Авантюрист поневоле Том 2

Глава 13

"Неизвестно, каким образом Каллинагу удалось склонить на свою сторону четверых вождей Всадников, однако появление драконов в небесах над полями Гош-Хадата стало для армии союзников полной неожиданностью. В тот день пали десять великих королей людей и семь великих королей эльфов. Среди павших — король атрамайских эльфов Эльтуван и двое его сыновей. Третий сын, принц Мальтуван, чудом остался в живых, но получил тяжкие ожоги, кои навеки изувечили его тело и душу.

Родной мир принц больше не увидит. После победы на полях Гош-Хадата Каллинаг повел свои полки на Атрамай. Там, в Изумрудных залах, некогда славившихся пением и светом, были казнены сёстры и мать Мальтувана — смерть их свершил сам Каллинаг."

Из труда неизвестного летописца, обнаруженного в руинах библиотеки Тар-Фалана.

Товарищи Тюрина недолго блуждали по одиночке — уже спустя пару часов они встретились в очередной шестиугольной комнате и ждали появления Вити. Лира точила кинжал с такой сосредоточенностью, словно на поверхности точильного камня видела лицо старого врага. Эдвин, развалившись у камня, листал мемуары Люциуса “Последний Заказ”. Рейна сидела в стороне — её единственный изумрудный глаз не отрывался от тёмной арки, из которой они выбрались, а пальцы выстукивали нетерпеливую дробь на рукояти Осколка Зари. Гримзл расположился рядом и методично грыз сухарь, найденный, как обычно, невесть где.

— Он не придёт, — буркнула Рейна. — Этот подлец наверняка слинял, как только остался один.

Гримзл фыркнул, рассыпая крошки. Но прежде чем Рейна успела сбить его нелепую шляпу, чтобы не фыркал ей, из арки вывалился Витя — споткнулся о свои же сапоги и чуть не уткнулся носом в пол. Шляпа слетела c его головы, но он махал руками, как тонущий, заметивший спасательный круг, и улыбался при этом своей устало-очаровательной улыбкой.

— Эй! Рад, что с вами всё хорошо! — выдохнул он, швырнув на пол набитый едой мешок. — Думал, вечно буду блуждать по этим комнатам-лабиринтам.

— Наконец-то, — холодно отозвалась Рейна, хотя плечи её всё-таки немного расслабились. — Я думала, ты сбежал.

— Сбежал? — Витя моргнул, распутывая свой сюртук, который он решил использовать как сумку для головы Лаэриона. — С чего ты взяла?

Рейна ответила ему взглядом: “Ты это сейчас серьезно?”

— Ах, да… — кивнул Витя.

Лира смотрела на них и думала, что попала в довольно странную компанию. Причём она снова подметила, что она где-то уже видела этого Витю Тюрина. Только вот где — память упорно молчала.

— Эй, Витя, а меня представишь своим друзьям? — прозвучал голос, и Тюрин осторожно достал голову эльфа.

— Я — Лаэрион Звёздный Ветер, искатель приключений, поэт и временно просто голова. Очень приятно с вами познакомиться! — Его взгляд скользнул по Лире и Рейне, и лицо приняло театрально-печальное выражение. — Виктор, негодяй! Ты мне ничего не говорил про этих очаровательных муз! Моё сердце, будь оно при мне, трепетало бы, увидев такую красоту. Могу ли я осмелиться узнать ваши имена, прелестные дамы?

— Серьёзно? — хмыкнула Лира, с трудом сдерживая улыбку. — “Дамы”? Это что-то новенькое. Обычно ко мне обращаются: “Эй, ты с ножами!”

Рейна напряглась, пальцы судорожно сжались — она решала, кого сейчас лучше придушить: Лаэриона или Витю за то, что притащил эту трепло-голову.

— Ты просто обязан был прихватить эту болтливую башку, да? — процедила она сквозь зубы. — А, если это ловушка подземелья?

— Для тебя, чаровница, я могу быть кем угодно! — почти пропел Лаэрион.

Рейна уже собралась пнуть надоедливую голову, но внезапно сморщила нос и принюхалась.

— И что это за вонь?

Гримзл подскочил к, принесенному Витей, мешку, выудил оттуда здоровенное колесо сыра, запах которого мог бы победить любую нежить.

— Вонь? Да это же благоухание цветочных полей! — заявил он, размахивая сыром, как знаменем. — Настоящий деликатес! — Он откусил здоровенный кусок и закатил глаза от удовольствия. — Ммм! Самый лучший сыр в моей жизни! Вы, ребята, его не достойны! Но, — гоблин посмотрел на Витю, — с тобой, брат, поделюсь.

— Я ограничусь консервами, — ответил Тюрин, не горя желанием приближаться к этому сыру.

Посчитав, что дальше спорить из-за какой-то ерунды — глупо, наши герои решили немного передохнуть перед следующим марш-броском сквозь Четвертый этаж. Рейна, которая изначально относилась к появлению Лаэриона с явным недоверием, вскоре обнаружила, что эта голова может быть полезной. Она отвлекает Эдвина.

Самопровозглашённый учёный отложил книгу и теперь обрушился на Лаэриона с вопросами обо всём на свете. Эльф сначала был рад вниманию и беседе, но вскоре начал метать отчаянные взгляды в сторону своих новых спутников. Те, наслаждаясь редким моментом покоя, делали вид, что не замечают его страданий.

А Витя тем временем объявил, что теперь понимает глифы — и они смогут пройти Четвёртый этаж без проблем.

— Постой-постой, — Лира подняла на него подозрительный взгляд. — Так ты всё это время знал, что они значат, и ничего не сказал?

Витя замялся, почесал затылок и нашёл идеальный ответ:

— Я не знал… но вспомнил!