Баба Яга в декрете или чем заняться ведьме в отпуске

Глава шестьдесят пятая, в которой в дом приходит гром (продолжение)

— Ты охренела? — Яга была в бешенстве. — Если хочешь быть здорова-невредима — держи свои руки подальше от чужих мужей. Собирай еду в дорогу и завтра с рассветом отправляйся восвояси.

— Я? — русалка наивно подняла брови. — Но почему? Я же помогаю…

— Ты помогаешь развести тут бордель! — Эля хлопнула ладонью о стол. — Пойдём в зал. Буду учить тебя культуре поведения на Руси, заодно обсудим правила взаимодействия с женатыми богами. — Крепко держа её под локоток, Элеонора танком тащила упирающуюся девушку вон с кухни.

Карлос, уже пригласивший Кащея за стол, возвращался обратно.

— И чего она в нём нашла? — прошипел он, раз за разом проваливаясь сквозь стул. — Древний, брюзгливый, с длинными патлами, еще и в латах…

— Красивый, — пробурчал Тюльпанчик, тихонечко вползая в кухню.

На крыльце послышались шаги. Перун, вернувшись тяжело вздохнул:

— Ну, вот, а ещё говоришь, что я ревнивый… Где все?

— Выясняют, кто главнее в пищевой цепочке, — Персик прыгнул ему на колени и потёрся о живот в броне, — Держу пари, Эля засушит её в гербарий.

— Не в гербарий, — Яга мрачно взглянула на окно, за которым метель вдруг усилилась. — просто засушит. А я Водянику скормлю. С пивом.

Хмыкнув, Перун погладил Персика и вдруг заметил медленно приближающегося и всё ещё путающегося в лапах Тюльпанчика.

— Род отец мой! Что это? Кто это? Радость моя, ты, вижу, очень скучала? Это и есть твоя новость?

— Ох, милый, это долгая история. И лучше тебе её поведает Персик. А про новость я расскажу чуточку позже, – Яга загадочно улыбнулась. Как поведать мужу, что она неожиданно даже для себя стала матерью и вот уже почти год растит ребёнка одна в его отсутствие – Ягуся уже знала. Она много раз прокручивала этот разговор в своей голове и была готова к любой реакции со стороны мужа. Но ожидала, конечно, реакцию позитивную – побурчит и перестанет. Перун очень любил живность, нянчился с Персиком, а значит, и малышарику будет рад.

Тем временем в зале Элеонора, скрестив руки и расхаживая туда-сюда перед сидящей на диване Ариэль, читала лекцию о «нормах приличия в многовидовом коллективе», когда раздался звонкий крик «маа!». Эля на минутку остановилась, замолчала и прислушалась. Услышав шаги кого-то тяжелого в направлении детской, она сама себе кивнула и продолжила нотации.

Поведав историю о появлении в семье Тюльпанчика, а также о его апгрейде вот этими самыми лапками, Персик перевёл дух и закончил:

— Вот такие дела у нас происходят.

Хлопнула дверь комнаты Кащея и послышались шаги, заглушаемые мужским голосом:

— Ну, я же сказал, инструкции дам позже. Пока начинайте как начали, фото и письменный отчёт предоставите как всё сделаете, я если что дам указания. Ну что значит, жена не поймёт? А дополнительный ежегодный отпуск в связи с новым праздником она поймет? Ну вот и всё, выполняйте! На связи.

Перун выжидательно смотрел в проход, дожёвывая чесночное жаркое. Ему было очень интересно познакомиться с сыном жены, ведь не смотря на длительные отношения, ранее это осуществить не удавалось. Не то чтобы он был готов именно сегодня к знакомству со всеми родственниками супруги, коих оказалось полный дом, но раз уж так сложилось – так тому и быть. Но он совсем был не готов к звонкому крику «Маа!» тонким детским голоском. Удивлённо подняв брови, он уточнил:

— Ты стала бабушкой? Или тётей?

— Нет, родной. Я стала ещё раз мамой. Это и была моя хорошая новость.

Перун ошарашенно замер, не донеся вилку до рта.

— В смысле? Но…

— Ну, вот так вот, — Яга развела руками, после чего встала и приняла из рук Кащея малыша, — знакомьтесь, мальчики. Это Кащей, это Алёша, а это Перун – мой супруг.

Кащей протянул руку, медленно поднимающемуся из-за стола богу, а Алёшка внимательно рассматривал новоприобретённого отца.

— Пахнет грозой, — неожиданно сказал Тюльпанчик. — И морем. И глупостью.

Тишина. Даже метель за окном затихла.

— Ты… ещё и говорящий? — Перун медленно повернулся, так и держа вилку в левой руке, а ладонь Кащея в правой.

Тюльпанчик попятился, запутавшись в собственных лапках:

— Сегодня научился… щекотно.

Яга, держа Алёшку на руках, не смогла сдержать улыбку. Возможно, хаос и был их новой нормой. Но это был их хаос — шумный, нелепый, живой. Какое счастье, когда все дома!