Бабочка и гусеница

Пролог

Бабочка и гусеница

 

Научно-фантастический роман

 

Все события этой книги вымышлены от начала и до конца, поэтому весьма вероятно, что через некоторое время она будет основана на реальных событиях.

 

Пролог

 

3492 год от рождества Христова

 

            Студент Фобронского физического университета Штуц, обучающийся на кафедре теоретической физики, попросился с лекции, спустился в работающий туалет на первом этаже, зашел в туалетную кабинку и закрыл за собой желтоватую дверь на защелку, но дверь все равно начала медленно открываться. Закрыв ее снова и придержав в конце, он медленно отпустил ручку – в этот раз, видимо в благодарность за трепетное обращение, дверь не открылась.

Задрав рубашку, он прижал ее длинным подбородком к волосатой груди, и, расстегнув серый кожаный ремень брюк, спустил штаны. С осторожной брезгливостью Штуц присел на холодное, довольно, впрочем, чистое сиденье, но старался особенно к нему не прижиматься. Он никогда не ходил в туалет в университете, но в этот раз, что называется, прихватило.

Очень скоро, сам того не помня, Штуц уснул, после он очень удивлялся, что так и не упал с унитаза. Снился ему не то чтобы страшный, но довольно-таки захватывающий сон, вспоминая который потом, он почти всегда чувствовал на спине мурашки. Тоже странность: сам этот сон он помнил почти досконально очень долгое время спустя, словно это был и не сон вовсе, чего с ним не бывало ни до, ни после этого.

Сквозь пустоту темного сна, которые обычно бывают после тяжелой работы, стало что-то проступать, словно бы на просвет. Штуц не то засыпал в своем сне, не то просыпался в нем и через зеленоватый, какой-то решетчатый туман видел перед собой матовую, то ли черную, то ли серую статую, абсолютно гладкую и в каком-то, как ему показалось, мистическом сиянии. Статуя смотрела на него сверху бездонными, опустошающе черными глазными яблоками без радужек и зрачков. Сам Штуц при этом лежал и был как будто бы связан, он не мог точно понять этого. Откуда-то слева на Штуца вдруг повеяло слабым ветерком, он повернул голову и увидел, как точно такая же статуя быстро подплыла к нему почти вплотную и молниеносным движением что-то бесшумно воткнула ему в шею. Открыв рот, чтобы вскрикнуть, Штуц в мгновение почувствовал во всем теле сладкую, блаженную легкость, и всё исчезло во тьме.

            Когда Штуц открыл глаза, голова его кружилась, и было ощущение, будто он кренится из стороны в сторону, сидя на чем-то шатком. Перед глазами у него плавала грязновато-желтая дверь туалета с блестящей, подернутой по краям ржавчиной защелкой. «Что же это я?» – неопределенно подумал Штуц и наклонил голову – он сидел на унитазе, намертво вмонтированном в пол. Подняв голову, он осмотрелся, водить его уже почти перестало. «Как же это… что со мной?» – снова с досадой подумал Штуц и встал, оглядывая стены и пол, стараясь хоть что-нибудь припомнить, но в памяти было пусто. Он помнил только, что очень хотел в туалет, и потому попросился с лекции. Как только он об этом подумал, то понял, что желание его не прошло совсем. Но вместо того, чтобы исполнить его, Штуц с каким-то непонятным и тревожным ощущением медленно встал, заправил рубашку, оглядывая кабинку нерешительным и нервозным взглядом, и вышел. Когда он поднимался по лестнице, все его мысли занимала телепередача о правильном и здоровом питании.



Павел Сомов

Отредактировано: 21.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться