Баба Яга в декрете или чем заняться ведьме в отпуске

Глава сорок

Сжавшаяся в ужасе около стенки Настасья, зажимала полотенцем себе рот, тихонько плача. Эля прикидывала, как вывести всех из дома, прежде чем начать обезвреживание Снегурочки. Указав глазами на выход из комнаты, она прошептала Настасье: "спрячьтесь"

Снегурочка отреагировала немедленно — нарочито расслабленно развалившись в кресле, она, улыбаясь во весь рот и глядя в глаза Элеоноре, сказала:
— Не переживай, её я сожру после вас.

Яга, прижимая к себе серьезного малыша, спиной пятилась к выходу. Как бы там не было, а в открытом бою, да ещё и с неопознанной хренью, рисковать ребёнком она не собиралась. "Там на подходе подмога, Эля справится, а мы должны уйти с поля боя, чтобы не добавлять ей проблем" — успокаивала себя Яга.

Вскочив, Снегурка бросилась на Элеонору, не дожидаясь, пока Яга с малышом выйдут за дверь. Эля же, не планировала сразу вступать в бой — нужно было посмотреть на противника, выявить слабые и сильные стороны. Да и пока было непонятно, чем можно навредить снежной диве, а чем нет, поэтому Эля отскочила за диван, замерев в стойке.

Оперевшись двумя руками на сиденье дивана, Снегурочка рассмеялась и начала таять, оголяя то, что было под заледеневшим снегом.

Спустя пару минут, Элеонора задумчиво смотрела на светловолосую женщину с изящными чертами лица и тонким длинным носом. "Да, пожалуй, волосы пора подстричь. Да и на массаж нужно сходить — овал лица совсем просел." — думала Эля глядя на Снегурку, выглядевшую точь-в-точь как она сама.

Снегурочка же смотрела на свою соперницу, усмехаясь, и усмешка её не предвещала ничего хорошего. Звонко рассмеявшись в тишине замершего дома, копия Элеоноры кокетливо провела пальчиком от виска до губ. Погладив губы, пальчик замер на подбородке, после чего Снегурка резко схватила саму себя за шею и с громким хрустом крутанула голову.

Расширившимися глазами Эля смотрела, как точная копия её самой отрывает себе голову. Элеонора видела многое в своей жизни и была крепким орешком, но такого зрелища даже в своих кошмарах она представить не могла.

Покрываясь мурашками с ног до головы, она смотрела как неведомая хрень с её лицом, именовавшаяся ранее Снегурочкой, опускается на четвереньки и, обходя диван, ползёт к ней. Вернее было бы даже сказать, что ползла страшилка на трёх конечностях: в правой руке она за волосы держала оторванную голову с жуткой ухмыляющейся улыбкой.

Во все стороны от головы и шеи брызгала вполне себе натуральная алая кровь, пачкая диван и пол. Снегурочка с Элиным лицом медленно, издеваясь, ползла в сторону замершей Эли, задорно размахивая оторванной башкой.

Обойдя диван, с булькающим смехом, Снегурка размахнулась правой рукой и швырнула в Элеонору скалящуюся оторванную голову.

Эля, хоть и пребывала в ужасе крайней степени, продолжала держать себя в руках: годы работы в Тайной Магической службе сформировали в ней железную выдержку.

Поэтому стояла она, замерев, не от страха, а наблюдая за происходящим в состоянии готовности. Всё-таки стойкость Главного специалиста по безопасности государства даже спустя много лет всё ещё была непоколебимой.

Схватив то, что было под рукой и хорошо размахнувшись, Элеонора чётко и с хрустом отбила, летящую в неё оторванную голову. Горшок, с крепко сидящим в нём фикусом, а под руку Эле попался именно он, треснул от удара, но продолжал держаться из последних сил.

Обезглавленное тело Снегурки ловко, прямо на лету, поймало собственную голову и радостно улюлюкая прикрутило её на место, после чего пригнуло на Элеонору, придавив её к полу.

Вбегающие в дом, специалисты из Магической службы оцепенили от представшей им картины: в лужах крови на полу дрались две Элеоноры, одна безумно скалилась, пытаясь укусить вторую, вторая же отбивалась цветком в горшке, громко матерясь.

В момент, когда зубы Снегурочки всё же

добрались до плеча Элеоноры, Эля перемежая слова заклинания с матом, наконец-то выдала заклятие. Всё это время она пыталась вспомнить хотя бы что-то, что может пригодится в данной ситуации, но из-за шока от происходящего, в голову, как на зло, ничего не приходило.

В голове были лишь обрывки заклинаний и связать воедино их не получалось, но в момент, когда Снегурка с громким чавканьем оторвала кусок мясо от плеча Эли, целое заклинание сразу вспомнилось.

Правда, это было заклинание послушания для питомцев из раздела бытовой магии, но во всём происходящем дурдоме это было не важно: это лучше, чем ничего.

Выдав заклинание целиком, Эля на долю секунды затормозила: в конце нужно было назвать имя питомца. Треснув по башке Снегурку, Эля назвала её имя — Снежа, в качестве заключения магического обряда, и чудо-таки случилось.

Снегурочка скатилась с Элеоноры и с громким воем стала кататься по полу. Отползая от нее, Эля всё ещё не отпускала из рук своего верного помощника — фикус держался в горшке буквально на добром слове.

Ледяную нечисть корёжило, гнуло и даже будто бы уменьшало. Скуля и завывая Снегурка медленно, но верно превращалась в поросёнка. Скорее это даже был мини-пиг.

Стоявшие в проходе спецы наконец-то отвисли и бросились кто к Эле — оказывать первую помощь, а кто к Снегурке, превращающейся в животное.

Они были бы рады помочь раньше, но события происходили слишком стремительно, потому специалисты тайной магической службы успели лишь к окончанию всего происходящего кошмара.

Чуть позже, сидя на большой кровати в спальне, Яга успокаивала трясущуюся в рыданиях Настасью. Хозяйка дома винила себя в том, что не разглядела сразу монстра в Снегурочке, но и материнское сердцо разрывалось на куски от осознания, что любимой Снежи больше не будет.

В гостиной же Эля с забинтованным плечом разгневанно пыталась отогнать от себя мини-пига, молчаливо следующего за ней по пятам. В глазах свинки были отголоски ярости, но заклинание железно гнуло силу воли, заставляя быть преданной и верной своей хозяйке.

Хихикающие спецы, уже взяв на анализ кровь, оттирали теперь её с пола и других поверхностей. Им было весело наблюдать за тем, как пытается прогнать от себя своего нового питомца грозная Элеонора Аидовна.