Банальная история

Глава 4.

Глава 4.

Заканчивался очередной год совместной жизни. В конце января будут отмечать шесть лет. Валентине хотелось сделать приятное своему мужчине и присматривала для покупки загородный дом, где они смогут отметить свой праздник. Приглашать на него она никого не собиралась.

Новый год они отметили на загородной базе отдыха. Три дня пролетели быстро. Четвертого января Петр отправился домой к маме, которая снова жаловалась на плохое самочувствие. Валентина передала для нее подарок, поцеловала мужа, который обещал вернуться в воскресенье вечером, и отправилась на встречу со своей подругой Дарьей, с которой устроили новогодний шопинг. Дарья заставила Валентину купить короткую дубленку темно-синего цвета.

- Ты в ней просто красотка. Сюда бы темно-серый брючный костюм, светло-серый джемпер и вообще будет не узнать. Наконец-то вылезешь из своего любимого бордового цвета, - крутила ее из стороны в сторону Дарья, рассматривая со всех сторон. - И прическа, которую тебе обещал сделать Андрэ здорово бы подошла. Будешь девушка-огонь, все мужчины твои будут. А твой Петя просто подавится слюной. И если не дурак, то плюнет на свою мамашу и командировки и никуда тебя не выпустит.

- Да ну тебя. Пусть ездит. Мама болеет, за ней уход нужен. А брать ее к себе не собираюсь. Слишком она не любит меня и слишком много претензий у нее. Как говорила моя мама — запросы не по карману. А вот за что она меня не любит, не могу понять. Каждый раз что-то бурчит там про себя, - жаловалась Валентина, когда они зашли в кафе «обмыть» чашечкой кофе обновки. - Петька скоро снова уезжает в свою Астрахань, там у них какой-то объект.

- А не думаешь ли ты, что он вовсе не в командировки ездит? - Шутливо спросила Дарья. - А то бывают такие ухари, жене сказал, что в командировку, а сам к бабе.

Заметив злой взгляд Валентины, подруга рассмеялась:

- Ладно, не пристукни меня, я тебе еще пригожусь. Я просто так сказала. Мой вон тоже постоянно по всей стране и ее окрестностям мотается. Когда за границу едет, меня берет с собой. Я, если честно, уже устала от этих перелетов. Последний год просто отказываюсь летать, отдыхаю от него дома.

- А если он начнет тебе изменять? - спросила Валентина.

- Да и пусть себе. Да я знаю о всех его девках-однодневках и пока не появилась очередная алчная наглая акула-добытчица, пусть себе развлекается. Вот когда найду настоящего мужика, который западет мне в душу и полюбит меня, а не «мои денюжки», - она комично передразнила Донну Розу, - разорю его и разведусь. Это он думает, что такой крутой бизнесмен. А на самом деле без меня он никто. Семьдесят пять процентов всех активов достались мне от отца, которые он переписал на меня еще до брака. Сейчас на фирме мой доверенный управляющий, который делает и будет делать то, что решу я. Так что, пусть себе изменяет. Пока слишком не заврался и зарвался, пусть живет. Что так смотришь? Не верю я в любовь. Слишком горький опыт первой любви был, такой, что думала сдохну. - Она невесело усмехнулась, задумчиво помешивая в чашке ложечкой, потом тряхнула головой и улыбнулась. - Но ничего, оклемалась, зашила свою душу и сердце в непроницаемый мешок и в сейф положила. Вот нашла себе «олигарха», пристроила его к отцу на фирму. Это он думает, что такой крутой, а на самом деле…, - Дарья махнула рукой.

Подруги еще долго болтали о своих делах, разъехались по домам только вечером. Валентина была шокирована откровениями подруги, долго вспоминала ее слова. Значит, не она одна прошла кровавое крещение первой неудачной любовью. И она никак не ожидала, что за внешним видом легкомысленной жены богатенького буратины находится умная, знающая себе цену целеустремленная женщина, которая, по сути, управляет огромным бизнесом.

Пока Петра дома не было, Валентина разложила и развесила свои обновки так, чтобы муж их не сразу заметил. Хотела порадовать его к годовщине свадьбы. Она старалась не думать о словах Дарьи, но нет-нет да и возвращалась к ним постоянно. Она вспоминала его поведение, но ничего подозрительного на ум не приходило. Он никогда не скрывал от нее свой телефон, не уходил читать входящие сообщения в другую комнату, не прятался, когда звонил кому-то по телефону. Она в любой момент могла взять и проверить его телефон, на котором даже пароля не было. Чужими духами от него не пахло, супружеский долг он выполнял регулярно и с удовольствием. Посторонних вещей при нем не находила, следов помады на одежде тоже никогда не видела. Иногда среди недели он на недолго задерживался на работе, но каждый раз объяснял это необходимостью срочного исполнения очередного заказа.

Когда Петр в очередной раз вернулся домой от мамы, она более пристально посмотрела на него. Но ничего подозрительного не увидела. Он был по-прежнему спокоен. За ужином рассказал, что маме снова вызывали скорую и что она отказывается ложиться в больницу, хотя врач настаивает.

- Как бы совсем к маме не пришлось переехать, пока она болеет, - расстроенным голосом проговорил Петр. - Не хочет меня слушать совсем. Стала капризной и невыносимой. Старость даром не проходит. Врач говорит, что у нее начинается деменция. Скоро она совсем перестанет ухаживать за собой. Хорошо, хоть соседка продукты ей приносит и помогает по хозяйству. Пришлось ей еще денег добавить. Лекарства нынче сильно дорогие стали.

- Не переживай, правильно, что платишь хорошие деньги. За бесплатно никто ухаживать за старым человеком не будет. Если надо, то поживи с мамой. Кто еще будет так смотреть за ней, как не родной сын.

- Ты у меня самая лучшая жена на свете, - обнимая ее, говорил Петр. - Была бы моя воля, ни за что бы от тебя никуда не уходил и не уезжал.