Азалия и Щегол.

Глава двадцать первая.

- Азалия, что за красотка в красном платье сейчас выбежала из твоей кофейни?

За спиной Ольги Владиславовны замаячила внушительная фигура Эди.

Это наверное было последней каплей в переполненной эмоциями моей бедной головушке. Я сорвалась. Выплюнула в салфетку остатки злополучных конфет, сдернула ставшую бесполезной шляпу и с силой швырнула ее в дальний угол.

- Я сколько раз говорила всем, что когда идет сеанс, за этот занавес никто не смел соваться? - мой голос сейчас был подобен рыку разбушевавшейся львицы. - Ольга Владиславовна неужели так трудно удержать ребенка?! Поворачиваться надо проворней, а не как сонная клуша! Эди, я тебя вовсе не звала! Что ты прилип к моей кофейне, как... как банный лист к... к... заднице!

Я набрала побольше воздуха, злых слов во мне накопилось не мало и все они сейчас толпились, толкались, готовились слететь с моего языка. Но тут мой взгляд упал на сына. В его черных глазах уже дрожали слезы. Ротик скривился жалобной подковой, а камешек который он готовился мне показать с глухим стуком упал на пол.

Эди вышел из-за спины застывшей в изумлении няни. Ее полное лицо стало совершенно красным от возмущения, накрашенный розовой помадой рот беззвучно открывался и закрывался, словно она была огромной рыбиной выброшенной на берег ловким рыбаком. По щеке ползла одинокая слеза.

Мужчина посмотрел на няню с сочувствием, протянул ей салфетку которую взял со стола, поднял круглую, увесистую гальку и вручил ее Левушке.

- Хороший ты камень нашел, с дырочкой! Он куриным богом называется. Его надо срочно в коробочку положить. Куриный бог, он такой, он любит в коробках прятаться. Ты сейчас с Ольгой Владиславовной пойдешь и найдешь коробочку подходящую. Хорошо?

- Холошо! - радостно согласился мой сын, он уже передумал плакать, а с интересом крутил в руках серую, похожую на птичье яйцо гальку.

- Ольга Владиславовна, вы ведь поможете Левушке найти подходящую коробочку? - ровным голосом поинтересовался он у няни.

Она с достоинством кивнула. Смерила меня холодным взглядом.

- Пойдем мой хороший, найдем с тобой самую лучшую коробку. Маме твоей видимо успокоительных капель выпить надо! Вот не ожидала я от вас ничего подобного Азалия Львовна! - ее голос дрогнул.

Высоко подняв голову женщина бережно взяла Левушку за руку и обиженной павой проплыла к выходу. Тяжелый, темно-коричневый занавес с золотистым арабским узором колыхнулся укоризненно и замер плотной стеной, отделяя меня с Эди от общего зала.

Я вздохнула и опустилась на стул. Сил уже не было. Злость и раздражение исчезли так же быстро, как и появились. На смену пришла усталость. Безразличная, тупая усталость. Мне почему то сейчас казалось, что я проиграла. Догадалась ли Милочка? Что произошло с Щегловым? Зачем я обидела хороших людей? От вопросов разболелась голова. В сторону молча стоящего Эди я не смотрела. Было стыдно за свои слова.

Тишина длилась довольно долго. Затем мужчина хмыкнул, обогнул круглый столик и сел на стул для клиентов.

- Азалия, я действительно много времени и внимания уделяю тебе, Левушке и даже твоей кофейне! Возможно потому, что Сема уехал учиться и мне не о ком заботиться? Да и делать тоже особо ничего не надо. Ну, проехался, проконтролировал съемщиков своих квартир и пансионата. Заселил, получил деньги. Встретил новых. Заселил... Все по кругу... Возможно потому меня и тянет в эту чертову кофейню как магнитом. Умом понимаю, что гадание на кофейной гуще, это такое...э-э-э... Прости, но не верю я в то, что какие-то там фигурки и узоры способны будущее предсказывать! Хотя о твоей кофейне в нашем городе ходят легенды. Я тут справки навел. Ты в курсе, что все гадалки носят цветочные имена? И этой кофейне лет двести, не меньше?

Я хмуро кивнула головой.

- В курсе, Эди! В курсе!

Мужчина оживился.

- Есть в этом всем чертовщина, не спорю. Но все равно Азалия, не серьезным ты делом занимаешься. По мне, так дурачишь людей! Весь этот антураж дурацкий... Медный тазик с песочком, турка помятая.... Наверное на блошином рынке купленная, все эти угли, чашечки, блюдечки! Тьфу! Иногда такая злость берет!

Эди поднялся со стула и действительно сплюнул прямо на горячий песок в старинной медной чаше. Еле тлеющие угли вдруг вспыхнули высоким, гулким пламенем. Огненные отблески заплясали в бешеном хороводе по всему маленькому помещению. В их танце я не сразу заметила первую Хозяйку кофейни. Она усмехнулась мне коварной усмешкой. В ее руке затянутой в высокую, кружевную перчатку я увидела белую чашку. Знаками она показала мне, что нужно заварить кофе. Затем посмотрела на Эди и захихикала, проказливо строя смешные рожицы.

Я тоже посмотрела на мужчину пытаясь понять, видит ли он Хозяйку. Выдохнула с облегчением. Ничего он не видел! Смотрел с изумлением на успокаивающееся пламя под медной емкостью с песком, на покрывающиеся серо-голубым пеплом угли.

- Азалия, ты с огнем не шути. Интересно, как твою кофейню пожарники до сих пор не прикрыли? Это же опасно! У тебя квартира на втором этаже. У тебя сын маленький! Я бы на твоем месте давно бы сбежал отсюда! - его голос был убедительным, строгим. Но где-то в его глубине слышались панические нотки.

Мужчина что-то видел? Что хотела мне сказать первая Хозяйка кофейни? Какой подавала знак? Неужели тот самый, заветный? Мысли неслись, перегоняли друг друга, словно совершали олимпийский забег.

- Эди, ты меня прости за резкость. Лишнего сегодня наговорила тебе и Ольге Владиславовне. День такой трудный выдался! Ты приходи в кофейню, приходи! Всегда тебя рада видеть! - тараторила я оттесняя мужчину к выходу.

Он молча пятился, пытался вставить слово, но я решительно его толкнула и поплотнее задернула занавес. Кончики пальцев зудели от нетерпения, во рту стало сухо, словно я шерсти наелась. Руки действовали сами по себе.

Полилась вода в старую турку, почти закипела оглушая кофейным ароматом вода. Так теперь чашка. Большой глоток обжигающего напитка. Вопрос. Единственный, желанный. Блюдце сверху...Весь ритуал проводила автоматически, странно только было гадать самой себе.