Ава и пророчество

Глава 15. Точно ли обычный сон?

Глава 15. Точно ли обычный сон?

Я бегу? Скрываюсь? Но почему? От кого? Вопросов много, а ответов не находится. Я не знаю этой местности. Вокруг меня окружают деревья, высокие, старые. Из-за бега, рассмотреть все не получается, но и остановиться не выходит. Звуки сливаются в один, и разобрать что-то очень сложно. Но в этом лесу явно звуков больше, чем должно быть. Но кто их издает? Кажется, эта местность таит в себе опасность, но мне она не грозит. Почему?
Складывается ощущение, что меня этот лес принимает за свою. Странно. Очень странно.

Я продолжаю свой бег. Пытаюсь посмотреть на свои руки, ноги, но вижу лишь расплывчатое изображение. Я быстро бросаю эту затею. Наверное, так и должно быть. Продолжаю свой побег, а через несколько мгновений появляется новое чувство в груди. Что это за чувство? Боль? Потеря? Разлука? Что?
Кажется, что найти ответ не получится, но на удивление он сам всплывает в моей голове. Как будто, кто-то решил мне подсказать его. Но кто?
В прочем, сейчас волнует другое. Боль от разлуки. Это то самое чувство. Но от разлуки с кем? Я не понимаю абсолютно ничего. И все больше начинаю сомневаться в том, что это действительно я. Но если нет, то кто эта девушка? И почему я вижу это…

Все останавливается, бег начинает замедляться, вскоре и прекращается полностью. Я наконец могу осмотреться. Все тот же лес, но рядом какой-то одинокий дом. Выглядит он внушительно, хоть и находится в таком мрачном месте.

Далее я решаю осмотреть себя. Ладони и пальцы похожи на мои, но нет, это не я. Кожа чуть грубее, значит женщина немногим постарше меня. Но кто она?
Судя по ощущениям, ростом она не слишком отличается от меня. На ней сейчас накидка, достающая чуть ли не до самой земли, серого цвета. Но что меня удивляет больше всего… живот. Ее округлый живот. Хоть накидка и просторная, но это выделяется, если присмотреться. Она беременна, но почему бежит? Почему скрывается? Где ее любимый человек? Все становится еще запутаннее. Я уже понимаю, что это сон, и очень стараюсь не проснуться в самый ненужный момент. Мне кажется, что это что-то очень важное для меня. Я наверняка не знаю этой женщины, и очень странно, что мне кажется этот сон важным, но надеюсь, мне удастся увидеть больше и разобраться.

Сбоку раздается какой-то шорох, он сначала пугает меня, я хочу дернуться в сторону, но вспоминаю, что это сон и я не могу что-то сделать, лишь смотреть. Чувства страха женщина не испытывает, наоборот, она будто бы рада, что ее сейчас потревожат и она не будет сидеть в одиночестве.

Я ожидаю увидеть человека, но…На том месте появляется волк. Он достаточно необычный, белый с красными горящими глазами.
Женщина улыбается, явно улыбается. Усаживается прямо на траву, хлопая рядом с собой. И я наконец слышу ее голос. Он для меня, конечно же, незнаком.

– Мой друг.

Волк издает протяжный вой. Конечно же я уверена, что мне не удастся понять что-либо, но я глубоко ошибаюсь. В голове звучит мужской голос:

– Зои. Ты все же приняла такое решение. Не скажу, что удивлен. Но я рад тебя видеть.

Зои, вот как зовут эту женщину. Но это имя мне ничего не дает.
Она издает грустный вздох. А волк в это время ложится рядом с ней, укладывая морду на ее ноги, не сводя при этом с нее своего пристального взгляда.

– Ты же знаешь, что так будет лучше. Теперь я должна думать о ней, не о себе. – Сказав это, Зои поглаживает свой живот. Она так нежно и бережно это делает. Любящая мать…

– Но ты ведь могла рассказать ему. Вдруг, вы нашли бы выход? Что ты планируешь делать теперь? А главное, чем я могу помочь? – Вновь раздается голос в голове. Волк кажется таким грустным. Он действительно очень переживает за эту женщину.

Женщина некоторое время молчит, поглаживает за ухом волка. В ее голове пролетают мысли, но я не могу ухватиться за какую-то конкретную.
А когда ее голос наконец раздается, он кажется таким надрывным. И я понимаю, что услышу что-то очень печальное.

– Выхода другого нет, друг. Если бы я рассказала ему, это бы только усложнило все. Вальтер скоро поймет, что ему нужно искать именно мою дочь. Что я буду за мать, если не смогу ее защитить? Даже с помощью Андриана, у нас вряд ли получится защитить ее здесь. Я должна уйти. Далеко и навсегда. Мы больше не увидимся с тобой…

Последняя фраза режет слух.
Волк подрывается со своего места, не сводя своих красных глаз с женщины.

– Но… Куда ты пойдешь? Я могу идти с тобой. Я всегда был рядом, и хочу продолжать это делать. Я обязан тебе своей жизнью. Смогу защитить тебя и твою дочь.

Зои вновь тянет свои руки к волку, он не сопротивляется.

– Тебе туда нельзя. Я ухожу в мир без магии. Там волков убивают. А я не могу позволить тебе погибнуть.

– Мне все равно на это. Я хочу быть рядом. Мы не модем расстаться навсегда.

– Ты давно отплатил мне за спасение своей жизни. И не должен постоянно быть рядом, если ты делаешь это ради своего долга.

– Не ради этого. Ты мой друг, Зои. И так останется всегда.

– А ты мой. Но ты действительно не можешь пойти со мной. Я не всемогущая, мне бы еще быть уверенной в том, что я смогу перенести нас двоих с малюткой. К тому же, мои силы сейчас кажутся мне неподвластными.

– Не удивительно. Твое эмоциональное состояние напрямую зависит от твоей магии. Тебе нужно взять себя в руки, хотя бы ради дочери.
Но ты же сможешь вернуться, когда она вырастит?

– Ей нельзя появляться здесь. А я не смогу оставить ее.

– Но ведь пророчество… Ей нужно оказаться здесь. Ты же понимаешь, что только она может вернуть все на круги своя.

– Если она вернется, Вальтер может убить ее. А я не уверена, что даже тогда смогу помочь.

– То есть ты выберешь вариант, где она не будет знать о своем предназначении?

– Это ведь ради ее безопасности…

Волк отстранился от женщины. Отошел к ближайшему дереву, намереваясь уйти. Но прежде, чем это сделать, он вновь развернулся к Зои, обвел ее взглядом.

– Я не стану тебя учить жизни, Зои. Ты сама знаешь, как она устроена. И ты, как никто другой, знаешь, что будет, если пророчество не сбудется. Драконы ведь могут исчезнуть полностью. Это твой мир, мой дражайший друг, и не думаю, что ты сможешь просто смотреть, как он превращается в ничто. Я не знаю, что ты решишь в итоге и как сложится твоя судьба. Но знай, я буду тебя ждать, Зои. Ждать столько, сколько понадобится. И я присмотрю за твоим домом. Прощай, и до скорых встреч. Мне хочется верить, что они у нас еще будут.

Волк скрылся за деревом. Показалось, что он просто испарился, не оставив за собой ничего.

Женщина подорвалась, ее голос дрогнул:

– Подожди! Я…

Но волк не вернулся. Зои прикрыла лицо руками, стараясь не пустить слезы.
И уже тише добавила:

– Ты мне очень дорог, береги себя. И прости меня за все.

Ответа можно было не ждать, ведь он уже ушел, а она говорила так тихо, но так думала я.
А ответ все-таки был. Где-то вдали раздался вой. А в голове снова появился голос:

– И ты мне дорога. И потому я не могу перенести наших долгих прощаний. Ты была первой, кого я увидел, когда родился, если не считать моей мертвой матери. Я никогда не забуду всего, что ты сделала для меня. Береги себя и свою маленькую копию. А я буду беречь ваш дом.

Зои все же пустила горькую слезу. Она медленно стекала по щеке, но она не обращала на это внимания. Тихо прошептала:

– Я понимаю, что ты прав. Мы еще встретимся.

Ответа не последовало, но она его и не ждала. Я чувствовала боль, когда понимала, какая у них судьба, но я была посторонним человеком. Что же чувствовали они? Я не могла даже догадываться.
Но женщина старалась взять себя в руки. Потихоньку она успокаивалась.

Бросив последний взгляд на свой дом, и доверив его другу, она поплелась прочь.
Она рассуждала про себя, но сейчас я могла четко разобрать все.

«Сейчас мне нужно успокоиться, иначе силами воспользоваться не получится. А мне сейчас как никогда нужны эти силы. Ведь в моих руках сейчас и жизнь моей девочки. Совсем скоро она явится на этот свет и будет очень хорошо, если не в этом мире…Иначе я не знаю, кто может узнать об этом и прийти по ее душу. Как и не знаю о том, какой знак принесет ее рождение, а знак наверняка будет. Ведь она ребенок из пророчества.
Возможно, не расскажи я о нем, все могло быть иначе… Но мой белый друг убедил, что я обязана рассказать, ведь от этого зависит судьба многих драконов. Но знай я сразу, что этим ребенком будет она… Я, как мать, пожалуй, не стала бы говорить. Но узнала я это позже. Такова значит судьба…»