Аурика всё делает правильно

9. Море, любовь, пирожки

В мире, где еду синтезируют наноботы, а мультиварки варят супы по нейроскану твоего настроения, Суфи упрямо взбивает тесто руками. Его кухня – царство живого огня и настоящего пара. Пирожки с капустой и повидлом – золотистые, со сливочной корочкой; яичные роллы с хрустящей каймой; ванильные булочки, от которых будто сам воздух становится сладким... Всё это исключительно его рук дело.

Аурика восхищена. Она ест, жмурясь от блаженства. Повидло липнет к пальцам, крошки – к уголкам губ, а она смеётся и причмокивает, как ребёнок. Будто и еду-то нормальную впервые пробует.

– Ты же мог просто заказать ужин голограммой, – говорит она, с удовольствием надкусывая очередной пирожок.

– Этот ужин не отражал бы моей искренности, – возражает Суфи. – Я вложил в свои блюда всю любовь. Что, неужели не чувствуешь?

У Аурики краснеют уши. Вот как он может так спокойно и открыто об этом говорить? Впрочем, он ведь её уже поцеловал. Стало быть, шутки кончены. И отныне его любовь будет прятаться в каждой булочке и каждом яичном ролле, в каждой чашке с чаем и даже в обычном взгляде, брошенном невзначай.

Разве не этого она хотела?

Хотела – получила. Прими, смирись. А может, возрадуйся.

Выбрав второе, Аурика принимается уплетать стряпню Суфи за обе щеки.

За окном качаются на волнах баркасы. Звёзды тонут в чёрном бархате неба. Ветер пахнет солью. И беспокоиться как будто совершенно не о чем.

Только вот Суфи возвращает её с небес на землю.

– Завтра снова на пары, – напоминает он, собирая со стола тарелки. – Пойдёшь?

Она вздыхает. Море, любовь, пирожки – это вполне можно было бы растянуть на целую вечность. Но реальность дремлет и не даёт свободно вздохнуть.

– Пойду, – отвечает Аурика. – Там мой чемодан, ноутбук… Да и брат наверняка волнуется, гадает, куда я пропала. Хотя вряд ли. Я домой не вернулась, а он даже сообщения не написал.

Она жмёт на кнопку телефона, чтобы подсветить экран с заставкой, и проверяет пропущенные. Действительно, ни строчки, ни звонка. Одно разочарование, а не брат.

В спальне у Суфи много книжек с картинками – детских, разноцветных, с плотными белыми страницами и запахом типографской краски, резким и немного волшебным. При желании их можно использовать вместо подносов – такие они широкие.

Аурика листает сказку про летающих котов и смеётся. Она смеётся над глупым драконом, который боится принцессы. Над маленьким вредным королём, которого никто не замечает в его же собственном королевстве. И Суфи украдкой любуется ею.

– У меня для тебя особенная сказка, – говорит он, присаживаясь рядом. – Давай, ты ляжешь в кровать, и я тебе почитаю.

Аурика укладывается на мягкие подушки, укрывается пледом, и Суфи начинает читать.

Это сказка о переходе. О том, что мир вовсе не создан для радости и удовольствий. О том, что мир – это место, где справедливости никогда не добиться. А готовиться нам надо к переходу в настоящий дом, где жизнь вечная, болезней и смерти нет и действительно никуда не надо бежать.

Наша жизнь – читает Суфи, ведя пальцем по листу, – это школа, которую нужно пройти перед поступлением в вечность. Мы рождаемся для постоянных экзаменов. Ходим в школу внутри школы, в университет внутри школы, на работу внутри школы и пытаемся поуютнее устроиться внутри школы, даже толком не зная её расписания. А потом где-нибудь ка-а-ак бахнет...

"Бдыщ!" Что это было? Ах да, урок. Или, может, экзамен. И мы к нему, конечно, не подготовились.

– Правильно ли я поступила, когда решила оберегать реликвию? – шепчет Аурика, проваливаясь в дрёму. – Правильно ли я делаю, что подвергаю себя опасности?

– Ты всё делаешь правильно. Спи.

Он гладит её по голове, и Аурика утопает в сладчайшем из снов. Вовек бы не просыпаться.

***

На следующий день они приходят на факультет вместе, чуть ли за руки не держась. Подружки Аурики – скупая на слова Нэйва и смешливая Тинатин – возвращают ей чемодан и рюкзак, а потом осведомляются, не встречаются ли они с Суфи.

Аурика всё отрицает.

«Нет, мы не встречаемся».

«Мы пришли в одно и то же время, потому что так совпало».

«Прекратите нести чушь!»

Её голос становится звонче, когда мимо проходит Джабир. Он должен услышать, что между нею и Суфи ничего нет, потому что этого поганого южанина ей надо непременно перетянуть на свою сторону. Ей надо следить за ним и выведывать у него, что затевают последователи Веккеритвы.

Большой перерыв между лекциями – идеальное время, когда можно напрямую заняться всем вышеперечисленным.

Сразу после долгой трели, сигнале о перемене, Аурика и Джабир направляются в парк, и подносы со сбалансированной пищей летят за ними по воздуху. Удобно: можно прогуливаться и есть.

Аурика рассказывает Джабиру о своей вымышленной связи с Веккеритвой, якобы она тоже состоит в этой секте. Разумеется, в присутствии адептов слово «секта» произносить не стоит, поэтому Аурика быстро исправляется: не секта, а, конечно же, община. Но ошибка уже допущена.