Аврора: Зеркальная Чума

Авеста VIII

Лазарет был наполнен мягким светом ламп и травяного отвара, которым медсестра отпаивала своих пациентов. Она тщательно вымыла, вычистила помещение и приготовилась ждать, заварив себе чашку чая. Ожидания были выматывающими и тревожили больше, чем сами события.

Авеста только что узнала от посланника Мунремур о том, что произошло ночью в комнате одного студента-первокурсника. И это было нечто, чего нельзя было сходу объяснить. Кому понадобилась комната первокурсника? И кому нужно было накладывать там иллюзию и психологические ловушки? Кому вообще нужен был первокурсник? Со слов, влетевшей в кабинет Авесты, мерцающей утки – ловушки были того рода, какие использовали в пыточных камерах, во времена Войны Семи Городов Альтеро. Но это было более пятидесяти лет назад и что должно быть в голове у архия, который набросал их в комнате у ребёнка?!

Авеста негодовала и волновалась одновременно. Но дверь лазарета отворилась и вошел Марк Грамен. В его руках не было привычного металлического контейнера и Авеста уже была готова провести допрос насчёт наличия лекарства.

– Здравствуй, Авеста, – Марк вытащил из нагрудного кармана кожаный футляр и бережно протянул его медсестре.

– Добрый день, – отозвалась она, отставляя чашку и принимая из его рук футляр. – Оно безопасно?

– Да, полностью готово, – Марк тяжело упал на ближайший стул, словно ему, такому крепкому и сильному, тяжело было стоять. – Только, если бы ещё сам доктор проверил его…. – добавил он.

– Доктор Гирст не проверил его? – Авеста не поверила своим ушам, подняла взгляд от двух маленьких флаконов с голубоватой жидкостью. – Почему?

– Доктор Гирст уехал сегодня до рассвета, – объяснил Марк, слегка оскалившись. – Я не видел его со вчерашнего дня.

Авеста не знала как комментировать поступок доктора. Да, возможно, у него были веские причины срочно покинуть Академию. Но так поспешно, да еще и не проследив за действием своего препарата, чтобы выйти из этой истории истинным героем…. Что-то здесь не ладно, но не об этом сейчас следует думать.

Она приблизилась к, специально подготовленным медицинским инструментам, и занялась более важным делом. Авеста внимательно всё ещё раз перепроверила и установила у кроватей Морригана и Клайр по капельнице, после чего – приготовилась вводить лекарство. То должно постепенно попадать в зараженные организмы и выталкивать вирус. Торопиться было нельзя.

Сквозь закрытую дверь проникло изящное мерцающее тело леопарда. Леопард огляделся и отметил своими опаловыми глазами присутствие Авесты и Марка. Зверь склонил свою красивую голову, пересёк лазарет и уселся подле стула Марка.

– Господин Виннетстоун не может сейчас присутствовать лично, – заговорил посланник директора. – Я прослежу за ходом лечения.

– Мы сейчас готовы только ввести лекарство, – отозвалась Авеста, не отрывая взгляда от наполняющееся голубоватым свечением, капельницы. – Лечение может продлиться неделю, может дольше.

Леопард повёл лопатками, словно хотел пожать плечами, и равнодушно поглядел на Авесту. У неё сложилось впечатление, что посланник готов просидеть так несколько недель к ряду, не принеся своему хозяину особого дискомфорта.

Ещё через несколько минут, когда Авеста осторожно снимала коматозные знаки, дверь отворилась и в лазарет вбежала еще одна посетительница. На этот раз, медсестра довела своё дело до конца и оглянулась. Элия Морвейн стояла на пороге и глядела только на своих двоих подопечных.

– Добрый день, Авеста, – заговорила она. – Привет, Марк, – она бросила быстрый взгляд на Марка, потом помедлила немного, увидев и посланника директора, – Здравствуйте, – наконец произнесла она рассеяно, поймав взгляд леопарда.

Марк сдержанно кивнул ей, но ничего не ответил, а леопард замер мерцающим изваянием и просто наблюдал за происходящим, словно записывал на плёнку.

– Добрый день, – поздоровалась Авеста, отходя от больных за свой стол. – Можешь посидеть рядом с ними. Я уже ввела лекарство, остается только ждать. Оно должно подействовать в течении получаса.

– Они будут здоровы черед полчаса? – недоуменно переспросила Морвейн, приближаясь к кроватям и присаживаясь на стул, возле Морригана.

– Нет, через полчаса они очнутся, если все расчёты верны, – лаконично ответила Авеста, наблюдая, как Марк закатывает глаза.

Морвейн кивнула и осталась ждать. Марк так и седел, замерев и сложив на груди руки. Между этими двумя росла и уплотнялась стена и Авеста понимала в чём дело. Но не могла им ни чем помочь, потому что предпочитала не вмешиваться в личные дела других людей, ограничиваясь лишь полномочиями своей профессии. Она могла выслушать, дать совет, но чтобы прямо сейчас встать и заставить бывших близких друзей помириться – нет, это было выше её возможностей.

— Я не думал, что ты любишь танцевать, — голос Марка был ленивым, но в глазах мелькнул знакомый холод.

— Да, это так, – Морвейн спокойно перевела на него взгляд. – Я не люблю танцы.

— Просто, — он бросил взгляд в потолок. — Вчера ты довольно охотливо танцевала с Дарво. Любопытный выбор партнёра.

Элия Морвейн не повела и бровью. Авеста подняла глаза со своих записей и поняла – к чему ведёт Марк.

— Это я его пригласила, – спокойно проговорила Морвейн, с вызовом глядя на Марка.

— Вот как, – Марк неприятно усмехнулся. – И что, теперь ты с ним дружна? Это было так трогательно… Ты, танцующая с человеком, который всё время тебя поддевал и разбрасывался гадостями за твоей спиной.

Морвейн не изменилась в лице, но напряжение повисло в воздухе. Марк склонил голову чуть ниже, голос его был мягким, почти небрежным, но взгляд цепким.

— Люди иногда ведут себя по-разному, — спокойно ответила девушка, перебирая пальцами край своей рубашки.

— Не спешишь ли ты? – вдруг поинтересовался Марк, голос его стал громче.

Элия выдержала его взгляд, и что-то в её спокойствии заставило Марка чуть сильнее сжать пальцы и втиснуться в стул. Он резко закинул ногу на ногу, чуть не задев посланника директора. Леопард отпрянул, но не спешил покидать своё место.