Балдурсгейт от первого лица

Пожар в священной роще

После завтрака, который выпал на время обеда, мы взялись искать Гейла и компанию через личинок. К нашему удивлению так и не обнаружили Разглина – это был очень плохой знак, это означало, что тролль забил на нас, потому что его планы круче, а это сожжение рощи. Она огромна. Как море.
То, что он не искал нас означало, что лично следит за подготовкой. Чтобы пересидеть пожар им нужно обезопасить «окна» - вырубить деревья рядом, чтобы во время пожара в подземелье был воздух. А ещё ветер. Шаманы и колдуны умеют его вызывать, а Абсолют нет. Так что это имя ей не подходит. Короче, по итоги их преимущество только в наглости и неожиданности. И может быть поддержке некоторых друидов, но тут я думаю Гарлах преувеличивает – переносит на Кагу традиции демонов. Пожар был 3 дня назад.
Да. Было жутко. Стало темнеть, когда Астро нашел Уилла. Только он только Уилла. Информацию передал. Гарлах позволила спать половине отряда, я и Астро были среди бодрствующих, чем я был не очень-то доволен. Разоружила гоблинов они согласились – я так удивился! – и отдали свои ножи тифлингам. У них ничего не было из оружия все это время! – я удивился еще сильнее. Отправила на деревья нескольких «особенно пугливых» и уснула там же где была. Сидя. Полезный навык. Я не сильно от нее отстал. Она разбудила меня тяжелым ударом. Я даже не понял, что это она, но никто больше не смог бы поднять меня за шкирку. Она указала мне на причину раздражения – лес горел.
Полоса пожара была видна, а это означало, что она близко. Я благодарил Небо за штиль. Мы бросились наперез огню. Я не знаю сколько мы бежали, когда я стал слышать гул пожара и треск деревьев. Добрались до какого-то болота, и я понял, почему она разоружила тиффлингов. Парни прыгали в водоемы и косили камыш, тащили с собой гоблинов, но они агрессивно сопротивлялись – били тиффлингов и бежали в огонь. Не знаю, сколько их уцелело. Я не пошел в болото – побоялся утонуть в трясине, а может просто не мог заставить себя остаться на месте. Кто-то пытался удержать и меня, страх меня усилил. Позже, я дивился выдержке тиффлингов, а они горько смеялись – «думаешь в аверно мы не видели огня?». Короче, я побежал дальше. Утром я узнал, что был не один, но на тот момент… Ветра не было, но дым догнал - я начал задыхаться, спотыкаться. Утром обнаружил себя в крови от множества падений, было тяжело двигаться, а тогда… огня я не видел, потому что не оборачивался, я только бежал и затоптал бы даже человека, если бы встретил.
Я не чувствовал боли, только не мог дышать и подняться. Второй раз за 2 дня готовился к смерти. Я обернулся. Красный горизонт исполосанный черными линиями заполнил всё и гудел оглушительно. Глаза болели, но ужас не давал их закрыть.
Пламя было повсюду, когда я почувствовал ветер. Слишком маленький, чтобы повернуть огонь, но я все равно встал и пошел на него. Удивительно: в этом аду еще оставался выход! Чудо случилось! Ветер стал усиливаться! Через какое-то время ветерок превратился в настоящий ураган и мне нужно было держаться за деревья! Ураган в лесу, Элли, ты можешь представить?! Я вспомнил все благодарности, которым нас учили слуги Латандера. В тот раз я был даже счастливее, чем когда нас спасла Гарлах. В какой-то момент от ветра тоже стало трудно дышать и я подумал, что у богов проблемы с чувством меры. Ветер затих на какое-то время и пошел с другой стороны и не такой безумный. И не с огненной стороны, так что я был спасен. На этот вечер. Я вспомнил, как летел к земле с летучего корабля осьминогов, но перед самой землей задержался. Сегодняшнее чудо было равно тому.
Какое-то время ковылял против ветра, но быстро устал, упал и уснул, как Гарлах совсем недавно. Знаю, плохая мысль спать в горящем лесу, но он, как море, так что уходить было некуда и я предал все в руки небес.
Я проснулся. Среди зелени, а сам в копоти крови. Мое тело было таким, как вчерашняя ночь – только черное и красное. Стал кричать. Не сразу, но нашел несколько тиффлингов. Данис, Менос и Закир, как я узнал позднее, тогда вообще не до имен было. Я испугался бы их, если бы не видел собственные руки.

Мыслью искал Гарлах и Астро – они оба выжили, это невероятно! Но в тот день я не нашел их. Вчетвером мы шли, куда могли. В море без компаса, как в пустыне, с лесом та же история, так что, где-то понять было невозможно. Мы нашли ключ! Умываться не стали – только пили и спали. К вечеру здравый смысл взял верх и из веток на деревьях мы соорудили себе жилье. Скрепили тем, что осталось от нашей одежды. Под ней тело тоже было в саже.
Мне приснилась Лазель, первый раз, но я решил, что это кошмар. Следующим утром нас нашел гоблин из отряда Гарлах. Он и привел нас сюда в... я не помню название селения. Местные в ужасе – они видели пожар, а роща священная, не в каждой живут друиды! Я поел и уснул. И Лазель приснилась мне снова. Она слезно просила, чтобы я вернулся назад иначе погибну - очень на нее не похоже! Да только мне и думать об этом страшно. Часть отряда Гарлах здесь, совсем немного, гоблины тоже есть. Местные помогают всем. Они то и дали мне бумагу и чернила. Никто не может поверить, что Изумрудную рощу подожгли, болтают про драконов. А дым видели из многих точек – здесь есть вышка.
Короче, Лазель не сон, она придет снова. Как же я… устал. Нам не нужно назад – избавление от личинок в Лунных Башнях и Гарлах знает дорогу. Дурь Разглина нам только на пользу. Как же затянулся поход.
Я люблю тебя Элли и мы обязательно увидимся. Скоро Снова

Закончив, письмо Элли ты закрыл глаза и провалился в сон. Отдохнуть не получится – ну что ж.
Все случилось, как ты ожидал. Ты снова в этом месте. Здесь удивительно, красиво и очень страшно. Небо ближе, чем ты мог вообразить, ты видишь, как взрываются и перемещаются звезды. Иногда кажется, будто они живые и оживают специально, когда ты смотришь на них. Временами, тебе кажется ты даже слышишь и смех. Как маленькие дети - веселые и глупые, только эти еще и обладают невообразимой силой.
Сам ты на каком-то камне…скале, которая летит в этом бесконечном пространстве в неизвестном направлении. Всё вокруг, не такое, как на земле, какое-то синее, то есть свет, вроде бы как на земле, но другой. Еще плюс эти детишки – свет от их игр отражается на твоем острове и тоже меняет реальность. Этот свет, как будто не только освещает, но и воздействует на мир. Из всех знакомых камней ты мог бы сравнить свой остров с мрамором. И стеклом. В основном он синий, но становится и розовым, и желтым, и жемчужным. Есть здесь и какие-то растения. Или это рыбки. Маленькие, блестящие и плавают аккуратно около своих скал.
Твоя голова не переносит так много нового и ты отдыхаешь взглядом на своих руках. Они совершенно привычные и даже свет не меняет их. А вот и ноги – да, ты такой, каким ты привык себя видеть. Сейчас ты обернёшься и увидишь Лазель. Она тоже будет такой, как всегда, какой ты помнишь ее. Она уже наверняка здесь, но окликнуть тебя она не может – наверно, это тоже свойство местности.
И ты оборачиваешься. Лазель бежит на встречу – смотрит несколько обиженно, потому что ждала, когда ты решишься.
- Прости, что не сразу. Нужно было решиться… - ты подбираешь слова, потому что с ней случилось что-то ужасное. У тебя была мысль обнять ее, но ты не решился
- Да, мне тоже… Я узнала, почему мы не обернулись в иллитидов тогда – из-за этой вещицы, в которой мы сейчас. Просто слушай, я знаю в это сложно поверить. Эта вещица, сейчас у меня. А я лежу в том тоннеле, который показывала тебе мысленно. С прорезанным сердцем. Если не вмешалась никакая магия, то я уже мертва – Лазель ненадолго замолкает. Она смотрит так же сурово, как всегда. Но она мертва, это невозможно принять – Какой-то мужчина здесь. Он называет себя Зуверен. Это значит «Властитель». Думает, что я не знаю ваших языков. Он представляется другом, но я не доверяю ему. Он борется с Абсолют, но ему нужна наша помощь. Если вы отойдете от куба достаточно далеко, то цереморфоз пойдет своим чередом. И вы трое уже достаточно далеко. Он говорит, что силы его тратятся на такое расстояние. Вам нужно вернуться и взять этот куб.
Лазель молчит и ты решаешься заговорить
- Лазель, если ты мертва, то я…
- Ты спишь. Он говорит, это все из-за его магии. Он почему-то обрадовался, что я гитиянки. Сам он похож на тебя. Но лгун. И значительно выше. Не позволяет мне свободно передвигаться по скале, но не говорит об этом. Запутывает.
- Ты на самом деле мертва?
- Я помню, как нож прошел в мое сердце. Я помню боль и его последние удары. Помню, как сильно ему мешало железо. И темноту.
Он видит, что происходит снаружи и иногда показывает мне. Прошло несколько дней. Мое тело уже не узнать. У него огромная сила. Это он тогда остановил воздух, когда мы падали, только…
- Лазель – ты видишь, что она старается не говорить о своей смерти, но ты не можешь так – если… всё. Есть те, кому важно знать об этом… о том, что ты… и как…
«Да, внешним сложно даже произносить «смерть» - думает Лазель – «а гиты привыкают к ней с детства. Это не должно было быть так. Где были мои глаза?! Зачем вообще?!» Лазель отворачивается от тебя. Ничто она не ненавидит так сильно, как тебя сейчас. Здесь, где не нужно есть и спать, невозможно спрятаться от своих мыслей. Она вспоминала свою жизнь. Нет равенства нигде. Гитиянки должны быть первоклассными воинами, ценится только это. Если ты женщина, то природа определила тебе второе место навсегда, но Лазель преодолела этот барьер. Это не было легко, по мнению всех учителей у нее не было никакого таланта. Но о
на стала лучшим солдатом своего выпуска по всем параметрам, потому что хотела служить Влаакид – богине, которая сделала их расу превосходной, поставила народ гитиянки выше других. Но Лазель умерла. По собственной глупости. Она сама хотела бы забыть, как это случилось. А он предлагает ей рассказать кому-то! Нет. Ни за что, никогда. «Твоя жизнь ничего не стоила, и твоя смерть это подтвердила» - думала Лазель.
- Тяжело принять смерть близкого, но не знать, что с ним гораздо хуже – продолжал сотрясать воздух Габриэль.
- Забери куб. И похорони меня.
Ты слышишь раздражение Лазель, но все же… ты обходишь Лазель и берешь ее руку в свои ладони. Так ты делаешь всегда, когда хочешь поддержать кого-то.
- Если решишь, я расскажу твоим близким.
Лазель вырвала бы руку, если бы была жива, а так:
- Ты пойдешь в город гитиянки?
- Да. Это опасно? К тому же, ты говорила, что они знают, как вытащить червя! И они напали на тот корабль, если бы не вы мы бы не выбрались!
Мысли о «родных» тревожат мертвое сердце Лазель, от чего по ее щекам текут слезы. Может больше о драконах – она мечтала оседлать такое величественное животное. Но теперь она мертва. Сильнее всего на свете она ненавидит сейчас тебя.
- Просыпайся, Габриэль. И возвращай всех к кубу – Лазель плачет уже не сдерживаясь и ты не можешь заставить себя уйти или отпустить ее руку.
Она плачет, потому что у нее есть те, кому важна ее жизнь, но о такой постыдной смерти рассказать она не может. Не только дело в том, что она была невнимательна в темноте, но и в том, зачем в эту темноту полезла. Причина настолько постыдная, что Лазель скрывает ее от себя, но знает, что врет.
- Просыпайся! – Лазель отталкивает тебя. И разорвала бы когтями и зубами, но рычит и уходит сама. Ты только моргаешь, а ее уже нет.
Как проснуться? Так же, как и уснул – ты ложишься на то место и снова смотришь на игры светящихся огромных детишек. А они как будто ведут себя спокойней, как будто рассматривают тебя. Ты закрываешь глаза и стараешься успокоиться, чтобы уснуть, как и на земле. И звезды успокаиваются вместе с тобой, но кто-то специально взрывается сильнее. Ты просто живешь свою жизнь и не знаешь, как она отражается на других.