Бабушка короля, или Опять не 25

Глава 6

Этого мне только не хватало! И что мне делать с таким недвусмысленным намеком?

А ведь я даже не знала, кто он такой. И как к нему относилась настоящая королева.

Немного поразмыслив, я пришла к выводу, что вряд ли этот бравый маркиз уже был ее возлюбленным. В этом случае он наверняка вел бы себя более уверенно. Значит, еще только предлагал себя на эту роль.

Интересно, были ли у ее величества после смерти супруга (а ведь она осталась вдовой в весьма молодом возрасте) возлюбленные? Судя по историческим романам, которые я читала, в этом не было ничего особенного.

Но вряд ли о таких фактах из биографии королевы писали в книгах или даже газетах. Наверно, даже «Сплетник Леденбурга» не осмелился бы опубликовать такую скандальную информацию. И уж точно мне об этом не расскажет ни мадемуазель Ришар, ни премьер-министр. Да я и сама постесняюсь спрашивать их об этом. Разве что память королевы каким-то образом станет доступна мне. Что там доктор говорил про какой-то отвар?

Но даже если бы Есению и маркиза связывали отношения какого-то особого рода, ко мне это не имело никакого отношения, и я не собиралась поощрять ухаживания совершенно незнакомого мне мужчины.

— Надеюсь, ваше величество, что вы не усомнитесь в благородстве моих намерений? — меж тем, продолжал Тьюззо. — Ради вас я готов на всё! И в отличие от герцога Невилла, я забочусь отнюдь не о собственных интересах.

В этой фразе я увидела возможность свернуть со слишком щекотливой темы на тему более нейтральную и полезную.

— А вы полагаете, герцог Невилл имеет в этом регентстве собственный интерес?

— Разумеется, ваше величество! — ответил маркиз уверенно. — Его светлость слишком корыстолюбив, чтобы думать о чём-то еще, кроме собственного блага. До совершеннолетия принца Эдуарда еще десять лет — за это время Невилл разворует всю государственную казну. Он пустит Редезию по миру, но набьет свои собственные карманы. Он оставит вашему внуку одни долги. К тому же я сам однажды слышал, как Невилл нелицеприятно отзывался о его высочестве!

— Вот как? — заинтересовалась я. — И что же именно он говорил?

Маркиз заметно смутился:

— О, ваше величество, мне бы не хотелось произносить это вслух. Вам будет неприятно это слышать, — но поскольку я продолжала пристально смотреть на него, он сдался. — Невилл заявил, что если страной будет править не умеющий обращаться король, то Редезия будет обречена — ведь она испокон веков была страной драконов и именно поэтому наводила страх на своих врагов.

Я никогда не видела настоящих драконов, а потому не представляла самого процесса обращения. Это был еще один вопрос, с которым следовало разобраться. Эти вопросы множились, и мне следовало уже записывать их куда-нибудь, дабы ничего не забыть.

— Вам следует оставить регентство за собой, ваше величество! — не унимался Тьюззо. — Разве может кто-то чужой лучше позаботиться об интересах вашего внука? И вам нужно окружить себя преданными вам людьми. И такая красивая женщина, как вы, ваше величество, не должна оставаться одна!

Кажется, он собирался вернуться к тому, с чего начал. И я должна была его остановить!

— Благодарю вас, ваше сиятельство! — я улыбнулась ему дружелюбно, но не более того. — Я непременно обдумаю ваши слова!

Я поднялась и, заметив, что он собирался снова поцеловать мою руку, не дала ему такой возможности. Кивнув, я развернулась и пошла к дверям, которые лакеи распахнули при моем приближении.

Я вернулась в свой будуар и задумалась. Тот факт, что я очень мало что знала о Редезии, королевском дворе и его придворных, сильно меня удручал. Мне следовало как можно скорее заполнить этот пробел, и раз уж память Есении возвращалась ко мне так медленно, то я должна была какую-то информацию начать собирать сама.

— Ваше величество, доктор Ливингстон принес отвар для восстановления памяти, — сказала мадемуазель Ришар, когда я вернулась в свой будуар. — Его нужно принимать по пять капель каждый раз перед едой.

В пузырьке, который она мне показала, была жидкость насыщенного фиолетового цвета. Даже выглядела она устрашающе. Но я решила, что если бы доктор хотел отравить королеву, то нашел бы способ сделать это незаметно. Да и речь шла всего о пяти каплях. И я послушно выпила воду, в которую их добавила мадемуазель Ришар.

— Я бы хотела выйти на берег моря, — сказала я. — Полагаю, небольшая прогулка мне не повредит.

Малая гостиная, в которой я принимала премьер-министра и своего незадачливого ухажера маркиза Тьюззо, находилась справа от моих апартаментов, а чуть дальше, как уже успела заметить, была и лестница, которая вела вниз. Именно к ней я и направилась.

— Нет-нет, ваше величество! — забеспокоилась мадемуазель Ришар. — Парадная лестница в другой стороне!

— Парадная? — переспросила я. — Но разве по этой лестнице на будет ближе?

Море плескалось под самым моим балконом, и лестница была рядом. А парадная наверняка находилась в другом конце. И по ней, должно быть, в любое время суток сновали полчища придворных. А встречаться сейчас с кем-либо еще я совсем не хотела.

— Да, ваше величество, — подтвердила девушка, — здесь будет ближе. Но…

Я не дала ей договорить и решительно двинулась вниз по ступенькам.