Баба-Яга не против!

Глава 9 Победили... блины. Да не те...

— Это на счастье! — гаркнула на всю мощь лёгких, отчего все присутствующие вздрогнули. — Боюсь, блюдо Настасьи Микулишны не пришлось по вкусу великому правителю. И великий и ужасный Кощей Бессмертный так и остался голодным. Так что, накормив его, вы, дамы, сможете заодно и вернуть Его Темнейшеству хорошее настроение.

Сорвав со стола салфетку, я сунула её в руки Кощея, а сама пошла между рядами.

— Ну, кто решится? Блюдо, которое привлечёт наибольшее внимание Его Темнейшества, будет признано самым лучшим и даст вам призовое место в этом состязании. Ну же, смелее!

— Надо… готовить? — пискнула Царевна-Лягушка.

Я задумчивым взглядом окинула три Скатерти на трёх стоящих рядом столах, не считая царского.

— Вы же хотите стать супругой самодержца, так что готовить вам не обязательно, а вот знать, как успокоить своего сурового супруга, — надо бы. Вот представьте ситуацию: приехали враги из соседней страны и разозлили его. Что нужно делать?

— Но в соседней стране живу я, — возмутилась Царевна-Лебедь.

— Это гипотетически, — закатила я глаза к потолку. — По какой-либо причине ваш супруг разозлился. Нужно немного сгладить неловкость ситуации и накал страстей. Давайте вместе поразмышляем, какое блюдо может отвлечь и поднять настроение? У вас есть три Скатерти. Даю вам десять минут на обдумывание. Настасья Микулишна в этом раунде вылетает, так что первыми идут…

— Я попозже, — попросила Жар-Птица. А потом, видя недоумевающие взгляды, пояснила: — В моей семье принято доедать завтрак до конца. Если позволите, я пропущу девушек вперёд.

Я с небольшим скепсисом окинула малюсенький кусок запеканки, который она уже столько времени ковыряла вилкой, но всё же кивнула.

— Хорошо. Итак, Царевна-Лебедь — твой стол — правый. Царевна-Лягушка — бери стол посередине.

— А я налево, — понятливо подскочила Лисица-Сестрица.

— Ну и замечательно, — решила я, подходя к одинокому столику возле двери и моих друзей. — Вы тогда готовьтесь, а я позавтракаю.

— Там? — удивились невесты.

— А у меня всё с собой, — пожала я плечами и вытащила из корзинки собственную Скатерть — от горячего пуза Ёрша, восседающего до этого на ней, она нагрелась и что-то вполне благосклонно мурлыкала. — Да и эксперимент я вам портить не хочу. Работаем, дамы. Чей завтрак заинтересует мужчину, та, считайте, и выиграла.

Кощей со своего места, уже приведённый в порядок, хмыкнул и, лишь одним взглядом посмотрев на собственную Скатерть, получил полный кубок прозрачной воды. Жар-Птица вернулась к трапезе, а Гриб-Боровик, про которого все уже давно забыли, пока он стоял с открытым ртом и наблюдал за развитием событий, пронёсся мимо с веником и совком, с явным намерением убрать с пола блинное безобразие.

— Чего желаешь? — прозвенел высокий голос с расправленной Скатерти. — Ах, как я волнуюсь! На меня же все смотрят!

Я не стала ей говорить, что не смотрит на неё ровным счётом никто, а вместо этого попросила:

— Мяса бы какого Ершу. Корма собачьего у тебя наверняка нет, так хоть кашу мясную с косточкой…

— Сделаем! — Скатерть явно лучилась энтузиазмом.

На столе тут же появилась довольно большая лохань, полная ароматной густой каши. При желании щенок мог в ней запросто утонуть.

— Ты не увлекайся, — попросила я со вздохом, переставляя лохань на пол перед обалдевшим от такого счастья Ершом. А затем попросила себе:

— Знаешь, наманили меня этими блинами. Летали они тут, падали, а я ни одного не попробовала. Можешь сделать? Парочку! — успела я крикнуть до того, как на столе материализовалась тарелка… ну не с сотней, но с полусотней золотистых блинчиков точно.

— Я делаю вкуснее, чем… эти… — гордо шепнула мне Скатерть и выдала рядом крынку сметаны и по плошке мёда и варенья.

Я вздохнула и посмотрела на друзей.

— Я блины е-есть не бу-уду, — тут же предупредил Баюн.

— А я помогу, — улыбнулся Колобок, вспрыгивая на стол.

Я благодарно кивнула, свернула первый блин трубочкой и, попросив ещё чай, переключилась на то, что происходило в зале.

А в зале происходило следующее.

Претендентки уже вовсю ругались со своими Скатертями, обсуждая, что лучше подать Его Темнейшеству и в каком виде.

Перед Царевной-Лебедью то и дело возникали изысканные блюда: то целая утка в яблоках, то перепёлки в соусе, то поросёнок с пучками зелени. И всё это богатство тут же исчезало со стола, стоило девушке в очередной раз сморщить длинный нос.

Лисичка-Сестричка оказалась не настолько капризна, потому как перед ней вдоль всего стола появлялось уже десятое блюдо. Причём, все изыски расположились вперемешку: довольно вонючая селёдка стояла рядом с кремовым тортом, тот грел бок об котелок с кашей, а сбоку чуть ли не сваливались со стола куски рассыпчатой халвы. Будто всё, что только можно было придумать, сейчас возникало перед девушкой с рыжим хвостиком, которым она от волнения активно мела по полу.

Одна Царевна-Лягушка сидела к нам спиной напротив абсолютно пустой столешницы.

— Ду-умает, наверное, — хмыкнул Кот, а потом презрительно сморщил нос: — Было бы чем… у этих лягух…

— Тише ты! — испуганно шикнул на товарища Колобок.

— Ну не лю-юблю я их братию… — оправдывался Баюн.

Я свернула второй блин и, убедившись, что Ёршик занят кашей, встала с лавки и с интересом направилась ближе. Может, замечу, чем именно занята девушка? Не дай Бог, спит… тогда разбудить придётся.

В общем, не знаю как, но оказалась я аккурат возле Кощеева стула. Пардон, кресла…

Мужчина скосил на меня чёрный глаз, и не успела я и собственным глазом моргнуть, как он преспокойно вытащил из моих пальцев свёрнутый в трубочку блин и довольно меланхолично его съел.

— Вы оставили меня без завтрака, — пожал он плечами на моё возмущённое восклицание.

Я недоуменно моргнула, а потом сходила за ещё одним блином… а потом ещё и ещё… В итоге, психанув, принесла целую тарелку и, усевшись рядом с самодержцем, начала с интересом наблюдать за подготовкой девушек.