Байки из-за печки

Часть 8 Блазь

- Есть у неё хвост, есть. Есть... – задребезжало у самого уха, и Ксю больно рванули за волосы.

И засмеялись противно да гаденько:

- А теперя нету-нету-нету!..

Дико вскрикнув, девушка обернулась и увидела ухмыляющуюся Тасю.

Подруга держала в руке пучок из волос и потрясала им как трофеем.

- Ттыы.. что?.. – вместо слов у Ксю вырвалось неразборчивое бульканье. – Что это? Вволосы... мои волосы??!!

- Твои, твои, - прочирикала Тася и, размахнувшись, швырнула пучок за спину Ксю.

Обалдевшая от происходящего, та крутанулась назад и оказалась возле чернеющего провалом окна. На стекле больше не было наледи. Как не было и самого стекла. А с той стороны из глухого мрака на неё смотрела она сама. Свисающие неровными прядями волосы теперь едва доставали до плеч. А ведь должны были спускаться до талии!

- Нет! Нет!! Что это? Как?? - тоненько заскулив, Ксю принялась ощупывать прядки, а из окна на неё вдруг глянула Тася, и, превратившись в горбатую маленькую тётку, резво прыгнула вперёд.

- Отмахнула! Отмахнула! – тётка заскакала вокруг Ксю, выделывая дикие пируэты. В одной руке у ней было зажато что-то смахивающее на кривой нож, а в другой всё тот же несчастный пучок волос.

- Мои волосы-мои волосы-мои волосы... – заорала Ксю и попыталась выдрать добычу из длинных тёткиных рук.

Тётка оказалась вёрткой и сильной, не отпуская добычу, продолжила безумную пляску, и у Ксю немедленно закружилась голова.

- Отвали!.. Пусти меня!.. Не трогай!.. – Ксю изо всех сил пыталась отбиться от жуткой т.в.а.р.и, но та крепко вцепилась в девушку и потащила её к печи.

- Помогите! Тим! Тася! Кто-нибудь! – простонала Ксю, безуспешно пытаясь выдраться из цепких лапок.

- Ксю... Ксю... Очнись! – сквозь шум в ушах проклюнулись слабые голоса. – Ксюха! Ну, Ксю-ю-ю! Да что с тобой?!

Волочение прекратилось.

Кто-то встряхнул её, больно ущипнул за щёки.

Вскинувшись, Ксю некоторое время молча смотрела на размытые лица друзей, не понимая куда подевалась её обидчица.

- Здесь была тётка! С моими волосами! Где она??

Тася и Тим растерянно переглянулись.

Ксю выглядела совершенно безумной и несла непонятную дичь.

- Никого не было. Кроме нас – никого. Ты сидела, и вдруг задёргалась, бросилась к окну, потом начала от кого-то отбиваться...

- Не понравилось тебе? – проскрипело от печки. – Тот то. Меньше будешь языком трепать.

- Что это было?? – Ксю схватилась за голову и едва не разрыдалась от облегчения. Собранные в длинный хвост волосы никуда не делись. – Опять бред? Но здесь была та мерзкая тётка! Я видела, я чувствовала её! Она на меня напала!

- Мокуша тебе помлилась. Озыкнуло тебя. Поблазнило. Чтобы меньше языком трепала. Ага.

- Это вы подстроили? – Ксю захотелось поддать деду, но помешал шок от пережитого потрясения.

- Зачем я? Она сама. Крутится где-то... Вот тебя услышала и поигралась. Пока вы у меня в гостях, ничего с вами не случится. А то бы забрала хвост-то. Поняла?

- Что я должна понять? – взвилась Ксю. – Что какая-то... какая-то тварь ни за что хотела снять с меня скальп?

- Почему ни за что? – дед даже удивился. – Ты ж змеючка из змеючек! Язык что помело. Молотишь им без разбору. А это нечистым как магнит. С таким языком и порчу подхватить легко. Порча часто по ветру летает. Прилепится – ты и не заметишь. А потом начнётся...

- Что начнётся?

- А всякое. Смотря на что сделана, порча-то. Она разная бывает. Может – на время, чтобы проучить. А может – на всю жизнь. Раньше-то колдуны таким промышляли – требовалось им зло вокруг себя рассеивать. Иначе помощнички из бесов замучить могли. Так колдуны порчу по воздуху пускали – просто так, на кого попадёт, то и ладно. Иной раз сами и снимали. И бывало – к другому кому обращаться приходилось.

Между нами, но у Егошихи тоже помощнички водились. Моя жёнка видала у неё в корзинке что-то вроде камушков сереньких в мешочке...

- Откуда она узнала – что в мешке камешки? Подглядела?

- Ага. Развязала тесёмки – а там они. Жёнка уже и взять один потянулась, да Егошиха вовремя застала. Ох и ругалась! Ох и послала жёнку мою. Та домой едва приковыляла...

- Странно... – пробормотал Тим. – Я слышал, что порчу на людей специально наводят. Ну, на конкретного человека.

- Правильно слышал. То самая страшная порча – намеченная. Егошиха же и рассказывала про один такой случай. Вот послушайте...

Задумала одна вздорная баба соседку извести. Из зависти да злобы. Ну и подбросила ей на порожек шарик, заговорённый колдуном. Махонький такой катышек из овечьей шерсти. А в ней – волосы запрятаны. Уж не помню сейчас – кошачьи ли, человечьи? А баба наученная была, не стала поднимать его руками. Полынным стеблем смела на осиновый листок. А уж после подожгла на заднем дворе возле баньки.

Так он так дымил! Так дымил! Переполошились в деревне. Думали – пожар у кого. Прямо как от хорошего костра черный столб повалил. Такая там дрянь была упрятана! А дым-то слышь, прямёхонько ко двору той, второй, потянулся. Так и прознали, кто спакостничал.

Вы запомните - ничего с земли не подбирайте, никогда! Ни вещь, ни оставленные срезанные цветы, ни ягоды, ни что другое. Ни-че-го!

Одна вон грибы в лукошке на перекрестке нашла и домой притащила. Спасибо, Егошиха увидала – велела обратно отнести, положить на место да три раза плюнуть на сторону. Тем и спасла девку-дуру... Поняли меня?

- Поняли. – покладисто согласилась Тася. И Тим кивнул вслед за сестрой.

- Сколько времени? Когда уже рассветёт? – Ксю попыталась подняться, но Тася удержала подругу, зашептала. – Скоро. Скоро рассвет. Не волнуйся.

- Да, близится он... Скоро настанет, - пробормотал дед. – Заканчивается моё время...

И тут же рядом всхлипнуло-вздохнуло – так тоненько да жалобно, так грустно. И Тасе в руку ткнулось что-то пушистое и мягкое, пощекотало ладонь и пропало.