Азырен - дух смерти

Озыренковские бабушки

А вот и табличка «Деревня Озыренка». В детстве Светку удивляло это название, и она спросила мать, что оно означает.

— Да, говорят, раньше тут было большое село. Называлось оно Козыренка, от слова «козырь». Вроде как помещик, которому принадлежало село, был человеком заносчивым, важным. У него и прозвище было «Козырь». Так и село стали звать — Козыренка. И указатель на трассе поставили с названием. Да только в осеннюю распутицу грязью залепило первую букву, оставив лишь «озыренка».

В это время, говорят, мимо села проезжала какая-то графиня. Колесо её кареты сломалось, и она вынуждена была остановиться у помещика Козыря. Он радушно принял знатную особу — а как иначе-то? Выезжая из села, графиня черкнула в своей книжечке для памятных заметок название места, списав его с таблички — «Озыренка», а потом послала в село помещику какую-то награду за гостеприимство. И надписала посылку «В Озыренку».

Гордый презентом Козырь тут же сменил название села, приказав церковному дьячку внести везде, где нужно, исправления. А подарком постоянно хвастался перед своими гостями. Так и стала Козыренка Озыренкой.

Тогда девочка согласилась с подобным объяснением. А сегодня вдруг ей в голову пришла мысль: «Если действительно название произошло от Козыренки, то деревня должна была оставить то же ударение. Но она называется не Озыренка, а Озыренка! Как-то странно всё это...»

Набрав в телефоне в поиске «Что означает слово «Озыренка», Светлана похолодела. Интернет ей выдал информацию: «Азырен — дух смерти в марийской мифологии». Она попыталась успокоить себя: «В интернет-статье про Азырена речь, а тут — Озыренка. Это разные слова!» Только подобное объяснение мало её успокоило.

Лексус уже проехал расстояние от лесочка до самих строений. Удивительно, но деревня выглядела так, словно никакие пожары её не коснулись. Машина въехала в селение. За поворотом показался дом бабы Насти... совершенно целый! И на выкрашенном масляной краской крылечке кто-то стоял, встречая гостей. У Светки похолодело внутри! Это была бабушка Настя...

Матвей тоже удивился, но постарался взять себя в руки:

— Вот тебе и пирог с креветками... Не дрейфь, Светок, сейчас разберёмся.

Однако было видно, что сам-то он дрейфит знатно. Просто стыдится признаться в своих страхах перед девчонкой. На ватных ногах ребята выбрались из салона авто. Девушка вопросительно посмотрела на старушку, которая приветливо помахала ей.

— Светочка! Золотце моё! Внученька! Подойди же скорее, я обниму тебя! — радостно воскликнула старуха.

Но ноги «внученьки» будто бы вросли в землю. Как такое может быть? Она же помнит, как работница сельсовета рассказывала матери о похоронах, выдавала ей справку, выписанную врачом, и чек за ритуальные услуги, который мама обещала оплатить. Бабка что, ожила и вылезла из могилы? Или она вовсе не умирала???

— Да ты никак испужалась? Ой-ёй-ёй... Я же твоя двоюродная бабка, сестра-близнец Настёны. Ты меня не помнишь? А я ведь тебя нянькала, когда ты ещё махонькой была. Меня бабой Гапеей звать. Агафья я по паспорту-то, — пояснила старушка.

И улыбнулась мило и спокойно. От сердца немного отлегло. Ну, в самом деле, не могла же баба Настя возвратиться с того света? Такое только в сказках случается. Однако... почему же Светлана не знала ничего про то, что у бабушки была сестра? И на фотографиях в семейных альбомах нигде не попадались на глаза любознательной девчонке близнецы, и никто из родных ни разу не упомянул о родственнице Агафье. Разве может такое случиться — невесть откуда возникает вдруг человек и на тебе — любите и жалуйте, обнимайте-целуйте!

Девушка достала телефон и набрала номер матери — пусть объяснит такой феномен. Но сеть вдруг пропала...

— Ну да, мы с Настюхой повздорили как-то, потому и не опчались лет этак... мож, тридцать или чуть менее. Мне даже о том, что она умерла, никто не соопщил... — старушка смахнула уголком платка слезу со щеки. — Но ты-то на меня не в обиде? Не серчай, милая, обними двоюродну баушку...

И старуха, распахнув объятия, двинулась по направлению к Светлане. Девушка вздрогнула и спряталась за спину Матвея. В памяти всплыли слова, услышанные на автостоянке в Межино про бабку Гапею. Тогда Светку удивил сам тон говорящих. В них был... какой-то страх. И ещё как будто бы... подобострастие, что ли. Не про эту ли Гапею сплетничали межинцы?

— Обижашься... А я-то, дура, обрадовалась, что родну кровиночку перед смертью смогу к сердцу прижать! У меня же никого на всей земле окромя тебя да матери твоей и не осталося... — и бабка начала как-то картинно плакать, закрыв лицо ладонями.

Светка, нутром чуя исходящее от новоявленной родственницы зло, не поддалась на слезливые уговоры. Схватив друга за руку, она поволокла его подальше от такого родного раньше и пугающе чужого сейчас дома. Матвей и сам был рад поскорее уйти от этой странной старухи. Поэтому друзья быстрым шагом, поминутно оглядываясь на неестественно замершую на крыльце бабку, направились вверх по улице.

Когда же через несколько вполне себе целых, словно и не тронутых временем строений перед ними восстал совершенно неповрежденный дом Мотькиной бабушки, стало ещё страшнее. Кому же понадобилось в один день вызвать Светлану с Матвеем из города, придумав одинаковые причины? И зачем?

К обоюдной радости друзей дом Матвея был закрыт. Ну вот никак не хотелось ребятам ещё и здесь столкнуться с чем-то пугающим и непонятным. Мотька достал из-под второй ступеньки крыльца ключ, вставил его в висячий, слегка заржавевший замок, повернул. Раздался скрежет, но дужка замка выскочила-таки из паза. Вынув из проушины замок, он снял накладку, толкнул дверь плечом. Та со скрипом отворилась.

Озираясь по сторонам от страха, который, казалось, излучал каждый сантиметр пространства, ребята перешагнули через порог и оказались внутри, прошли через светлые сени в уютную кухню. Матюша взглядом указал на тарелку на столе, заботливо прикрытую полотенчиком. Похоже, и тут кто-то ждал гостей. Около тарелки стояла пустая литровая банка, полиэтиленовая крышка лежала рядом.