Азырен - дух смерти

Дурдом на выезде

Светка тряслась в душном автобусе, без конца подскакивающем на ухабах. И при каждом новом прыжке дребезжащего пазика пугалась, что от таких резких движений из неё наружу выпрыгнет завтрак. Она пыталась думать о чём-нибудь хорошем, романтичном, но противный червячок недовольства да разбитая дорога всё время возвращали её к жестокой реальности.

Ну, никак не входило в планы молодой бухгалтерши, всего два месяца отработавшей в какой-то зачуханной организации по производству обувных коробок, любительницы вечерами поваляться на диване с книгой в одной руке и бокалом горячего чая в другой, тащиться сегодня в эту тьмутаракань! Тем более что сегодня у неё должно было состояться свидание с одним симпатичным «коробочником»... «Коробочниками» Светлана в шутку называла всех, работающих в организации «Коробка плюс», и себя в том числе.

Ну да, свидание пришлось перенести, и это девушку немало огорчало. Данила был парнем видным, за ним охотились почти все представительницы женского коллектива, даже дамы за тридцать, хотя ему самому едва стукнуло двадцать пять. Кстати, принятый на должность техника компьютерного оборудования позже Светланы почти на месяц, он практически сразу же влился в коллектив, будто бы был тут всегда. И стал любимчиком всех женщин, независимо от возраста и семейного статуса.

Всегда весёлый, в прекрасном расположении духа, он не мог не нравиться. Входя в офис, Данила радостно возвещал о своём приходе:

— А вот и я! Знакомьтесь, кто ещё не знаком! Активный, приветливый! Не шалю, никого не трогаю, — и многозначительно добавлял почти шёпотом после многозначительной паузы, — без разрешения...

Затем переключался, как программа в телевизоре, и снова весело и громко продолжал:

— Починяю примусы, компьютеры, принтеры и другую лабуду! Данила Андреевич! — после чего театрально кланялся.

Потом вынимал неизменный пакет с карамельками и раскладывал конфеты на столах всех присутствующих в офисе. Дамы таяли...

По началу этот красавчик был со всеми ровно почтителен и обходителен. А потом вдруг раз — и внимание своё обратил на одну и девушек. И почему-то именно на Светлану. Не сразу, конечно. Да Светка и не поверила бы в любовь с первого взгляда. Уже не поверила бы...

Где-то через неделю после своего первого появления в офисе Данила стал ненавязчиво выделять её среди всех: конфеток на её стол клал в два раза больше, чем на другие столы, а то и вовсе добавлял к карамелькам маленькую шоколадку или яркую безделушку типа браслетика, брелока для ключей, подвески на сумку. Светлане все завидовали, а она... Да, она млела от такого проявления внимания самого красивого и обаятельного (или попросту единственного?) мужчины в коллективе.

Встретиться он предложил девушке где-то пару дней назад. Тогда она ещё и не предполагала, что судьба так зло подшутит над ней, и ей надо будет срочно сорваться в Озыренку. И, конечно же, согласилась на свидание. А тут — это... Как ведро воды на голову на середине проезжей части улицы. Дурацкое стечение обстоятельств! Дурацкая Озыренка! И вообще, вся жизнь — дурацкая!

Такому женскому угоднику разве мыслимо было отказать в свидании? Вернее, предложить перенести встречу на другое время, что, собственно, почти одно и то же. Данилу же просто взбесило предложение осчастливленной его вниманием девушки встретиться в другое время, несколькими днями позже. Это и удивило Светку, и жутко расстроило.

Всегда спокойный и уравновешенный парень во время разговора (хорошо ещё, что по телефону, а не лично, а то даже страшно и предположить, как всё повернулось бы) неожиданно сорвался на крик, оскорбления и угрозы... Короче, видит Бог, Светка прошляпила свой шанс. Она же тогда даже не предложила Даниле поехать в Озыренку вместе. И вот — результат. Светка совсем одна и тащится в деревню, где у неё нет ни одной родной души. Обидно до слёз...

А тут ещё эти странные попутчики... Все, похоже, местные, судя по одежде — в городе так не одеваются. Сидят, нахохлившиеся, как сычи, молчат. Тишина в автобусе. Будто бы на кладбище все едут, а по центру стоит тот самый гроб с покойником, которого собираются хоронить. Лишь изредка то один, то другой бросает на чужачку затравленный вопросительный взгляд и тут же отводит глаза в сторону... Светлану от этих переглядок просто в пот бросает.

«Нет, ну ни дура ли? Зачем было соглашаться на эту поездку? Да ещё в одиночку! Даже Данилу не сообразила позвать с собой. А могло получиться очень романтично: вдвоём посетить деревню, где прошло моё детство... Ну, точно, дура!»

В этот момент её размышления были прерваны. На одной из остановок, кажется, у деревни Буково, в автобус вошёл мужичок. Невысокий, плечистый, он поразительно напоминал Губку Боба, только с улыбкой наоборот: уголки его рта были опущены, а квадратный крупный подбородок злобно выпячивался вперёд. И глаза у мужичка были маленькие и острые, как иглы. Народ в автобусе сразу оживился, засуетился, с вошедшим стали здороваться. Один парень уважительно уступил ему место — автобус был полон. Но ни на одном лице не мелькнуло даже какого-то подобия улыбки — все оставались такими же угрюмыми, настороженными. Они явно чего-то ожидали от вошедшего, какого-то известия.

— Семь дней, — вдруг ни с того ни с сего припечатал мужичок. — Они явились на семь дней. Теперь уже осталось только шесть. Чем всё закончится — то Карабану неведомо. Никому неведомо.

Пассажиры подхватили фразу, стали наперебой повторять слова дядьки друг другу, вкладывая в них какой-то только им одним понятный смысл. Однако было видно, что сообщение их не особо порадовало, скорее, внесло какую-то ясность, и только. Теперь Светке натурально захотелось выпрыгнуть наружу прямо на ходу автобуса и побежать в сторону города. И нестись со всех ног, пока хватит на то духу и сил! Но... она сидела на своём месте, как приклеенная, и, как и все в автобусе, не сводила глаз с мужичка.

Старик же мотнул головой, словно боднул невидимого собеседника, вздохнул обречённо, оглядел автобус, увидел освободившееся место, но садиться не стал. Подойдя к старухе, устроившейся с краю от Светки, он сделал той знак рукой, мол, давай отсюда вон. Та тут же подхватилась и, кряхтя и покашливая, перебралась на пустое сиденье в конец салона, освобождённое для Губки Боба. Мужичок же плюхнулся рядом со Светланой и внимательно посмотрел ей прямо в глаза.