Багровые Врата

Глава 5 Таверна "Спящий дракон" вербовка у Хаггара.

Пройдя по улицам, не привлекая внимания, они вошли в таверну «Спящий Дракон». Воздух был густым от дыма, пота и гула голосов. Кассандра и её спутники — Кайран, Лирон и Эдан — были закутаны в потрёпанные плащи, с неприметным оружием за поясом. Они растворились в толпе таких же оборванных искателей удачи, стараясь не выделяться. Их цель была одна — стол в углу, за которым сидел Хаггар.

Торговец оказался толстым, обветренным мужчиной с маленькими, блестящими глазами, в которых читалась не усталость, а хищная жадность. Вербовка напоминала базар рабов: его личный головорез — здоровяк с обезьяньими руками — сбивал с ног желающих наняться, а Хаггар безучастно наблюдал, оценивая стоимость будущего «мяса».

Первым шагнул вперёд Кайран. Двумя точными движениями он уложил головореза на липкий от пролитого эля пол. Оглушённый здоровяк с рыком рванулся на Эдана — но тот даже не принял стойки. Движения монаха были отточенными, почти медитативными: коротким, резким ударом ребром ладони он поразил нервный узел под коленом противника, а вторым — точку на бедре. Нога врага подкосилась, и он грузно рухнул на колени. В тот же миг, не сдвинувшись с места, Кассандра мгновенным движением выпустила из‑под плаща болт. Раздался короткий сухой щелчок — и болт вонзился в деревянную балку точно между его расставленных ног, намертво пришив штанину к полу.

— Лежать, — абсолютно ровным голосом произнесла она, не сводя глаз с Хаггара. Внутри всё сжалось в холодный, твёрдый узел. Первый шаг сделан. Теперь главное — не дать этому жирному торгашу заподозрить, что им нужно нечто большее, чем его жалкие монеты.

В таверне на секунду воцарилась тишина. Хаггар медленно обвёл их взглядом. На его лице расползлась довольная ухмылка. Он нашёл не просто пушечное мясо — а бойцов, стоящих каждой монеты.

— Ловкие, — хрипло произнёс он. — Сильные бойцы — товар редкий.

Лирон наклонился вперёд. Его голос звучал ровно, почти убаюкивающе:
— Вы ведь понимаете, Хаггар, что без нас ваш обоз станет лёгкой добычей. Мы — щит, а не груз. И если вы хотите дойти до цели, нам нужно доверие. Не так ли?

Торговец задержал взгляд на маге, затем усмехнулся:
— Ладно. Оружие — сложите здесь. Утром получите обратно.

Кайран сдержанно обменялся с Кассандрой взглядом. В его глазах читался протест: мы остаёмся безоружными. Но Кассандра чуть заметно мотнула головой. Нет. Мы остаёмся живыми. Стратегия была проста и горька: чтобы стать невидимыми для Призраков, им нужно было сначала стать безобидными в глазах Хаггара. Настоящие оборванцы, жаждущие любой работы, не цепляются за последний клинок — они отдают его, как плату за место у костра.

— Зачем вам наше оружие? — спросил Кайран, больше для проформы.
— Таковы условия. Мы ведь говорим о доверии, не так ли? — с ухмылкой ответил Хаггар.

Они молча сложили своё оружие в угол и отправились в подвал «Ржавого Котла» — провести последнюю ночь перед дорогой.

На улицах было уже спокойнее. Никто не бегал, не суетился — только люди перешёптывались о происшествии в квартале. Говорили, что ночью хватали людей на улицах без разбора: мужчин и женщин, всех, кто носил оружие.

Кассандра и её спутники шли под видом ничтожных слуг, и эта роль давалась им всё легче. Грязь на плащах, опущенные плечи, потупленные взгляды — лучшая броня в городе, где каждый может оказаться ищейкой Бенедикт. «Лишь бы дожить до утра», — думала Кассандра, чувствуя, как маска беспомощности прирастает к коже. «А что, если Хаггар — предатель и завтра нас схватят? Но с таким оружием против призраков шансов нет. Вариантов не осталось. Путь один — идти вперёд, надеясь на лучшее».

Добравшись до таверны, они спустились в подвал.
— Один призрак нас всё-таки видел, — размышлял Кайран.
— А может, не успел рассмотреть — мы всё же были в крови и грязи, в своих доспехах, — ответил Эдан. — А теперь мы оборванцы.
— А ты можешь опять свою комнату создать? — спросил Кайран. — Так спокойнее.

Кассандра не успела ответить — вмешался Лирон. Она была ему благодарна: мысль о создании комнаты вызывала глухую усталость. Силы нужно беречь для настоящих опасностей.
— Не думаю, что это хорошая идея. Если на нас охотятся, то уже напали бы на след. И в любом случае нас схватят утром. А если нет — зачем тратить силы Кассандры перед походом? Эта комната — для крайних случаев. А это ещё не крайний случай. Так что либо они решили, что мы ушли, либо нас схватят утром. Берегите силы.

Он перевёл взгляд на Кассандру:
— И замотай голову. Ты выделяешься. Капюшон может и не помочь. Лучше походи на мальчишку. Не поднимай глаза — смотри куда угодно, только не в сторону охраны. Их не замазать, но под капюшоном, может, и не заметят.
Потом к Кайрану:

— А ты — не хватайся за меч. У ворот всякое может быть. Ты просто охранник, и тебя ничего, кроме обоза, не интересует.

Кайран коротко хохотнул. Все разместились как могли и замолчали.

Тишина давила. Кассандра посмотрела на амулет и решилась. Она подняла его к губам и впервые произнесла имя вслух:

— Ноктвейр.

Амулет вспыхнул холодным сиянием. Тень вытекла из металла, коснулась пола и выросла.

Три метра чёрной, безлунной ночи. Шесть лап — грация и смерть в одном движении. Два хвоста: один — клинок, второй — дым. Крылья из чистой тьмы были сложены за спиной, словно их никогда и не было. Глаза — два вертикальных разреза изумрудного огня.

Воздух в комнате стал холоднее. Все замерли.

Ноктвейр медленно обвела взглядом отряд, потом бесшумно подошла к Кассандре и положила тяжёлую голову ей на бедро. Низкое мурлыканье прокатилось по костям — не слышимое, а ощущаемое.

Лирон, который видел всякое, тихо выдохнул:
— Красиво.

Кассандра провела ладонью по шкуре — пальцы утонули в живой тени. Тепло. Живое.

— Это не питомец, — сказала она, не отрывая взгляда от изумрудных глаз. — Это вторая половина моей души. И она только что вышла на свет.