Ба или история одного лета

Глава 24

В которой автор совершает поступок, которым совсем не гордится.

«Ты самый душевный и разносторонний! Я не знаю ни одного такого же человека, который бы так же, как я часто и смешно влипал во всякие истории и выпутывался бы из них с таким юмором и вкусом! Ты такой тактичный, понимающий и дипломатичный, но при этом упертый и твердолобый, что иногда не ясно: как ты можешь быть десятилеткой?! В общем, я желаю тебе здоровья, веселых приключений, хороших друзей, не терять свою индивидуальность и фирменный стиль. С днем Рождения!». И праздничные объятия. Это мой план. Так я поздравлю Макса. Уже среда. И я уже час сижу не умытая, лохматая, в одной пижаме, босиком за печкой в нашей импровизированной «гардеробной». Перекидываю из руки в руку объемный синий футляр с часами, он такой теплый и бархатистый, но ноги это мне совсем не греет. А Макс все дрыхнет. Но злиться я не собираюсь. Все-таки у него День Рождения! Только вот ноги замерзли. И умыться хочется.

Шур-Шур-Шур-скрип. Завертелся именинник. С улыбкой до ушей я выглянула из-за печки. Макс сонно потер глаза, и посмотрев на мою пустующую кровать, сел. Огляделся. Мой выход! Запрыгнув на диван (потому что сил не было, как замерзли мои бедные ножки), и встав в полный рост, я пропела поздравительную песню, победно размахивая подарком.

- С Днем Рождения! Будь здоровым и сильным! - моя праздничная речь почему-то заметно сократилась. Макс улыбался своей фирменной спокойно-ленивой улыбкой, но в глазах его заискрилось. Я все заметила.

- Спасибо, - сдержанно сказал он и уверенно протянул руку для подарка.

- Сначала обнимашки! - радостно завопила я, и с высоты своего немаленького роста молниеносно вбила Макса головой в подушку стискивая изо всех сил в недонежные сестринские объятия. И брат мой, похоже, ничего в них не понимал, в объятиях этих, потому что вместо того, чтобы покорно переждать приступ моей радости (как вообще-то и полагается имениннику), он начал применять удушающий с криками: «Думаешь победишь меня?!?». Секунда - и завязалась драка. Ну как драка... шутка, конечно, но из этих шуток я частенько выхожу с вырванным клоком волос или синяком размером с Америку (это если мерить по развороту полушарий из контурных карт за седьмой класс).

- Ай, блин! - взвизгнула я и в очередной раз потерла голову. Кажется, моя косичка сегодня будет не такая густая, как вчера... Мы сели на диване, прикладывая ладони к ушибленным местам и нервно похихикивая.

- А где часы? - спросил Макс, приподнимая одеяло.

- С чего ты взял, что там часы? - поинтересовалась я.

Две Бабушкины кошки Мурка и Тигра сидели перед диваном и пристально за нами наблюдали. Вообще-то это была странная картина: наши кошки никогда не вели себя как домашние, у них всегда были дела поважнее, чем какие-то там люди. Макс тоже это подметил и покосился в мою сторону:

- Смотри, праздничный парад! Поздравляют, - затем он чинно кивнул им, положа руку на сердце, - Спасибо, девочки, мне очень приятно.

Мурка тут же лениво стала умываться, а Тигра грациозно продефилировала к дивану и обтерлась обо что-то своей симпатичной мордочкой. Макс наклонился и, свесившись вниз головой, проликовал:

- О! Спасибо, надеюсь, они не разбились! - он поднял с пола футляр, который мы так небрежно скинули во время потасовки.

- Да с чего ты взял, что это часы?! - серьезнейшим тоном спросила я. Даже строго. Да. Очень строго спросила.

- Потому что я их хочу, - невозмутимо ответил Макс. А потом на секунду замешкался и неуверенно спросил: - Не часы?

- Неа, - ответила я. Потому что нельзя рушить сюрпризы. Это не честно. Макс расстроенно опустил брови, а потом широко улыбнулся и, победно посмотрев на меня, почти прокричал:

- А вот и часы! - резко открыв футляр, он удовлетворенно добавил, похлопывая меня по плечу, - Спасибо, я знал, что ты не подведешь.

Я только обменялась взглядом с Муркой и помотала головой из стороны в сторону. Потому что его самоуверенность просто не знает границ. И Мурка меня поддержала.

Вообще-то Макс много рассказывал мне, как они отпраздновали его прошлый День Рождения. И, судя по всему, все прошло почти как свадьба: три дня пира и, в итоге, восемь пакетов с бутылками из-под «Колокольчика» и «Буратино». Которые ему пришлось нести на мусорку самому. По правде говоря, я даже представить себе боялась, что будет в этот раз, ведь юбилей все-таки! И Макс уже сто раз радовался, что ходить на мусорку теперь он будет не один... Поэтому я немного нервничала. Но зря. Потому что мы в этот день:

1. 1) Сходили на крыницу.
2. 2) Пришли домой голодные и не смогли открыть дверь. (Ключ просто не поворачивался в скважине!)
3. 3) Постучались к дяде Саше и попросили нож. (Зачем-то сказали, что нам нужен поострее. Самый острый.)
4. 4)Прошли детектор лжи и пытки голодом у тети Вали, (которая тоже безуспешно пыталась открыть нашу дверь). (И которой показался подозрительным запрос на самый острый нож и отказ от свеже-сваренного супа). В итоге согласились на столовый нож и получили в аренду миску, растительное масло, щепотку соли.
5. 5) Замечательно провели время в предбаннике, сидя на удобных лавочках перед микро-столиком, поедая напиленный мной столовым ножом салат. Почему-то он оказался очень вкусным. Настолько вкусным, что даже Макс сказал: «Классно, когда есть старшая сестра. Особенно, когда она так вкусно готовит!». (Вот бы мой будущий муж предъявлял такие же требования к моим кулинарным способностям... Я даже острые ножи тогда покупать не буду.)
6. 6) Так и дождались, сидя в бане, Бабушку. Которая пришла с работы пораньше и открыла дверь с первой же попытки нашим же ключом. (Это мистика. Мы до сих пор не понимаем как).
7. 7) Приехали Танюшка и Сережа. И Татьяна Владимировна. Это вторая Бабушка Макса. Сначала мы вкусно ели и с ума сходили от счастья от того, что нам привезли два ящика газировки.
8. 8) А потом Максу вручили подарок. И мы, после бури восторгов, просто ушли за печку. И там пропали, лежа на Бабушкиной кровати, в необъятном мире новенького LG. Полифония. Цветной экран. Игры. КАМЕРА! Нет. Не так. КАМЕРА, КОТОРАЯ КРУТИТСЯ! И даже уже закачанная мелодия вместо гудка. А какой он красивый...! И маленький. Совсем не похож на все эти «кирпичи». Но самое главное: он не был телефоном взрослых.