Бабушка на скейте

Глава 13. Внучок

Дети мои приехали рано утром. Привезли коляску, ворох одежды, упаковку памперсов, банку со смесью, бутылочку с Юлькиным молоком. Молока у неё немного, малыш подрос, на полноценную еду не хватает, приходится смесями пользоваться. Антоша спал.

- Вы мне его на неделю что ли оставляете? - изумилась я такому количеству вещей.

- Нет, конечно, - Юля как-то беспокойно дёрнулась, - это для удобства, что бы недостатка ни в чём не испытывали. Вдруг вам что-то понадобиться, а мы не сможем привезти.

Ах, вы заботливые мои.

- Да не переживай, всё у нас будет хорошо. Вы гуляйте, отдыхайте, как следует, забудьте о нас на этот день. Я обещаю, что звонить вам не буду, ну, или только в самом-самом крайнем случае.

Дети покивали и ушли. Идите-идите, развлекайтесь. Я помню, что такое маленький ребенок: сидишь, как на привязи.

Переложила внука из коляски на кровать, осторожно сняла лишнюю одежду. Прикрыла детским пледом. Плед среди вещей тоже был.

Стала раскладывать по стопочкам Антошкины наряды: распашонки, ползунки, комбинезоны. О, вот наш «мишка»! Это что ж, дети решили, что сами его на ребёнка не наденут, но я могу, если хочу? А вот хочу! Дома прохладно, будем в «мишку» играть.

Разложила вещички и прилегла рядом, приобняла. Маленький, как же хорошо с тобой. Внутри всё, аж, искрится от счастья. Так, внутри... Я вспомнила про упражнения и попыталась сосредоточиться на этом ощущении. Где внутри? Надо внимательно рассмотреть это чувство, окунуться в него. Мысли не позволяли уйти из головы и прочувствовать другие части тела. Я представляла, как пойду с Антошей гулять на улицу, как буду носить его дома, разговаривать.

Надо детские песенки и стишки вспомнить. Да, когда-то могла по часу наизусть детские потешки шпарить. Стали приходить обрывки стихов, постепенно складываясь в четверостишья.

Потом переключилась на сына. Интересно, чем займутся, куда пойдут, или домой отправятся, навёрстывать упущенное с заботами о малыше? А, не моё дело. Мне от мыслей надо учиться освобождаться.

Я всё-таки добралась до того места, где чувствовалась взбудораженность, постаралась найти «эпицентр». Через какое-то время поняла, что возбужденность ушла, а на её месте появилась приятная тёплая расслабленность и удовлетворение. Да, так правильно.

Внук зашевелился, вскинул ручки, открыл глаза и тут же прикрыл, как будто досматривая сон. Вскоре открыл снова и замер. Похоже, он почувствовал, что не дома. Я уловила тревогу мальчика.

Как же тебя не напугать, маленький? Маленький, то маленький, но ведь почувствовал же какую-то разницу. Захныкал.

- Антоша, Антошенька, - позвала тихо и постаралась очень ласково, - здравствуй, заюшка.

«Заюшка» повернул голову на голос.

Вот ведь! Понял, что не мамка. Как бы концерт не устроил.

Однажды свекровь сидела с Витюшей, ему месяца три было, а мы с мамой пошли в магазин. Ну, свекровь сама очень хотела понянчиться. Гуляли мы недолго, не больше двух часов. Приходим, а бабушка бегает по квартире с кричащим Витенькой, и сама чуть не плачет. Как только мы ушли, Витя проснулся, увидел новое лицо и заголосил. Нет, свекровь к нам до этого приходила, и не редко, но ребёнок почему-то все равно испугался. Потом я на бабушек до года сына не оставляла.

Взяла Антошу на руки, покачала. Начала стихи рассказывать. Детских не так много вспомнилось, так я ему Пушкина рассказала, начало «Руслан и Людмила». Внучок в глаза мне смотрит, слушает внимательно, но напряжение не проходит. Чувствую, еще немного и разразится гроза.

- Антошенька, а хочешь кушать? А давай-ка покушаем.

Я с внуком на руках помчалась на кухню. Внук, похоже удивился такой стремительности, потому что на лице проскользнуло замешательство.

Это хорошо. Мы с тобой и попрыгаем, и станцуем, только ты не плачь.

Подогрела чайник, поставила в горячую воду бутылку с молоком.

Внука раскачиваю и прямо рэп исполняю, ещё ногой притоптываю для ритма:

-Мамка твоя

ска-зала,

что кушать тебе

ещё рано.

Мы не будем

сей-час

ее слушать,

А будем скорее

ку-кушать.

Поднимем едой

Настро-ение.

Забудем про все

Неве-зения.

Внучок заинтересовался. Смотрит так пристально и гукает. Молоко согрелось, и я капнула им на губки ребёнка. Оценил. Даже обрадовался. Засосал, поглядывая на меня и одобрительно сопя. Фу, кажется, мы нашли общий язык.

После еды я перехватила ребёнка так, чтобы он почти в вертикальном положении был, и понесла осматривать квартиру. Мы обошли наши две комнаты, я подробно рассказала, где что находится, открыла дверцы шкафов, и мы заглянули в каждый.

Ну, вот может кто-то скажет, что двухмесячный младенчик ничего не понимает, но мне показалось, что понимает. Интерес на мордашке был. Антоша очень внимательно на меня смотрел и периодически поддерживал разговор: «Ууу! Ыы?» А ещё как-то смешно шлёпал губами, что появлялись пузыри.

- Да-да, милый, ты совершенно прав. Расти поскорее, и мы не только откроем шкафы, но и залезем туда. Как зачем? Прятаться. Ты не знаешь, что такое прятки? Это очень интересно, сейчас покажу.

Мы подошли к шторе, и я завернулась с ребёнком в портьеру.

— Вот так мы спрятались, нас никто не видит.

Малыш притих, ожидая продолжения.

- А вот так, - я распахнула штору, - мы нашлись. Ураа!

Покружила внука. Одобрительное похрюкивание.

- Да, милый, это очень весело. А не хочешь ли ты покататься в коляске?

Не хотел. Рассердился, когда я его положила.

- Ладно, тогда пойдем примерим «мишку». Как? Ты не знаешь, кто такой мишка?

Я принялась рассказывать про медведя. Вспомнила, что у нас в верхнем отсеке шкафа лежат куклы на руку, для кукольного театра. Мы для Витюши покупали и устраивали домашние спектакли. Среди кукол есть медведь.

Подтащила стул, переложила внука на одну руку и полезла за медведем. Антоше наше упражнение понравилось, он благосклонно выпустил пару пузырей.