Баба Яга в декрете или чем заняться ведьме в отпуске

Тридцать первая глава

— Пить вредно, мама! А женский алкоголизм так и вообще не лечится!

— Конечно, не лечится! Потому что его не существует! Сына, не будь сексистом, я тебя не так воспитывала.

— Ягиния, послушай Кащея! Он дело говор...

— Вах! Дружыщще, ты защем маму обыжаешь, да?!

— Ладно! Дело, конечно, твоё, но это не дело! Мама, потом опять будешь мигренью мучаться же!

— Обыжаешь, Кащэюшка! Ну разве можэт у мами балет голова после ва-алшэбной настойки дяди Вадавичика?! А, эй, нэт канэшна! Мамой клянус!

— Ягиния, прислушайся к своему сыну. В нём говорит воспитание от лучшей части нашего рода — все же не прошло даром наше с ним общение!

— Господи, мам, у тебя как всегда — как не позвоню, так балаган происходит! То цари, то коты, то вот, гости всякие...

— А вот это уже не культурно, что значит "всякие"?! Разве можно употреблять такие выражения в отн...

— Вай-вай-вай! Дружыщще, разве можно так про родную тётушку гаварит?!

— Мам, я вообще по делу, ты давай там как проводишь дядю Водника, набери, хорошо?

— А что за дело? Если не секретное, то говори, мы тут все вместе покумекаем.

— Вай-вэй! Вэрно гава-арышь, душэнька мая! Адна голова харашо, а все мы вместе — выще самай умна-ай горы!

— Ладно. В общем, помнишь, сведения были, что псы пропадают на границе? Главную фигуру с доски мы убрали, но ситуация на границе не изменилась. Более того, стали пропадать и люди. Изначально случаи пропажи были списаны на нечисть из Чёрного, но я лично беседовал и с Лешим, и с Кикиморой местной - не они это. Говорят, чужак пришел.

— Хм... А Грету проверяли?

— Да, там все чисто. Даже с оборотнями теперь она меньше контачит, наши понятно объяснили что бывает за дела в тени и против народа.

— Так, ну надо значит глянуть своими глазами что там на границе. Какая деревня?

— Макеевка, но наши уже беседовали с местными, ничего не обнаружили. Бесов нет, сущностей нет. Было чудо - у семьи бездетной сбылась мечта - они мечтали о ребенке и снежная скульптура ожила, стала дочерью им, но больше ничего особо не происходило.

— Дарагой мой мальчык, дядя Вадавичик асё рэшыт! Хоп — разом опрокинул рюмку в рот Водяной и, покачиваясь, встал, — мы выезжаем!

— Стойте! Куда вы выезжаете?! Мам, пусть он останется, да и вообще вам там делать нечего — непонятно что происходит, опасно же!

— Не переживай, сына, я возьму с собой... Хм... Швабру! Если что, отобъюсь. Ну и тёть Эля поможет.

— Да, как же... мам!

— Всё, котик, на связи! — и Яга, сбросив звонок, направилась собирать себя и малыша.

Элеонора убирала со стола, обдумывая предложенную племянником ситуацию. Долгие годы службы оставили весомый отпечаток на ее характере, привычках и складе ума. Даже будучи творческой личностью и найдя себя в музыке, Элеонора не переставала думать как Глава службы безопасности. И, конечно же, для неё не стоял вопрос — ехать или не ехать на границу.

Так же для неё не стоял и вопрос о присутствии Ягуси, а так же отсутствии Водяного. Нужен он там, мешаться! Первую Эля планировала "отрезветь" заклинанием, а второго отправить в озеро. Если понадобится, то пинком.

Водяной же, выкатив булькающий живот на крыльцо, наслаждался снегом. Он знал, что сборы Яги с Алёшей — дело не быстрое, поэтому, задумчиво трогая руками снег, погрузился в свои мысли.

Конечно, ему, нравились вечные дожди и даже хмарь, но душа всё-таки требовала разнообразия. Поэтому то, что погода отмерла и природный цикл снова запущен — его только радовало, хоть вслух он и бурчал про замерзшую речку.

Собравшись и распределив сумки между собой, Эля и Яга вышли на крыльцо. Малыш сидел на руках Яги, придерживая швабру, и деловито следил за происходящим. Создавалось впечатление, что он понимает абсолютно всё, что происходит вокруг него, совсем как взрослый. Возможно, то было влияние артефакта, а возможно, он был просто способным малым.

Элеонора в свои планы никого посвящать заранее не собиралась, планируя попрощаться с Водяным тогда, когда они будут идти мимо озера. Заклинание же для отрезвления сестры она уже потихоньку готовила.

Снежная белизна настроила Водяника на философский лад. Он шёл спасать мир, чувствуя, что всё происходит именно так, как и должно, готовый стойко принять всё, что бы не случилось.

Преисполненный внутренней уверенности, спокойствия и даже некоей гармонии, он молча шел за сёстрами, подходя к родному озеру.

"О, а вот и Валэра, что помэр!" — с ноткой грусти, указал Водяной на примерзшего к поверхности озера жаба. Жаб шевелил глазами и всеми силами давал понять, что он не согласен с данным заявлением, но ему очень мешало то, что лапки, пузико и даже язык были закованы коварным льдом.

— Ну где ж он помер, когда он жив?! — отозвалась Яга, — ну-кось, подержи-ка.

Она сгрузила Алёшу в руки Элеоноре и направилась к Валере.

— Сейчас, дружок, потерпи немного, — глаза у жабика увеличились вдвое, когда Яга потянула его изо льда.

— Нате! — довольно передала она почти невидимого и очень замёрзшего жаба Водяному.

Водяник, обрадовавшись, как малый ребенок, принялся ахать, благодарить Рода за чудо и чуть ли не прыгал от радости, нацеловывая друга.

Эля усмехнулась:

— Ну, раз такое дело, ты оставайся тут с Валерой, мы уж как-нибудь сами.

Водяник, отрываясь от друга и будто бы только сейчас вспоминая, что они вообще куда-то шли, снисходительно разрешил:

— Ладно! Вы там развэдайтэ всё, а я позжэ подплыву и всё рэшу! Главна-айе, нэ бойтэсь! Вы пад ма-аей защытой!

Он многозначительно покачал указательным пальцем в воздухе и направился в озеро. Жаб благодарно посмотрел на Ягусю и кивнул, крепко прижавшись к Водяному.