Аурика всё делает правильно

1. Новый день, ничего особенного

Аурика проезжает свою остановку. Задумалась, замечталась под гомон таких же студентов, как и она. И вот, пожалуйста: поезд открывает перед нею двери уже не в Бадеше, а в Ирамисе.

Ей не нужно в Ирамис! Ей нужно в Бадеш, на факультет вычислительной техники. Теперь туда ехать целых полчаса, и она точно опоздает на пары.

Вскочив с места, Аурика бросается к раздвижным дверям вагона, волоча за собой чемодан на колёсиках. Вокруг неё – сплошь иностранцы. Смеются, пихают друг дружку, заговорщически помалкивают, сидят тихо, как мышки. В летнюю пору многие одеты легко, их весёлая разноцветная одежда составляет разительный контраст с элегантными костюмами Аурики, которая любит носить всё чёрное.

Её волосы завиты в крупные спирали – она просто ничего с ними не делает после мытья головы. Летом волосы сохнут быстро. К моменту, как гиперлуп останавливается в Ирамисе, кудри окончательно обретают форму.

Аурика выходит на станции, тянет за ручку увесистый чемодан, где собраны материнские платы, блоки питания, модули оперативной памяти и прочие компьютерные детали. У неё важный и сложный проект, поэтому из дома в Миноске она вечно таскает с собой крупногабаритный багаж. Другие, как правило, передвигаются налегке – учебный планшет, многофункциональный мобильник и, в общем-то всё.

Между странами нет границ. Можно поехать на занятия в любую точку мира, просто сев на суперскоростной поезд, гиперлуп, или же более медленный маглев на воздушной подушке, который курсирует между ближними городами.

Линиями поездов – легковесными, гибкими – пронизаны и земля, и небо. Там же, в небе, встречаются персональные дроны, доступные лишь самым состоятельным, оснащённые сенсорами и искусственным интеллектом.

Однажды Аурика завершит проект, откроет свой бизнес, накопит денег и купит собственный дрон. А пока что – бороться, не сдаваться, тащить за собой чемодан и ловить заинтересованные взгляды прохожих.

Она хорошо знает Ирамис, город пустынь и камня, здесь живёт её подруга Рахель. Вот только что Рахель делает на станции? Неужели её ждёт?

Чернобровая, темноволосая, смуглая, она машет Аурике издалека, бежит навстречу, сияя заразительной улыбкой от уха до уха.

– Надо же, не зря я пришла, как чувствовала! – запыхавшись, говорит она и лезет обниматься. – Ты почему здесь?

– Свою станцию проморгала. Сейчас перейду на другую платформу и поеду обратно. Но на первую лекцию уже не успеть.

– Тогда что насчёт того, чтобы немного задержаться? – спрашивает Рахель, хватая её за руку. – Ты, наверное, и не завтракала ещё.

– Есть такое дело, – сознаётся та.

– Мой отец приготовил вкуснятины, идём.

– Стряпня Ноама – это что-то с чем-то! – смеясь, соглашается Аурика.

Готовит у Рахели только отец. Он один присматривал за нею, когда ей было шесть, один собирал дочь в школу, когда ей исполнилось восемь, заплетал ей чудесные косички с бантами и подарил на совершеннолетие широкую серебряную цепочку на шею.

Мать умерла от тяжкого недуга, и глава семейства носил по ней траур больше трёх лет. Даже в мыслях он всё ещё не может ей изменить.

Чемодан грохочет колёсами по каменной мостовой, Рахель и Аурика переходят проезжую часть в старом городе и спешат вниз. Там, среди грубо отёсанных домов, белеет башня ордена Лекарей – Эмуна Браха. Ноам в ней хозяин и главный апологет.

Её величественные стены выложены из светлого камня и чуть ли не сверкают на солнце. В период дождей весь первый этаж башни уходит под воду, поэтому смотреть здесь особо не на что: все ценные реликвии хранятся на втором и третьем этажах.

Внутри пахнет благовониями, от которых Аурика немедленно начинает чихать. Она проходит мимо колонн, украшенных мозаикой и резьбой, поднимается на второй этаж, и чемодан вновь гремит – теперь уже по каменным крошащимся ступеням.

Ноам выходит навстречу и помогает затащить вещи наверх.

– Надо же! Какими судьбами! – восклицает он и разверзает рот в белозубой улыбке.

Высокий, субтильный, с приятным безбородым лицом и густой седой шевелюрой, Ноам считается в городе (да и во всей стране) лучшим лекарем, к которому без конца стекается народ. Это ещё хорошо, что Аурика приехала за час до открытия, иначе к башне ей было бы не протолкнуться.

Длинное одеяние Ноама, золотое с голубым, стелется по полу, шуршит, отражает свет, струящийся в окна. Странники в Эмуна Браха гости желанные, друзья и подруги Рахели – тем более. Проходи, садись, Аурика, поешь, как следует.

Ноам держит себя в крайней аскезе, скудно питается, делает много физических упражнений, подолгу совершенствует знания и навыки. Он не позволяет себе злиться в присутствии людей, всегда благожелателен, всегда открыт миру.

Мне бы так, думает Аурика, которой сейчас так вкусно, что аж за ушами хрустит. Но ей до Ноама далеко. Она слишком резкая, чересчур оберегает личные границы, любит всласть поспать и сытно поесть. Жизнь в изобилии – прекрасная жизнь, и пусть кто попало в неё не суётся.

Ей на глаза попадаются фигурки на подоконниках, сделанные в виде зверей в человеческих костюмах. Вон хитрющая лисица, а вон проказливый енот. Барон Филин в плаще – давний любимец Аурики – как обычно, суров и неприступен. Белка-летяга в смешном платьице – милейшее существо, так и тянет потискать. Кот задумчиво и степенно стоит, заложив руки за спину. А скунс во фраке – тот ещё гордец, вечно задирает нос.