Бал красных зонтиков

Глава четвертая

Мила открыла глаза — она уснула прямо на полу в кухне. Первое, что она ощутила, — пронизывающий холод, исходящий от плитки. Тело дрожало, словно в ледяных объятиях, а сознание медленно возвращалось из тумана сна. Скинув с себя бессмысленно тонкую одежду, Мила, чтобы хоть как-то согреться, пошла в ванную.

Вода. Тёплая, обволакивающая — теперь её единственное спасение. Забравшись под струи, девушка позволила им смыть не только остатки сна, но и липкое, вязкое ощущение вчерашнего вечера.
— Надо срочно смыть это всё, — прошептала она, и резкие движения рук, намыливающих волосы, были похожи на отчаянную попытку избавиться не только от грязи, но и от собственных воспоминаний.

В голове мелькали образы: тёмный мост, она — заносящая ногу над бездной, и этот едва слышный шёпот, будто исходящий из самой темноты, сопровождаемый мелькающей тенью.

Смыв пену, девушка повернулась, чтобы выключить воду. Взгляд упал на шторку душевой кабины — и она закричала. За полупрозрачной тканью, словно вырезанная из ночи, стояла высокая фигура. Казалось, она даже была в шляпе, скрывающей лицо и придающей ей ещё более жуткий вид.

— Кто здесь?! — голос сорвался на хрип, полный ужаса.

Вжавшись в угол, Мила инстинктивно села на корточки, чувствуя, как слёзы катятся по щекам, смешиваясь с водой.
— Я вызову полицию! Уходите! — в этом крике еле еле угадывалась храбрость, но страх был слышен отчетливее.

Одной рукой она утёрла слёзы, вновь отодвинула шторку — тень исчезла. Страх начал отступать.
— Это моё воображение, — бормотала Мила, пытаясь убедить себя, что всё происходящее — лишь плод измученного разума.

Выключив воду, схватила полотенце и, почти не вытираясь, надела халат. Единственное, о чём она думала — проверить, заперта ли входная дверь. Мокрые ноги скользнули по кафелю; она упала на колено, боль смешалась с остатками страха, и Мила снова расплакалась. Десять минут тянулись мучительно долго, пока внутри не осталась лишь усталость.

Встав, Мила подошла к двери и проверила замок. Закрыто.

Повернувшись к кухне, она заметила тумбочку, где лежал зонт. Под ним оказался конверт. Сердце забилось чаще. Дрожащими пальцами Мила вскрыла письмо и начала читать:

«Милана Игоревна, мы готовы взять вас на должность секретаря! Просим прибыть по адресу, указанному ниже, не позднее завтрашнего дня. Билет прилагается. С собой брать вещи по минимуму — всем обеспечим. С уважением, Мадлен Алексеевна!»

Она перечитала письмо несколько раз. Должность секретаря? Билет? Адрес? Всё казалось нереальным после вчерашнего кошмара. Холод пола, дрожь в теле и воспоминания о шёпоте и тени не отпускали. Новый, гораздо более глубокий страх начал проникать внутрь — это было не просто воображение. Это что-то пришло за ней.

Вспомнив, что отправляла резюме месяц назад, будущий секретарь подумала: за этот месяц жизнь развернулась на триста шестьдесят градусов. Это был кошмар, и сейчас это письмо казалось спасением — она сможет уехать, и если правда вскроется, её уже никто не найдёт и не обвинит.

Решив выпить кофе и перекусить, Мила запретила себе вспоминать недавние ужасы: главное сбежать.

Девушка подошла к кухоннуму окну, выглянула наружу. Утро было серым, безрадостным. Но ощущение чужого присутствия не покидало. Снова посмотрела на конверт: адрес — другой город, жить и работать придётся в замке. Может, это и к лучшему — не придётся лишний раз сообщать свои данные при съёме жилья, а зарплату можно будет откладывать для побега за границу.

Вдруг взгляд упал на зеркало над кухонным столом. В отражении — она сама, бледная, с тёмными кругами под глазами; но за её спиной, в глубине кухни, мелькнула тень. Высокая, тёмная, словно сотканная из самой ночи. Мила замерла, сердце бешено заколотилось. Медленно обернулась — никого. Только пустая кухня, холодный пол и конверт.

Но тень в зеркале была реальной. Это было не воображение. Это нечто наблюдало за ней.

Схватив конверт, Мила бросилась в комнату — нужно было собрать вещи. Если это шанс выбраться, нужно им воспользоваться. Пока складывала одежду, её пальцы наткнулись на твёрдый предмет в кармане халата — потемневший от времени медальон. Она впервые его увидела. Открыв медальон, обнаружила две крошечные фотографии: молодая женщина с её глазами и мужчина с неразличимым лицом. Женщина напоминала маму, но мужчину узнать не удалось. В этой квартире она жила с мамой, которая умерла два года назад; с этого момента и начались несчастья. Посчитав, что медальон принадлежал матери, Мила положила его в чемодан.

Закрыв чемодан, ощущая всё ещё сковывающий страх, Мила чувствовала: теперь в ней зрела странная решимость. Не зная, что ждёт на новом месте, она была уверена — оставаться здесь нельзя. Уехать — единственный шанс наконец жить спокойно.

Она решила не задерживаться в квартире — прийти сюда только за вещами и переночевать, если это понадобится. Девушка поспешила уйти.