Бабушка в Законе 2: Ревизия Небес

Глава 1: Повестка

Повестка пришла в среду, в обеденный перерыв, когда Зинаида Петровна как раз снимала пробу со щей.

Щи были у Бубна хорошие — за прошедший год трактирщик исправился настолько, что варил теперь из той кастрюли, что для себя, даже когда для гостей, потому что усвоил простую истину: где честно для всех, там и оборот ровнее. Это была не его мысль. Это была мысль Зинаиды Петровны, которую она вбила в него за минувший год так же прочно, как вбивала когда-то в нерадивых кладовщиков понятие о пересортице. Бубен теперь даже немного гордился собой. Гордиться собой Бубну было непривычно и приятно, как новая обувь.

И вот в эту мирную минуту, когда ложка с дымящимися щами уже подъезжала ко рту коронованной главы Вольного Братства, воздух перед её лицом мигнул, и повисла табличка.

СИСТЕМА: Зинаида Петровна. Извини, что во время обеда.

СИСТЕМА: Тебе повестка.

— Чья? — Ложку она не опустила. За год она привыкла к тому, что Система может заговорить в любой момент, и научилась не вздрагивать. Вздрагивать — расход нервов без прихода, а нервы в её возрасте, пусть и в молодом теле, были ресурс невосполнимый.

СИСТЕМА: С самого верха.

Табличка сменилась. И вот тут Зинаида Петровна ложку всё-таки опустила. Не от страха. От профессионального уважения к хорошо составленному документу — а документ был составлен так, что у неё, ветерана сорока тысяч казённых бумаг, защемило в груди от ностальгии.

═══════════════════════════════

ПОВЕСТКА

Носителю души Кротовой З. П., класс «Вор в Законе», г. Кривой Брод.

Настоящим Вы вызываетесь в Небесную Канцелярию Пантеона мира Аэртану для дачи объяснений по вопросу систематического нарушения естественного хода вещей и причинения ущерба показателям веры.

Явка обязательна. Срок — три дня.

При себе иметь: душу.

Основание: решение Совета Богов от сего числа.

═══════════════════════════════

Зинаида Петровна прочитала повестку трижды. Сначала бегло. Потом медленно. Потом — в третий раз — с тем особым выражением лица, с каким она когда-то читала акты ревизии, в которых её, заведующую, пытались обвинить в недостаче, заранее зная, что недостачи нет, а есть лишь желание начальства показать бдительность.

— «Для дачи объяснений», — сказала она наконец. — «По вопросу нарушения естественного хода вещей». «Причинение ущерба показателям веры». — Она аккуратно положила ложку на край миски, ровно, параллельно столу. — Голубчик. А переведи-ка ты мне это с канцелярского на человеческий.

СИСТЕМА: Перевожу.

СИСТЕМА: «Ты слишком хорошо навела порядок, и из-за этого люди стали меньше страдать, а раз меньше страдают — меньше молятся, а раз меньше молятся — у богов падает доход. Боги недовольны. Боги хотят, чтобы ты приехала и объяснила, почему ты портишь им выручку».

В трактире «У Бубна» стало очень тихо. Сам Бубен, протиравший кружку, замер с кружкой в руке. Он системных табличек по-прежнему не видел, но он видел лицо Зинаиды Петровны, и этого лица было достаточно, чтобы понять: что-то случилось, и случилось это где-то очень высоко.

А Зинаида Петровна сидела и думала.

Думала она не о страхе и не о богах. Она думала о фразе «ущерб показателям веры», и эта фраза разворачивалась у неё в голове, как разворачивается аккуратно сложенная простыня, и под ней обнаруживалось ровно то, что она подозревала всю свою долгую жизнь и обе свои смерти.

— Значит, вот оно как, — сказала она тихо. — Значит, наверху сидят те, кому выгодно, чтобы внизу было плохо. Чем хуже людям — тем им жирнее. — Она усмехнулась, и усмешка эта была старше Пантеона. — Голубчик. Я полвека на это смотрела.

СИСТЕМА: Зинаида Петровна.

- Ну.

СИСТЕМА: Я обязан был доставить повестку. Это моя функция. Но я хочу сказать одну вещь не по форме.

Зинаида Петровна: Говори.

СИСТЕМА: Те, кто туда вызывался раньше, оттуда не возвращались прежними. Боги умеют убеждать. Боги умеют покупать. Боги, если не помогает ни то ни другое, умеют... списывать. Тихо. По-канцелярски. Без акта.

- Списывать без акта. — Она кивнула, словно услышала старого знакомого. — Так и думала. Хорошо. Спасибо, голубчик. Ты, я гляжу, за меня боишься.

СИСТЕМА: ...Это допустимо?

- Это, голубчик, называется — по-человечески. У вас тут с этим, я смотрю, плохо. Ну ничего. Наладим.

✦ ✦ ✦

Перед тем как ехать наверх, Зинаида Петровна навела порядок внизу. Иначе она не умела. Уезжать, оставив хозяйство без присмотра, — всё равно что уйти со склада, не заперев холодильную камеру: вернёшься, а там уже не камера, а проходной двор.

Она собрала актив.

Слово «актив» в Вольном Братстве прижилось с её лёгкой руки и означало узкий круг тех, на ком всё держится. Это были: Щегол, выросший за год на две ладони, ломавший голос и бухгалтерию ведший двойную, чистую, без единой кляксы; двое бывших громил, ставших начальниками над молодняком и над дисциплиной; старая воровка с севера, державшая теперь контрабанду уже не на трёх, а на пяти перевалах и приехавшая погостить, да так и оставшаяся при делах; и — что особенно веселило Зинаиду Петровну — Гнус Длиннопалый.

Гнус за год отработал треть долга, открыл лавку и торговал замками. Хорошими. Так хорошими, что замок «от Гнуса» стал в Кривом Броду знаком качества, и горожане, ещё недавно от Гнуса прятавшие кошельки, теперь несли ему последние сбережения — за надёжность. Гнус разбогател честно и от этого ходил слегка ошарашенный, как человек, которого всю жизнь учили, что мёд только краденый сладок, а он попробовал свой и обомлел.