Бабочка и Король

Глава 10.2

Рэн не ошибся — это была лучшая соба в жизни Асами. Аземи-сан и её пожилой супруг отпустили гостей, нагрузив их сладостями ручной работы и взяв обещание непременно передать самые лучшие пожелания Софии. И так Асами узнала, как зовут маму парня, к которому она снова прижималась, прячась от промозглого ветра. Ямаха Рэна вновь летела по шоссе, обгоняя неспешно плетущиеся по дороге автомобили, а яркие фонари пронзали тьму позднего декабрьского вечера.

Асами волновалась. Рэн не предупредил, что везёт её в Каваниси, к тому же на встречу со своей матерью. Он даже не объяснил, как так вышло, что его мать была иностранкой. С другой стороны — куда ещё им ехать? Где скрыться от обиженных ею людей? Рэн, казалось, совсем не переживал, что бросил в Токио друзей, работу. Он выглядел счастливым. С нежностью обняв его за талию, Асами решила, что ей и этого достаточно.

В родную деревню Рэна они въехали около одиннадцати вечера. Главная улица пролегала через весь посёлок, параллельно ей проходила ветка железной дороги, и один раз мимо Асами и Рэна промчалась ночная электричка, ослепив и оставив после себя особенный запах, который бывает только у железнодорожных составов, но и он быстро растворился в чистом воздухе удалённой от крупных городов деревни.

Редкие машины с включёнными фарами сновали по узкой двухполосной дороге, а большинство стояло под навесами у домов. Почти у каждого дома была припаркована дешёвая малолитражка. Это было в диковинку для Асами, выросшей в Токио, но вполне естественно для японской глубинки.

Ямаха пронеслась мимо ухоженного полицейского отделения, автозаправки, синий рекламный баннер которой отчаянно трепыхался на ветру. Здесь даже был свой небольшой синтоистский храм с каменной оградой. Асами не успела как следует рассмотреть двор храма с ровно подстриженными вечнозелёными деревьями, но в её мыслях возник образ, как она с Рэном под руку ступает по этому самому дворику первого января, в традиционный день посещения храмов.

Наконец Рэн затормозил. Они оказались напротив одноэтажного домика. Каваниси — западный городок, поэтому огромные раздвижные окна, выходящие на просторную энгаву, были плотно зашторены хорошо защищающими от сквозняка бумажными шторами. Асами и представить не могла, что ожидает её внутри. Так вот он какой, дом, в котором прошло детство Рэна! На покрытой гравием площадке во дворе он наверняка не раз расцарапывал колени, а с широких потемневших досок веранды собирал занозы.

Рэн слез с мотоцикла и помог спуститься Асами. Она с трудом распрямила затёкшую спину. В общей сложности в пути они провели почти шесть часов, и от Масато её отделяли более пятисот пятидесяти километров. Асами робко перевела взгляд на Рэна, ожидая указаний.

— Приехали, — негромко сказал он. — Я не успел предупредить маму, сделаем ей сюрприз.

— Да ты с ума сошёл! — выругалась Асами, стараясь не повышать голос. Рэн покатил мотоцикл под навес у энгавы, а Асами бросилась за ним в попытке не отстать, хотя замёрзшие ноги не очень её слушались. — А если она меня выгонит? Ты хоть представляешь, как это выглядит со стороны? Ты привёз с собой девчонку в разорванном платье и с ярким макияжем. Твоя мама подумает, что ты меня на трассе подобрал! — сквозь зубы шипела Асами, представляя, как на неё посмотрела бы Аой, заявись она в таком виде в шикарный особняк Накамура. Да эта женщина к тараканам отнеслась бы доброжелательнее, чем к ней. И вот так сразу выставлять себя в дурном свете перед матерью Рэна? Асами всерьёз размышляла над тем, что, возможно, им лучше поискать гостиницу на ночь, а утром прикупить новое платье.

— Глупости не говори. — Рэн в привычной для него грубовато-ласковой манере притянул её ближе. Они поцеловались, и Асами почувствовала, что её сухие губы обветрились от постоянного ветра и поцелуев. Ну что же, ещё одна иена в копилку её «безупречного» внешнего вида. София определённо не будет в восторге от того, кого её сын приволок в дом. — Пойдём, нечего стоять на пороге. Я уже проголодался.

— Да мы ели три часа назад, — пробурчала себе под нос Асами, но, тем не менее, послушно поднялась на ступени энгавы, вцепившись в ладонь Рэна.

Рэн коротко постучал в тёмно-коричневую дверь и замер, прислушиваясь. В доме раздался шорох, и спустя несколько секунд дверь плавно отъехала в сторону, явив в проходе миниатюрную женщину. Зелёные глаза, точно такого же оттенка, как и те, в погоне за блеском которых Асами покинула Токио, изумлённо распахнулись.

— Рэн, сыночек мой! — хрупкая фигурка набросилась на Рэна с неистовыми объятиями. — Что же ты не позвонил?

И тут из-за плеча Рэна София разглядела Асами. На долю секунды Асами показалось, что она разучилась дышать, разговаривать и мыслить одновременно. Нужно улыбнуться и поздороваться, это же мама Рэна! Но вместо этого Асами стояла ледяной скульптурой посреди широкой энгавы.

— Кто там с тобой? — Нежные губы Софии разошлись в улыбке, и, не дожидаясь ответа, она шагнула к Асами и взяла её за руку. Прикосновение было мягким, лёгким. Чем-то похожим на ласку Саюри, но всё же другим. — Девочка моя, ты совсем раздета! Проходите скорее в дом!

София без сомнений мать Рэна, судя по силе и настойчивости, с которой она затащила её внутрь. Хотя замёрзшая Асами, млеющая от того, как приятно ощущалась изящная рука Софии в её ладони, почти не сопротивлялась. Рэн вошёл следом и закрыл за собой дверь.

— Мама, познакомься, это Асами. — Асами ощутила, что Рэн встал за её спиной. — Моя девушка.

София улыбнулась шире, а Асами попыталась спрятать одну остро торчащую коленку за другой. Ну почему Рэн укоротил её платье настолько кардинально?