Байки Молдаванки: приключения Жорика История №1

Байки Молдаванки: приключения Жорика

БОЛЬШОЕ ПОБОИЩЕ НА ПРИВОЗЕ, ИЛИ КАК ЖОРА ЗА СИНЕНЬКИМИ ХОДИЛ

Итория первая

Акт 1. Инструктаж перед вылетом

Воскресное утро в Одессе начинается не с кофе. Воскресное утро начинается с того, что Циля весит на два килограмма больше, чем её совесть, но на три килограмма меньше, чем её мама, тётя Соня.

Жора лежал на диване, изображая из себя предмет интерьера, и пытался слиться с узором на обоях. Не помогло. Циля вошла в комнату с таким видом, будто она только что лично подписала пакт о капитуляции Жориного свободного времени.

— Жора, вставай, у нас горе, — трагически провозгласила Циля, поправляя халат. — К нам едет мама. А раз к нам едет мама, значит, у нас в доме должна быть не эта твоя тоска в глазах, а фаршированная рыба. И не просто рыба, Жора, а такая рыба, шоб маме не хотелось переписать нашу квартиру на своего кота.

Жора вздохнул. На маминого кота Аарона Жора имел личную обиду — этот пушистый паразит спал на чешском гарнитуре и смотрел на Жору как на незаконнорожденного.

— Цилечка, — жалобно протянул Жора, — я надеюсь, ты не хочешь мне сказать, шо надо идти на Привоз?!
— Как раз-таки надо идти на Привоз! — настойчиво проворчала Циля.
— А почему нельзя купить рыбу в магазине? Там она хотя бы не смотрит на меня так, будто я ей лично должен за три года оккупации.

— Жора, ты дурак или просто притворяешься, шоб я тебе меньше наливала? — Циля всплеснула руками. — Кто покупает рыбу для тёти Сони в магазине?! Ты хочешь, шоб она прямо с порога сказала, что у её зятя руки растут из того места, где у порядочных людей карманы? Короче, слушай сюда и запоминай своим менингитом.

Циля вытащила из кармана листок, исписанный убористым почерком, напоминающим план захвата Парижа.

Стратегический план закупки:
Глось или камбала — свежая, шоб ещё материлась, когда её берут за хвост. Брать только у мадам Люси. (Если Люся скажет, шо рыба ночевала в море — не верь, море далеко, Люся близко).

Помидоры «Микадо» — огромные, как Жорины амбиции, и красные, как лицо соседа, когда он видит нашу новую стиральную машину.

Брынза — овечья, выдержанная, шоб от неё пахло степью и немножко скандалом.

Синенькие (баклажаны) — глянцевые, правильной формы, для икры.

— И упаси тебя бог, Жора, — Циля погрозила пальцем, — купить синенькие с пупырышками. Если ты принесешь пупырышки, мама решит, что у тебя плохой вкус не только на овощи, но и на жену. Держи деньги. И помни: на Привозе надо торговаться так, будто от этого зависит твоя девственность. Беги!

Акт 2. Вход в зону повышенной опасности

Привоз встретил Жору так, как встречает стадион команду-победителя: криком, шумом, запахом жареных семечек, свежей зелени и легким амбре столетней истории. Здесь не ходили — здесь маневрировали.

Жора протиснулся сквозь стройных дам, торгующих носками, и сразу попал под обстрел одесского красноречия.

— Молодой человек! Да-да, вы, с лицом грустного интеллигента! — закричала ему полная женщина в фартуке цвета утренней зари. — Посмотрите на эти яблоки! Это же не яблоки, это чистый сироп! Если вы съедите одно, ваша жена начнет петь вам по ночам песни Софии Ротару!

— Моя жена поет песни только когда видит мою зарплату, и это скорее Лепс, — уклонился Жора и прибавил шагу.

Его целью был Рыбный корпус.

Рыбный корпус Привоза — это Ватикан одесского шопинга. Здесь свои законы, свой папа (в лице старшего весовщика дяди Бори) и своя святая инквизиция. Воздух здесь был настолько плотным от запаха камбалы, кефали и рачков, что его можно было намазывать на хлеб вместо масла.

Жора шёл по проходу, стараясь не поскользнуться на чешуе, пока не уперся в прилавок мадам Люси. Мадам Люся была монументальна, как памятник Дюку, только в синем переднике и с огромным ножом для разделки скатов.

— О, Жорик! — зычно закричала Люся на весь корпус, так что три проплывавших мимо покупателя вздрогнули. — Ты пришел за рыбой или просто посмотреть, как у меня идут дела? Если посмотреть, то дела идут хорошо, но медленно, как твоя карьера.

— Люся, доброе утро, — Жора постарался сделать лицо заправского перекупщика. — Мне нужна камбала. Но такая, шоб моя тёща, тётя Соня, съела кусок и на полчаса забыла, как разговаривать.

Люся оценила масштаб задачи. Она наклонилась под прилавок и с кряхтением вытащила оттуда плоскую, как блин, рыбину размером с крышку от канализационного люка. Камбала посмотрела на Жору обоими глазами, которые почему-то были на одной стороне, и Жоре показалось, что в этом взгляде было сочувствие.

— Смотри сюда, Жора, — прошептала Люся, и этот шепот слышали даже в мясном корпусе. — Это не камбала. Это королева Черного моря. Она ещё сегодня в четыре утра делала «ку-ка-ре-ку» на волнах возле Затоки. Потрогай её за брюшко. Жир — как на твоих щеках после курорта!

— И сколько стоит эта королева? — прищурился Жора.
— Для тебя, Жорик, зная твою тёщу — чисто символически. Триста гривен за килограмм.
— Триста?! — Жора схватился за сердце. — Люся, вы что, ловили её на золотой крючок, инкрустированный бриллиантами? Или эту камбалу лично воспитывал Михаил Жванецкий? За триста гривен я сам могу стать рыбой и плавать у вас в аквариуме!