Аврора: Зеркальная Чума

Конрад III

Конрад Вельц никогда не стремился к лишнему вниманию, но в последние дни судьба словно испытывала его терпение. Он был человеком порядка, но Академия жила по своим законам — законам, где порядок был лишь ширмой. После стремительно развивающихся событий в стенах Академии, всё вокруг словно охватил тонкий налёт хаоса, который не хотели замечать, но который ощущался повсюду.

Сегодня этот хаос выражался в том, что ему пришлось взять на себя роль куратора первого курса. Теперь уже в полной мере.

В воздухе витали слухи, сплетавшиеся в самую невероятную картину. Одни говорили, что Элия Морвейн была смертельно ранена и помещена в лазарет, другие уверяли, что она использовала запрещённые знаки, третьи и вовсе шептались о заговоре.

Правда была проще и сложнее одновременно. Медсестра Вальтер поведала всем на срочном собрании, что Морвейн избавила Амаранта Нокса от вируса, через сложный ритуал – в подробности коего, Конрад не вникал, да и не стремился вникать. А самое тревожное — двоих студентов, заражённых этим же вирусом, так и не смогли вылечить. Фрей Морриган и Вивьен Клайр всё ещё лежали в лазарете, без сознания, а их состояние оставалось стабильным.

Конрад поднялся на четвёртый этаж – жилой этаж первого курса. Он немного постоял перед дверью в общую комнату, намереваясь войти и оповестить студентов о том, что вчера произошло. Теперь, какое-то время, он их единственный куратор, и следовало бы заявить об этом, чем раньше – тем лучше.

Толкнув дверь, он переступил порог и вошел в комнату. Внутри присутствовали не все первокурсники, но его это не беспокоило – пусть потом передадут его слова своим приятелям.

– Добрый день, – поздоровался Вельц, окидывая взглядом присутствующих. – Прошу минутку внимания. Я пришел, чтобы сообщить вам последние новости.

Как он и ожидал, студенты отреагировали сразу. Раффи первым отстранился от своего занятия за столом и сделал пару шагов в сторону преподавателя. Близнецы тоже последовали его примеру, но остались сидеть за столом. Из глубины комнаты, над диваном и креслами вынырнули фигуры Тарвина, Хоука и Рендалл. Грейвз слегка пошевелился на подоконнике.

– А где Госпожа Морвейн? – подал голос Раффи, оказавшись уже совсем близко.

– Как раз об этом я и пришел вам сообщить, – Конрад невольно вздрогнул, замечая кучерявую голову первокурсника уже непосредственно у своего локтя. – Госпожа Морвейн вчера участвовала в очень сложном и утомительном ритуале. По словам Госпожи Вальтер, ритуал прошел удачно и один из зараженных – исцелился от вируса, – возвестил он, кивая студентам со сдержанной улыбкой.

На некоторых лицах расцвели радостные улыбки, но лицо Раффи, по прежнему выражало обеспокоенность и недоверие. Калидианы тоже переглядывались, но не спешили радоваться.

– Но где она, где наша куратор? – спросила Доротея Калидиан, тоже поднимаясь на ноги и подходя ближе. – С ней всё в порядке?

– Госпожа Морвейн сейчас находится в лазарете, – ответил Конрад, без особого желания вдаваться в подробности. – Она энергетически истощена и ей нужен хороший отдых.

– А кто исцелился? – поинтересовалась Эллери, тоже выбираясь из самого дальнего кресла и захлопывая книгу. Остальные тоже закивали и ожидали слов Конрада.

– Господин Нокс теперь не под властью сущностей, – бросил Вельц. – Его состояние стабильно и он скоро пойдёт на поправку. Так что, возможно, через неделю – вы получите самостоятельные работы и от него, – закончил он, понятия не имея – в каком состоянии находится Нокс. Конрад просто передавал слова Вальтер.

Конрад еще не заглядывал в лазарет, не навещал свою напарницу, а только получил распоряжение от завуча – наведаться к первокурсникам и оповестить их о событии. А также – проследить за их дисциплиной и своевременном выполнении самостоятельных работ.

– Господин… Нокс? – выпалил Тмин Калидиан и тоже намеревался присоединиться к сестре в расспросах. – Но почему…. Ай!

Он не успел закончить свой вопрос, потому что Доротея с силой ухватила его за локоть и сжала, остро и предупреждающе пригвоздив брата к полу взглядом. Микта увидел это и тоже не стал делиться своим мнением. Вот и хорошо, видимо, эта студентка понимает – какого это отвечать на неуместные вопросы.

– При сложившихся обстоятельствах, какое-то время, я – ваш единственный куратор, – Конрад снова осмотрел своих подопечных. – Если есть какие-то вопросы, касающиеся учебного процесса, либо организации досуга… – он умолк, ожидая ответной реакции.

– Нужно пойти и проведать Госпожу Морвейн, – раздался голос Рендалл.

Все присутствующие, кто бурно, а кто сдержанно – единогласно согласились с предложением сеневолосой девушки. Все, исключая лишь самого Конрада Вельца.

– Нет, это исключено, – повысил голос Конрад, поднимая руки, для убедительности. – Ей сейчас нужен отдых. И условия карантина никто не отменял! – пригрозил он, видя, что его слова не усмиряют студенческий пыл.

Но его, будто и не слышали. Калидианы и Раффи переглянулись, а Лаар Хоук даже накинул на плечи пиджак, словно уже решил выходить из комнаты. Да за кого они его принимают, за какого-то мальчика на побегушках? Почему даже не выслушали до конца?

– Вы услышали, что я сказал?! – он ещё повысил голос, чтобы перекрыть восклицания Тарвина, который подгонял Эллери и Грейвза. – Я запрещаю вам покидать жилые этажи и спускаться сегодня в лазарет!

– Почему? – недоуменно вопрошал Раффи. – Она же наш куратор, мы должны быть там.

– Теперь я – ваш куратор, Раффи! – воскликнул Конрад, усилием сдерживая свои противоречивые эмоции, насчет своих подопечных.

Микта Раффи ничего не ответил, но удрученно покачал головой. Тмин и Доротея глядели прямо в лицо Вельцу, чуть ли не с откровенной яростью. Лаар Хоук замер у кресел, а Сильвия Рендалл недовольно подперла бока.

– Надеюсь, я ясно выразился, – предупредил Конрад, разворачиваясь к двери. – Во вторник утром, соберу ваши самостоятельные по вычислениям. Хорошего вечера.