ничего, мадемуазель. Скоро об этом узнают все. О том, что вас изгнали не просто так, что ваш «талант» имеет темную подоплеку. И что любая дама, на которую вы посмотрите с завистью, может проснуться с седыми волосами или хуже того, внезапно умереть по неизвестной причине...

Угроза повисла в воздухе, тяжелая и зловещая. Он не просто хотел меня скомпрометировать. Он решил меня уничтожить, вернуть клеймо ведьмы, но уже здесь, в Империи Красных Гор, где хозяином был Ториан.

— Попробуйте, — выдохнула я, глядя ему прямо в глаза, не моргая. — И посмотрим, чья репутация пострадает сильнее, когда выяснится, кто распускает гнусные слухи о женщине, находящейся под прямой защитой Генерала Драконов. Теперь вон и больше не возвращайтесь.

Мы стояли, измеряя друг друга взглядами. В его глазах бушевала ненависть. Но он был трусом в душе. Он не посмел тронуть меня физически. Сделав театральный, язвительный поклон, он развернулся и вышел.

Я опустилась на табурет, дрожа всем телом. Аннет подбежала ко мне.
— Миледи! Что он… Что он сказал?

— Ничего хорошего, — прошептала я. — Он начинает войну. Грязную войну сплетен.

Теперь я понимала все. Генри видел во мне не просто угрозу своему влиянию на брата. Он видел во мне силу. Силу, которую нельзя было купить или запугать, и это бесило его. И теперь он попытается сломать меня самым подлым способом — украсть мое доброе имя. А семя сомнения, которое он сеял в меня насчет Ториана, было лишь тактикой, первым ударом.

Я смотрела на дверь, в которую он вышел, и чувствовала, как страх сменяется холодной решимостью. Он развязал игру, что ж, я научена не сдаваться, но теперь я знала наверняка то, что тень брата была куда опаснее и коварнее, чем я могла предположить. И следующей моей встречи с Торианом мне нужно было бояться по-настоящему. потому что яды Генри уже начали свою работу.