Баба Яга в декрете или чем заняться ведьме в отпуске

Глава десятая

Яга сердито оглядела прихожую. Двери в комнаты были предусмотрительно закрыты Ягой, поэтому незванный (опять!) гость дальше прихожей пройти не успел.

В углу трепыхался полупрозрачный задохлик. "Жаль, тушёнки не выйдет. Ну, хоть суп сварю котам..." — думала Яга, примериваясь рукой к обувной ложке, стоявшей у входа.

"Чё припёрся?" — Яге изрядно надоело, что все кто ни попадя прутся в её избушку, как к себе домой. Может, они с Избушкой и не юные, но и в музейные экспонаты записываться ещё рано!

— Я Карлос, тётушка, — запинаясь, дрожащим голосом ответил призрак.

— Кикимора тебе тётушкой будет, а я Ягиния Аидовна! Чё припёрся, говори, пока я добрая, а то быть тебе холодцом!

— Тётушка, ну я же внук Кириллы Сергевны, что Святославу Полковичу троюродной сестрицей по мачехе его зятя была... Племянник я ваш. За помощью пришел. Христом Богом молю — помогите!

— Племянничек, значит, ну-ну. И чем помочь тебе надо? — Яга прикинула, что ни холодца, ни бульона с задохлика не выйдет. Кости одни, да и те призрачные.

— Я — известный воин!...

— Пхаха! Воин чего? Цыплячьих боёв? Защитник щавеля и диет для достижения анорексии? — Яга даже подрасслабилась, настроение стало улучшаться. Почти прозрачное тощее привидение юного мальчишки, трепыхающееся от оконного сквозняка недоразумение — а всё туда же — воин!

— Я! Воин! Тётушка! Воин в "рыцарях левитирующего стола" — это игра такая компьютерная. Между прочим, воин третьего ранга! Так вот, я — известный воин...

— В узких кругах — снова, хихикая, перебила его Яга.

— Познакомился с прекрасной принцессой в игровом чате. Она была впечатлена моими достижениями, моими победами, моими доспехами, моими умениями...

— Пошли, воин. Завтрак пока приготовлю. Чувствую, долго ещё будешь пересказывать, чем была впечатлена твоя прекрасная принцесса. Только пока не пойму, каким боком тут я, — Яга пошла в сторону кухни, махнув за собой рукой.

Призрак поплыл следом. Неловко задев шифоньер, он чуть не упал на обувную полку, чем заслужил косой взгляд от Яги.

— В общем, она была мною очень впечатлена. Она постоянно писала мне, восхищаясь: какой я сильный, храбрый, смелый...

— Ближе к делу! — Яга уже разбивала яйца в миску для омлета.

— В общем, она была от меня без ума. Она очень хотела встретиться в реале, но рассказала мне по секрету, что живёт взаперти. Её похитил какой-то гадкий тип, запер в доме и не выпускает никуда, только погулять совсем недалеко. Я, конечно, сказал ей, что спасу её, собрал отмундирование...

— Обмундирование, — закатила глаза Яга.

— Да-да! Отмундирование. И пошел в поход, спасать принцессу от гадкого злодея. Ну, спасти я её спас — я помог ей сбежать. Но немножко умер. Мужик, что держал её взаперти — мерзкий тип — старый, лысый и очень злой, когда увидел меня, вылезающим из окна её комнаты, затыкал меня вилами до смерти. Ну, зато хоть моя прекрасная принцесса сбежала. Для такой — ничего не жалко. В общем, тёть, по-родственному. Оживи меня, пожалуйста. Мне жениться надо ж. Найти её и замуж взять. А мы тебя на свадебку пригласим, — уже уверенным, совсем не дрожащим голосом закончил Карлос.

Яге очень хотелось шлёпнуть себя по лбу ладонью, прикрыв глаза. Нашелся тут родственничек. "Спас" очередную вертихвостку от строгого отца, осев на вилы и жениться собирался. А той и след простыл. Зачем ей менять отца-тирана на мужа-дурачка? Такие дамы вовсе не пропадают без отцов и мужей, скорее наоборот — они прекрасно живут без них. Только иногда используя. А этот и рад стараться. И ведь даже после смерти припёрся сюда, в Избушку к самой Яге и не побоялся просить оживить.

Ага, вот так просто. Взяла и оживила. Яга вылила яичную смесь в сковородку, накрыла крышкой, зажгла огонь. Не торопясь, она развернулась и пошла в противоположный угол, где взяла большой уличный совок для мусора. (И что он только забыл на кухне? Ох уж эти дети! То один, то другой что-то да притащут домой) После чего подошла к Карлосу и ласково треснула его по лбу совком.

— Эй! Тётушка, вы чего?!

— Того, племянничек. Проваливай. Холодца из тебя не выйдет, больно тощий, вот и не занимай пространство. И так народу - хоть ещё избу расширяй!

Карлос поник, стал ещё более блёклым и невнятным. Жалко ссутулившись, он стал вздрагивать плечами, потихоньку двигаясь в сторону выхода. "Плачет. Дитё совсем" — поняла Яга.

— Где мать с отцом? Они хоть знают, что ты помер, горе ты луковое?

— Не знают. Как же знать им? Я один у них, больше и не вышло детей, они на меня столько надежд возлагали — отец думал, я дело его продолжу обувное, мать внуков ждала... Не переживут они такого известия... И призраком я им не нужен. Боятся они такого всякого.

— Ты не Карлос, ты пять рублей убытку, ей-богу! За стол садись, недоразумение. Руки-то хоть помой!

И Яга пошла звать свою семью к столу. День только начинался.