Авантюрист поневоле Том 2

Глава 10

"В Многомирье обитают чудовища самых невероятных форм и природы. Некоторые из них настолько древние и ужасные, что даже произносить их имена вслух считается опасным. Вот лишь несколько таких существ:

Змей-Драконис, известный также как "Тот, кто глотает время" .
Он не летает, не выпускает пламя и не шипит. Но стоит ему лишь взглянуть на вас слишком долго — и вы вдруг станете старше на целое столетие.

Гончие Костей.
Не духи. Не звери. Просто кости… только бегущие. Они приближаются.

Подземный Разум, или просто "Существо, которое мыслит" .
Обитает в бесконечных лабиринтах магических подземелий. Его мысли медленны, но неумолимы. Оно знает, когда вы входите. Оно думает о вас.

Статуи Жажды.
Красивые. Трагичные. Бездушные. Это каменные изваяния древних героев, проклятых за гордыню. Их цели просты: они хотят того, чего лишились сами. Душу. Память. Любовь.

Чёрный Шар.
Нет глаз. Нет рта. Нет формы. Только тень. Голодная. То, что исчезло в её бездонной тьме, больше не возвращается."

“Заметки старого авантюриста” Бартоломью Громогрюм

Группа, собрав оставшиеся припасы и проверив снаряжение, двинулась к следующему мосту — узкому деревянному переходу, перекинутому через зияющую пропасть между столбами. Доски под ногами жалобно скрипели, раскачиваясь под порывами ветра. Где-то внизу, в темноте, ухал невидимый поток, словно живое существо хрипло посмеиваясь над их бедственным положением.

Витя шагал молча, сжимая рукоять рапиры так. Его взгляд был прикован к следующему столбу — массивной скале, из которой торчал мрачный лабиринт. Каменные стены высились над землёй, покрытые зелёным светящимся мхом и древними, едва различимыми рунами. Узкие проходы вели внутрь, петляя в неизвестность. Из глубины тянуло сыростью и холодом.

— Брат… — прошипел рядом Гримзл, прищурив жёлтые глаза и нервно потирая ладони. — Это место на кладбище не похоже. Может, обойдём? Вон те столбы вон не такие страшные….

Рейна, стоявшая у входа в лабиринт с перекрещёнными на груди руками, смерила гоблина ледяным взглядом.

— Нет времени на прогулки, — отрезала она. — Каждый обход — это день, когда мы остаёмся без еды и шанса выбраться отсюда.

— Она права, — лениво добавила Лира, опираясь плечом о стену и поигрывая остро отточенным кинжалом. — Нам надо спешить. Чем раньше пройдём — тем больше шансов остаться целыми.

Витя почувствовал, как поднимается мучительное чувство — смесь вины и желания доказать, что он не просто лишний. Он сделал шаг вперёд и поднял руку.

— Я… я знаю, как пройти лабиринт, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Есть метод… называется правило одной руки.

Все взгляды обратились к нему. Эдвин настороженно поднял брови, Гримзл перекосился, а Рейна чуть приподняла подбородок.

— Предлагаешь принести руку в жертву местным духам? — слишком оживлённо поинтересовался Ключепер.

Гримзл с шорохом отступил на шаг, прижимаясь к Рейне, будто та могла его защитить от гипотетических ампутаций.

— Начнём с него, — мрачно предложила Лира, кивая на гоблина.

— Эй! — возмутился Гримзл, шляпа съехала ему на ухо. — Я против ритуальных жертвоприношений, особенно если жертвоприносимый — я!

— Объясняй, — коротко бросила Рейна, не отводя взгляда от Вити.

Он сглотнул, откашлялся и начал:

— Это простой принцип. Выбираешь одну сторону — правую или левую — и всё время держишь на ней руку. Идёшь, не отпуская стены, даже если кажется, что поворачиваешь не туда. Метод медленный, но в конечном итоге выведет наружу.

Эдвин захлопал в ладоши, словно только что услышал настоящее откровение.

— Это же гениально!

Гримзл почесал затылок, буркнул:

— Ну, это точно лучше, чем бродить наугад.

Рейна и Лира переглянулись. Их лица оставались суровыми, но спорить не стали.

— Ладно, — холодно сказала Рейна. — Пробуем по твоему.

Витя кивнул, выпрямился, сделал вдох. Он шагнул в первый поворот лабиринта, положив ладонь на холодный, влажный камень правой стены. Остальные двинулись следом.

Лабиринт, несмотря на зловещие шорохи, пульсирующий свет мха и пугающую тишину, оказался... подозрительно мирным. Группа, напрягшись до предела, ожидала подвоха за каждым поворотом: лавины камней, ловушек, неведомых существ, вылезающих из стен, или хотя бы призрачного намёка на древнее проклятие. Но не случилось ничего.

Ни стремительно обрушивающихся потолков, ни мрачных горгулий, оживающих с жутким скрежетом. Ни даже бестелесного "бу!" от заблудшей тени. Только бесконечные серые коридоры, тускло светящийся мох, капли воды, падающие с потолка с ленивой периодичностью, и глухое эхо шагов.

— Напоминает катакомбы моего родного города... только без пьяниц и крыс, — проворчал Гримзл, подпрыгивая, чтобы размять лапы. — Скорей выбраться на поверхность и вдохнуть немного нормального воздуха, с пылью, дымом и криками торговцев. А ещё хочу пирожков.