Аврора: Зеркальная Чума

Доротея II

Доротея шагала быстро, почти не оборачиваясь, чувствуя за собой присутствие Госпожи Морвейн. Доротея только что рассказала куратору после последнего урока о поведении Фрея и своих опасениях. Морвейн, будто всё это знала заранее, только ожидала подходящего момента для действий. Она знала — если преподаватель согласилась идти немедленно, значит, дело действительно серьёзное. Ожидание было бы губительным.

Коридоры Академии казались пустыми, но стоило замедлить шаг, как начинали доноситься отголоски разговоров, шорох одежды, скрип половиц вдалеке. Вечернее время всегда наполняло здание странной тишиной, будто стены впитывали все звуки, оставляя лишь самые тревожные.

— Как давно ты заметила, что с Фреем что-то не так? — спросила куратор, когда они свернули к жилому этажу первокурсников.

— Почти сразу, — ответила Доротея. — Сначала это было… просто странно. Он стал молчаливее. Реже смеялся. Но мы все думали, что он просто устал.

— А потом? – Морвейн не сбавляла шаг.

— А потом… — Доротея судорожно вдохнула. — Потом он начал смотреть.

— Смотреть?

— Да. Не просто глядеть на кого-то, а… смотреть сквозь. Будто ты для него прозрачный. Или… будто он видит нечто за твоей спиной.

Морвейн кивнула, но никак это не прокомментировала. Они уже поднялись на четвёртый уровень. Общая комната первокурсников была освещена настольными лампами, дававшими мягкий тёплый свет. Внутри сидели несколько студентов, разговаривая вполголоса. При виде преподавателя и Доротеи, разговоры мгновенно стихли, словно их отрезали ножницами.

— Где Фрей? — спросила Морвейн, не повышая голоса, но так, что вопрос прозвучал убедительно.

— Он там. Но… – Ройс Тарвин, указал в сторону дальнего угла, под книжными полками.

— Но? — переспросила Госпожа Морвейн.

— Он опять просто… сидит, – парень отошел в сторону, пропуская куратора и Доротею.

Элия Морвейн прошла дальше, и Доротея двинулась следом, минуя диваны и столы для настольных игор. Фрей сидел на краю длинной старенькой тахты, неестественно прямой. Его руки покоились на коленях, а взгляд был направлен в одну точку, как будто он всматривался в невидимое. Воздух в комнате казался плотным, неподвижным, словно сам отказывался касаться фигуры Фрея. Элия Морвейн сделала ещё один шаг, оказавшись рядом. В её глазах промелькнула тень сомнения.

— Фрей? – осторожно обратилась она.

Он не ответил. Не моргнул. Не дрогнул. И тогда Доротея поняла, что он даже не дышит. Она невольно схватила куратора за рукав, но та уже что-то поняла сама. Глаза преподавателя вспыхнули тревогой. Студенты тоже оторвались от своих дел, собрались вокруг сцены, но опасались приближаться.

— Фрей, — повторила Морвейн, теперь громче.

И тогда он моргнул. Один раз. Медленно. И улыбнулся, но это была не улыбка Фрея. Доротея почувствовала, как по спине пробежал холодок. В комнате стало неестественно тихо, словно стены ожидали, что произойдёт дальше. Улыбка Фрея была тонкой, натянутой, как маска, за которой скрывалось что-то чуждое. Губы двигались, но глаза оставались неподвижными, чёрными провалами, лишёнными даже намёка на выражение.

Женщина не отвела взгляда. Она знала, что если сущность внутри него осознает угрозу, то может повести себя непредсказуемо. Или Доротее просто так показалось, потому что она сама боялась лишний раз пошевелиться.

— Микта, — голос Морвейн был твёрд и беспрекословен, но одновременно – тих и осторожен.

Микта, который всё это время напряжённо наблюдал за происходящим, вздрогнул и подошёл ближе. Тмин остался стоять на месте.

— Беги за профессором Мглином. Скажи, что нужна его помощь, – Морвейн заговорила ещё тише, чтобы слышал только Микта. – И попроси его найти Госпожу Вальтер.

Микта кивнул и бросился к выходу, исчезая в коридорах Академии. Морвейн осталась. Она не могла теперь оставить Фрея одного, среди других студентов, но и не могла пока действовать. Нужно было понять, что перед ней. Доротея схватилась за прядь своих волос. Ей не нравилось это. Всё происходящее было неправильным, словно реальность здесь медленно подчинялась чужой воле. Фрей вдруг наклонил голову набок, его глаза медленно сфокусировались на преподавателе.

— Что-то случилось, Госпожа Морвейн? — его голос прозвучал мягко, почти насмешливо.

— Думаю, это мне стоит спросить тебя, Фрей, – она поморщилась, но не отвела взгляда.

Фрей моргнул. Его губы дрогнули, уголки рта поднялись выше, а затем… затем он снова замер, словно кукла, у которой кто-то отпустил верёвочки.

— Он нас дразнит, – Доротея заламывала руки и бросала взгляды на куратора и брата.

— Это не он, — тихо добавила Морвейн, внимательно изучая его лицо.

И теперь оставалось только ждать — кого-то, кто сможет ответить на этот вызов. Спустя несколько минут, а Доротее показалось, что прошло несколько часов, двери распахнулись. В комнату вошли Микта, профессор Мглин и медсестра Авеста Вальтер. Позади них, немного запыхавшийся, появился Марк Реллан.

— Я был в больничном отсеке, — пояснил Реллан, тяжело дыша. — Подумал, что тоже должен прийти. Может нужна будет помощь.

Микта отошел к Доротее и Тмину. Тея ощутила слабый запах пота своего друга – он действительно оббегал чуть-ли не всю Академию в поисках подмоги.

— Ну и дела, — пробормотал Господин Реллан скрестив руки на груди. Он только посмотрел на Фрея, и его взгляд мгновенно потемнел.

Госпожа Морвейн медленно выдохнула и посмотрела на медсестру, которая стояла рядом и держала руки в карманах халата, оценивая ситуацию.

— Нам нужна Ваша помощь, Авеста, – произнесла её куратор. – Сейчас же.