Баба Эля, газуй! или С ветерком на Запад!

Глава 15

Мы ехали не спеша через густые поросли леса. Элан уверенно правил нашим конём, хотя я, как ни старалась, даже едва заметной тропинки разглядеть не могла. Для поездки нам отдали великолепного рослого першерона, который вёз нас двоих, казалось, и не замечая своей ноши. Широкие копыта коня с едва заметным гулким стуком впечатывались в землю, чёрная шкура лоснилась и была бархатисто-мягкой, чуткие уши подрагивали, улавливая каждый звук, доносящийся из чащи.

- Ты говорил Ахтакакуп большой город? – Я неловко обернулась через плечо, стараясь разглядеть Элана.

- Так и есть, - улыбнулся тот, - скоро сама увидишь.

- Но мы едем всё глубже в лес, как можно построить поселение посреди непролазной чащобы?

- Мои слова не передадут того, что скоро откроется твоим глазам.

Индеец не отличался многословностью, и большую часть пути мы ехали просто молча, что дало мне время для раздумий. Деньги на месте, если я сохранила свои, уверена, Генри тоже. Закупим всё, что надо и прямиком в Филадельфию, а там передам все чертежи Генри и мистеру Дину. Вдвоём они справятся. Хорошо, что я подготовила всё ещё до отъезда, так как боялась умереть в дороге, вернее, почти смирилась с этим. Даже документы для патента были написаны, и чертежи сделаны. Жаль, однако я понимала, вряд ли увижу первые омнибусы. Может, когда-нибудь потом. Сначала надо сладить со своим медведем и выяснить, как же вернуть зверей племени. Хотя смутно себе представляла, как же это провернуть. Ничего. Раз уж колдун поверил в меня, значит, как я любила говорить про лентяев-студентов, – потенциал есть, осталось лишь расшевелиться.

Меня отвлёк далёкий вой волков. Лес становился всё гуще. Я удивлялась ловкости нашего коня, который объезжал самые трудные места, умело словно змея, лавируя среди величественных деревьев и густого кустарника. Солнце спряталось за кронами, раскрасив листву мелкими яркими конопушками. Ветви ласково гладили нас по лицу и плечам, точно приветствуя старых знакомых. Над нами щебетали птахи, радуясь этому дню, зовя пернатых подруг, чтобы разделить свой восторг. Я начинала понимать индейцев, которые ушли в леса, не желая селиться в каменных мешках. Какое умиротворение охватывало душу, стоило попасть под этот изумрудный полог. Как привольно дышалось сладким воздухом с чуть горьковатыми нотками разнотравья. Мой зверь шумно сопел, сбивая с мыслей. Казалось, он тоже наслаждается возвращением.

Дорога пошла вверх и скоро, через небольшую лощину, мы выехали к подножиям высоких холмов. Тут-то у меня и отвалилась челюсть. По склонам ввысь карабкались многочисленные каменные дома, ловко «встроенные» среди деревьев. Крыша одного жилища служила эдаким двором для того, что расположен выше. Удивительное зрелище, потрясающее. Элан приостановил коня, позволяя мне насладиться открывшимся видом.

- Это просто шедевр, - выдохнула я, заворожённая местной архитектурой. Наверное, так Толкин представлял себе города эльфов – абсолютная гармония с природой. Конечно, здесь не было тонких витых колонн и причудливой резьбы, украшавшей строения, но этого и не требовалось. Невысокие домики примыкали к огромным, в несколько обхватов, стволам, иногда дерево росло прямо из крыши. По узеньким тропинкам спешили куда-то горожане, играли дети, лениво прохаживались между домишками индюки, козы и овцы. А на деревьях сидели самые настоящие попугаи! Красные ара, если память мне не изменяет. Ярко-алые крупные птицы с синими маховыми перьями. Они важно расхаживали по крышам, сидели на плечах детей, выклянчивая подачку, лениво перелетали с ветки на ветку.

- Они домашние? – Удивлённо ткнула я в ярких птиц.

- Да, - усмехнулся Элан, - наши предки приручили их и с тех пор ара живут с нами, не улетая далеко от города.

- Зачем? От них есть какая-то польза?

- Не всё в этом мире меряется выгодой, - ответил Элан, - они просто друзья. Весёлые и беззаботные. Напоминают нам, что к жизни надо относиться легко.

- А зимой? Как не погибают от холода?

- В домах греются у очагов и любят сидеть рядом с ними, на специальных шестах.

- Это самый необычный город, какой мне приходилось когда-либо видеть.

Элан тронул поводья, и конь послушно побрёл вперёд, а я замерла, предвкушая новые чудеса.

Люди здоровались, оборачивались нам вслед, однако вели себя сдержанно. Мне нравились индейцы, не было в них суматошности и навязчивого любопытства. Знай в Филадельфии, что я могу обернуться медведем, мне бы прохода не давали, а тут, только пристальные взгляды, изучающие, но не более.

Мы спешились у просторной хижины на третьем «ярусе» построек.

- Тут живёт брат моей матери, - Элан хлопнул жеребца по крупу и тот послушно пошёл за дома, по одному ему ведомой дороге.

На пороге хижины показался мой брат, и я не смогла сдержать нахлынувших чувств:

- Генри! – Бросилась ему на шею, только сейчас осознав, как же сильно привязалась к своему новому родственнику.

- Мерид! – Он сжал меня в объятьях так, что чуть не хрустнули рёбра, - мне тут такое про тебя порассказали! Что ты стала оборотнем. Ну не чудаки ли?

- Это правда, - я отступила на шаг, наблюдая, как меняется лицо мужчины. Сомнение, изумление, растерянность.

- Разве так бывает? – Спросил он.

- Сама не знаю. Думаешь, мне было легко к этому привыкнуть? Я чуть со страху не умерла, когда первый раз обратилась.