Балкон для двоих. Под прицелом

Глава 6. Андрей

«Вот это наглость!»

Я сижу на краю кровати в квартире Марины и с силой провожу рукой по волосам, забыв о собственной укладке. В зеркале — моё лицо, искажённое холодной яростью. Даже аккуратная бородка, которой я горжусь, кажется ощетинившейся.

— Был в квартире сегодня, — говорю я, глядя мимо Марины. — Искал наличку, раз карты заблокировала. Заодно воткнул в прихожей камеру. И знаешь, что эта сука сделала? Мой чемодан выставила на площадку, как мусор!

Голос срывается от возмущения. Скулы напряжены до боли. Мой дом. Как она посмела?

Марина, эта роковая блондинка с неизменным тёмным пушком над губами, подходит сзади. Её руки скользят по моим плечам, губы приникают к шее: влажные, настойчивые.

— Успокойся, Андрюша, — мурлычет она. — А твои карты? Ты же сам на себя работаешь. Может, фиг с ней, с Анькой? Нам же хорошо вдвоём...

Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на неё. Она красива, но сейчас эта красота кажется дешёвой, как её любимая бижутерия.

— Марина, не путай секс и брак, — говорю устало, но твёрдо. — Аня — хорошая жена. Дом — полная чаша, уют, порядок. А с тобой мы второй день суши и пиццу жуём. Свари борща хоть.

Она морщит носик, а я залипаю на этот тёмный пушок над губой. Странно, но это меня заводит.

— Я не люблю готовить, — капризничает она. — Давай в ресторан. Так что с бизнесом? Опять нужны вложения?

Вопрос — как гвоздём по стеклу. «Вложения». У Ани таких вопросов не бывает. Она молча отдаёт карту, когда я говорю: «Всё в обороте».

Я закрываю ей рот поцелуем — резким, почти болезненным. Чтобы заткнулась. Чтобы помнила своё место.

Через час — звонок. Курьер приносит картонную коробку. Открываю её, и кровь бьёт в виски.

Внутри — мои вещи. Аккуратно сложенные флаконы, щётка для бороды, часы. Без записки для меня. Ничего.

— Вот сука! — Швыряю коробку в угол. Предметы грохочут о паркет. — Сказал же сидеть и ждать! Она меня выгоняет?!

Марина испуганно жмётся к косяку. В её округлившихся глазах читаю не сочувствие к подруге, а любопытство зверька, наблюдающего за дракой хищников.

— Знаешь, — говорю я, и тон меняется. Ярость остывает, превращаясь в ледяную, расчётливую злость. — Давай-ка её проучим. Немного. Чтобы поняла, что со мной так нельзя.

Включаю ноутбук, запускаю приложение с камеры. Марина робко подсаживается рядом.

На экране — наша прихожая. Пусто. Потом появляется Аня. Она выглядит собранной. Не истеричкой. Она что-то говорит двум мужчинам, которые заносят коробки.

— Что за мужики? — шиплю я.

— Рабочие, вроде, — неуверенно говорит Марина. — Может, замки меняет? В её духе.

Мы молча смотрим, как Аня показывает на что-то, её лицо полно решимости.

Во мне что-то щёлкает.

«Она не просто обиделась. Она меня вычёркивает. Стирает. Меняет замки, чтобы я не мог вернуться. В наш дом.»

— И как я теперь попаду домой? — спрашиваю риторически.

— Живи у меня, — тут же предлагает Марина, и в голосе слышна робкая надежда.

Поворачиваюсь и смотрю на неё с осуждением. Она такая… мелкая. Игрушка.

— Не будь дурой. Аня — моя жена. Мне для бизнеса и репутации нужна нормальная семья, свой тыл, а не съёмная конура. — Касаюсь пальцем её носа.

— Женись на мне, — выпаливает она, и глаза загораются. — Я буду хорошей женой.

Хочется рассмеяться, но я сдерживаюсь. Вместо этого глажу её по щеке, как ребёнка.

— Остынь. Твой ротик не создан для переговоров с серьёзными дядями. Он создан для других дел.

Она обиженно надувает губы, но протест замирает, когда я встаю, легко подхватываю её на плечо и несу в спальню. Её смех разлетается по квартире.

Мне всё равно. Мне нужно сбросить напряжение.

Позже, пока Марина дремлет, снова беру ноутбук. Экран подсвечивает моё лицо в полумраке. Запускаю приложение.

Аня одна. Ходит по квартире, что-то протирает, собирает. Она выглядит… спокойной. Слишком спокойной. Как будто моё изгнание — просто помеха, которую можно устранить уборкой.

Это бесит. Она не должна быть умиротворённой. Она должна бояться. Должна чувствовать, что без меня она — никто.

Делаю скриншоты. Наслаждаюсь этой скрытой властью.
«Ты думаешь, ты свободна? Ты под колпаком. Каждый твой шаг».

Марина просыпается не вовремя. Из-за плеча смотрит в экран, а потом достаёт телефон и делает снимок с экрана. Пишет сообщение.

Клац, клац.

И вдруг Аня замирает. Останавливается в прихожей. Взгляд с экрана телефона скользит по стенам… И почти останавливается на камере.

Сердце пропускает удар, потом начинает колотиться с бешеной силой. Нет. Не могла заметить.

Маринке мало. Игра её увлекает. Она делает ещё один снимок и снова что-то пишет.

Клац, клац.

Меня начинает раздражать звук удара ногтей об экран гаджета.

Смотрю на свою жену безотрывно. Эмоции на её лице меняются, но взгляд... Аня умеет взглядом говорить громче слов. И сейчас она ищет источник изображений. Не должна найти. Я хорошо спрятал камеру.

Но она замечает. Опять её чёртова интуиция.

На экране её лицо — крупно. Губы сжаты, голубые глаза мечут молнии. Вот такую я её и полюбил. Хрен переломишь. Что-то говорит.

Она мне нужна. Слишком много в неё вложено — времени, сил, денег, репутации — чтобы вот так разбежаться.

Интрижка с Мариной — мелочь. Такие подружки, как тренажёр: отжался и пошёл. А Аня... Её нужно просто… вернуть в строй. На место. Для моей будущей карьеры она идеальная супруга.

Изображение прерывается.
Конец трансляции.

«Что же, дорогая. Ты сама меня вынудила. Будем мириться через боль».

Беру телефон. Набираю номер. Отвечают почти сразу.

— Слушаю, Андрей Викторович.

— Задание есть. Объект — молодая женщина, одна в квартире. Замки, похоже, поменяла. Но есть способ: соседняя квартира пустует, дверь — картонка. А балкон у них общий. Заходите через соседнюю, её балконную дверь вскрыть — дело плёвое.