Азырен - дух смерти

«Книга Предсказаний»

Валентин спал очень чутко. За годы службы он привык отключаться лишь наполовину, так, чтобы все органы чувств продолжали принимать сигналы извне и тут же передавать их в мозг. Поэтому-то и проснулся сразу же, лишь только Светка осторожно выпростала свою ладошку из его руки.

Но седьмое чувство заставило его не подать виду, что он вернулся в реальность. Валентин не стал удерживать руку девушки, позволив ей встать и подойти к Михаилу. Да, всё его нутро клокотало от страха, а мышцы сжались подобно стальным пружинам. Невидимый, он вскочил со своего места и встал за спиной девушки, готовый в любую секунду вмешаться и защитить её. Хорошо, что ни Михаил, ни Светлана видеть его не могли.

Разговор между друзьями детства заставил его и нервничать, и ревновать, и беситься. Но он взял себя в руки и не стал вмешиваться. В конце концов, Светлана — не его собственность, и он не вправе ей навязывать свои решения. Выбор, в любом случае, останется только за ней.

Но когда речь зашла о какой-то странной «Книге Предсказаний», Валентин просто превратился в сгусток внимания.

«Итак, что мне теперь известно? — собирал он в голове информацию, по старой привычке „раскладывая“ данные „по полочкам“. — В деревне на данный момент приезжих восемь человек: мы со Светланой, Матвей, Михаил, Татьяна с Дашей, ставшие мэртвами, и незнакомые мне пока страховой агент плюс ещё один друг детства ребят Санёк. Василия считать не будем, за ним никто не охотится, поскольку он сам — чёрный колдун.

Татьяна уже превращена Василием в дудку, она не может быть опасной. Даша... Тут пока ничего неизвестно. Если Василий научил Матвея, как надо действовать, чтобы обратить девушку в дудку, то, возможно, и она уже обезврежена.

Михаил не мэртв, и это хорошо. Мало того — он владеет заклинанием, которое позволяет ему внешне обращаться в мэртва. Этот способ защиты можно использовать как вариант. Возможно, мне удастся уговорить парня открыть свой секрет, тогда я легко переправлю Светлану домой, а сам продолжу воевать с этой нечистью-нежитью, водя всех за нос, как этот шут Шпала.

А ещё есть какая-то „Книга“... И мне просто необходимо её увидеть! Подсказывает мне чуйка сыщика, что из неё я смогу узнать много интересного! Что он там говорил про неё? Вроде бы, фолиант находится в доме бабки Михаила, в библиотеке. Надо срочно спешить туда!»

Валентин рванулся к дому, около которого стояла машина Михаила. Но, сделав лишь пару шагов, вернулся.

«А если этот... Михаил... вынашивает какие-то грязные планы? Он же может причинить Светлане боль, а то и вовсе сдать своей бабке! Верить ему — это как козла пустить в огород и прочитать ему нотацию, чтобы капусту не лопал. Мутный он какой-то, этот Миша-Шпала!»

Пока Валентин приводил в порядок свои мысли, метался между желанием броситься на поиски колдовского артефакта и продолжить охранять свою новую подругу, Мишка времени даром не терял. Он, перемежая рассказы о событиях в Озыренке в последние часы с воспоминаниями из беззаботного детства, всё-таки добился разрешения положить свою ладонь на талию Светлане.

«Тупая скотина!» — про себя обругал соперника Валентин. И словно этой фразой дал толчок мыслительному процессу Мишки. Тот вдруг стал серьёзным, хотя лишь минуту назад весело хихикал, вспоминая историю о том, как Мотька хотел покататься на соседской свинье.

Светка даже пару раз улыбнулась, вспомнив, как Мотюха оседлал Хавронью. Да только та, сделав вид, что покорилась, вдруг резво взяла с места в карьер, перемахнула через невысокий плетень и понеслась на всех парах к реке. Пацанёнок заверещал испуганным зайцем, но спрыгнуть со спины свиньи не решился: а вдруг та, обозлившись не на шутку, загрызёт незадачливого наездника? Историй о злых свиньях и плачевных последствиях схваток с ними вечерами частенько заставляли сжиматься мальчишечье сердечко от ужаса.

В общем, до реки Мотька так и не доскакал — Хавронья свалила наездника в кусты крапивы, откуда тот, покрытый красными вспухшими ожогами и измазанный коровьим навозом, и восстал пред очи сочувствующих и просто наблюдающих. А само животное, видимо, и впрямь возомнив себя необъезженной дикой кобылицей, резво помчалось дальше. Смеялись тогда все: и ребятишки, и высыпавшие из домов на улицу любопытные соседи, и сама хозяйка скаковой Хавроньи бабка Саламатиха.

История, конечно, забавная, особенно, для тех, кто сам тогда присутствовал и был реальным свидетелем произошедшего. Но даже Валентину стало немного весело. А вот следующий сразу за рассказом без всякого перехода вопрос Михаила его заставил занервничать.

— Светк, а почему я тебя увидел не сразу? Я же очень внимательно всё осматривал, пока шёл по дороге! Ты как будто из ниоткуда возникла...

Валентин напрягся... Жизненный опыт ему подсказывал, что влюблённый человек часто теряет ощущение реальности происходящего, его инстинкт самосохранения падает ниже плинтуса. Из-за этого он становится беззащитным, в результате чего попадает в такие передряги, из которых потом бывает довольно трудно выкарабкаться.

Так и есть, Скворцов волновался не зря. Светлана не стала исключением из общего правила. Глядя с юношеским обожанием в глаза Михаилу, девушка тут же раскрыла тайну, объединявшую её и следователя:

— О! У меня тоже есть один секрет. Представляешь, я тут была не одна... — Светка перешла на шёпот, считая, видимо, что Валентин всё ещё продолжает безмятежно дрыхнуть в куче слежавшегося вонючего сена.

— И с кем же ты... тут... отдыхала? — ревниво поднял бровь её собеседник.

«Ого, он уже начинает качать права!? Эх, шваркнуть бы сейчас тебя по башке какой-нибудь увесистой палкой!» — пришла в голову Валентина крамольная мысль. Но свой порыв ему пришлось подавить в самом начале — не хотелось следователю выдавать своё присутствие.

Он задумался на минуту, как же лучше ему поступить. Идея пустить всё на самотёк показалась Валентину самой актуальной: «Пусть всё идёт своим чередом, раз уж ничего изменить нельзя. Хотя, если я буду вести себя тихо, есть вероятность, пусть и маленькая, что Шпала не поверит Светке, примет её высказывание за глупое бахвальство».