Бабочка и Король

Глава 10.1 Предсвадебный ужин

Сакуры лепестки

Летят, и падают звёзды.

Любовь вернулась…

Декабрь в Токио мрачный и хмурый. Жёлто-красные листья клёнов, которыми ещё можно было любоваться в начале месяца, уже облетели, и голые сучья пронзали серое тоскливое небо. То, что Асами каждый день видела за окном, отражало творящееся у неё на сердце.

Она очень скучала по Рэну. Скучала до дрожи в пальцах, до жжения в глазах, до ощущения онемения в сердце. Иногда она не выдерживала и сворачивалась в пустой постели в крохотный комочек одиночества, кулаком зажимая дыру в груди. Она не подозревала, что может так тосковать по человеку, с которым была знакома меньше месяца.

Если бы не слова Соры, возможно, она приехала бы к Рэну. Виновато поскреблась бы у него под дверью. Кто знает, вдруг ей повезло бы настолько, что Рэн впустил её. Крепко обнял, обогрел толстовкой со своего тела. Но что потом? Спрятаться у него в квартире и надеяться, что Масато её там не отыщет? Асами допускала мысль о том, чтобы поговорить с женихом. Но чем больше она об этом думала, тем яснее понимала, что не осмелится. Не найдёт сил сказать, что не готова разделить с ним свою жизнь.

К тому же Асами не была уверена, что и Рэн принял бы её. Всё, на что она могла рассчитывать — на его признание. Рэн сказал, что любит её, но это лишь слова. После он сразу же напился в баре и соблазнил первую подвернувшуюся девушку. Нет, Рэн не ждёт её. Она ему не нужна. Но уж одно обещание она точно сдержит — пропадёт из его жизни и будет верить, что быстро выбросит из памяти глаза, которые то вспыхивали озорными искрами, то превращались в глубокие ненасытные омуты страсти. Как объяснить Масато и Аой свой отказ от работы в «Яркости», Асами не придумала, но она и так много лгала в последнее время. Ещё на одну ложь фантазии хватит.

Эти печальные размышления преследовали Асами, пока она изучала своё измученное лицо с осунувшимися глазами в зеркале люксового гостиничного номера. Казалось, её глаза потеряли цвет, превратившись в две льдинки, обдающие холодом каждого, оказавшегося в поле зрения. Асами ничего не могла с этим поделать. Она почти перестала общаться с Юки и Сорой, потому что понимала — они негласно винят её в том, что их жизнерадостный и энергичный друг губит карьеру, безвылазно сидя в квартире и высчитывая дни до мгновения, когда «Бабочки» навсегда покинут «Яркость».

Асами понадеялась, что хотя бы этим вечером Рэн прервал добровольное затворничество и вышел развеяться с друзьями. Сегодня никто из девушек не появится в клубе. До свадьбы оставалось пять дней, и семья Накамура решила устроить репетицию торжества и провести предсвадебный ужин, чтобы лишний раз почествовать жениха и невесту, которые уже совсем скоро станут официально мужем и женой. А так как свадьбу решено было играть по западным традициям, то и Саюри с Юной присутствовали на этом импровизированном празднике-репетиции как подружки невесты.

Асами терпеливо запомнила всё: как пройти запутанными коридорами от заднего лифта до двери, из которой под лиричную музыку полагается появиться будущей Накамуре Асами, с какой скоростью идти по центральному проходу, чтобы все приглашённые гости в деталях рассмотрели невесту сквозь пелену проливаемых от восторга слёз. Она даже постояла у алтаря, держа за руки будущего мужа. И пока Саюри и Юна умилялись, вслух представляя, как прекрасно будут выглядеть Асами и Масато в свадебных нарядах, сама она думала о том, насколько всё это глупо. Фактически женой Масато она станет ранним утром, после того как оба они отстоят очередь в местном муниципалитете и поставят подписи и личные печати на бело-розовом канцелярском листке бумаги.

Ну и, конечно же, семья Накамура не была бы семьёй Накамура, если бы не настояла на ужине в роскошном ресторане отеля. Асами, готовясь спуститься в ресторан, приводила себя в порядок в номере, который Масато снял специально, чтобы она и девочки могли переодеться с удобством. Подруги уже упорхнули, ведь розовой бабочке не терпелось наделать сотни фотографий для соцсетей, а так как её привычного фотографа в лице Юки с ней сегодня не было, Саюри пришлось отдуваться за него.

Раз уж Асами была невестой, то и на предсвадебный ужин она выбрала лёгкое белое платье на тонких бретелях с разрезом до бедра. Ей не удалось найти в себе ни сил, ни желания наводить особую красоту, поэтому она просто распустила волосы и немного подкрасила ресницы. И, как ни странно, выглядела при этом привлекательно и невинно. Наверное, лишь чуткая Саюри догадалась бы, насколько пустой Асами себя сейчас чувствовала.

Она присела на кровать, чтобы застегнуть на щиколотке ремешок серебристых босоножек, когда в дверь раздался робкий стук. А вот и Саюри, легка на помине.

— Асами, открой, пожалуйста, это я, — тихонько пролепетал с обратной стороны двери нежный голосок.

Асами успела забыть, что закрыла дверь на замок, чтобы никто не тревожил её во время переодевания. Быстро справившись со вторым ремешком, она с кратким вздохом поспешила впустить подругу. Может, всё же попросить Саюри помочь ей собрать распущенные волосы? А то Аой слишком проницательна, чтобы не понять, что с её невесткой творится что-то неладное.

— Проходи. Поможешь мне заколоть волосы наверх, а то я… Рэн?

Асами застыла, чувствуя, как постепенно отмирают нервные окончания в руках и ногах. На неё смотрели глаза, в сетчатке которых она хотела бы остаться навечно. Рэн стоял на пороге её номера, и его потёртые джинсы и украшенная металлическими заклёпками куртка смотрелись дико на фоне изысканного убранства пятизвёздочного отеля. Асами хотела закрыть дверь — и не могла. Хотела убежать — ноги не слушались её. Хотела заплакать — но и слёзные железы, казалось, атрофировались от того, сколько раз она сдерживала слёзы за последние дни.