Банда скоморох

Падение дома Врановых

Глубокая ночь. Уставшие люди давно дремлют в своих кроватях. Время для паразитов общества — пьяницы, разбойники, шлюхи, убийцы — выходят на поиски жертв.

Вранск, столичный город, известный своими красивыми, выложенными из тёмного кирпича зданиями. Множество уличных фонарей освещают просторные улочки, там и тут украшенные скульптурами горгулий, василисков и другими тварями, которыми пугают местную детвору.

Я люблю выбираться в город по ночам. При свете дня вся его таинственная, пугающая атмосфера теряется на фоне постоянных сборищ местных простолюдинов. Сейчас город чист — лишь в тёмных углах можно услышать визги: то веселья, то страха.

В замке не понимают мою страсть. Негоже княжичу по ночам встревать в разборки с местным контингентом. Но нужно же избавиться от всей этой необузданной энергии. Иначе она сжигает изнутри.

Жертвы вышли из кабака на окраине города. Завязали перепалку — пьяные голоса отражались от стен, множились, путались. Я вошёл в тень.

Мои способности — одни из самых непонятных для людей — зовут меня принцем теней. Красивое прозвище. Но оно не отражает суть.

Обычно люди думают, что тень — это отражение объекта от света. Это не совсем верно. Свет лишь делает тень видимой. Тени есть всегда — они являются остаточными проекциями всего, что было в этом мире. Я же могу входить в их мир. Исчезая из нашего, я попадаю в тягучий мир серости воспоминаний. Этот мир лишь ненадолго отстаёт от нашего, но этого хватает, чтобы быть быстрее. Моему восприятию тяжело даётся это место — я словно плыву по нему, и все чувства ощущаются по-другому. Я бы мог сравнить это со сном. Сном, в котором ты знаешь, что спишь, но не можешь проснуться.

Ситуация такова: две мелкие банды сцепились по пьяни в местной подворотне. Они и не заметили, как из ниоткуда появился ещё один человек — белокожий, среднего роста, худощавого телосложения. Его вьющиеся чёрные волосы доходили до скул. Утончённый маленький нос, тонкие губы и алые глаза — его звали Исаак Патриашье-Вранов, первый наследник Великого княжества Врановер.

Я не смог сдержать лёгкую улыбку. Тело замерло в ожидании — знакомое, почти приятное покалывание в кончиках пальцев. Голод. Не тот, что утоляют едой.

— Эй, шлюшьи сыновья, что за детскую перепалку вы тут устроили?

Тишина. Вся орава замерла. Они были слишком пьяны, чтобы понять, кто перед ними. А может, они и не видели своего княжича — я редко показывался простому люду. Знал меня только ночной город. И он умел хранить секреты.

— Сначала разберёмся с ним, а потом продолжим, — сказал вожак одной из лагерей.

Никто не стал спорить. Их было около сорока — пьяных, озверевших здоровых мужиков. Каждый, скорее всего, уже убил тройку-другую. Я бы мог уничтожить их одной атакой, но не хочу так рано заканчивать. Не в этом смысл.

Первые человек пятнадцать окружили меня. Они резали наобум — часто попадая по своим же, по товарищам, по стенам. Я пронзал их тенями, используя их же мечи. В темноте никто не понимал, почему один за другим падают люди. Но это не останавливало тех, кто ещё не успел подойти — они тут же получали удар в спину от собственных теней.

Я проводник двух миров. Я могу использовать объекты одного мира в другом. Теневые проекции — я могу изменять их по своей прихоти, растягивать, заострять, направлять.

Кровь врагов захлёстывала меня, попадая в глаза. Приходилось полагаться на тени — благодаря им я вижу и без глаз. Я не взял никакого оружия. Я сам и есть оружие. Опасное. Жуткое. Простое и смертоносное.

Пусть их будет даже сотни — никто не способен не то что задеть меня, а даже подойти.

Горы трупов лежали у моих ног. Когда местная стража найдёт их, подумает, что они перерезали друг друга в пьяном угаре. Так уже бывало. Так будет снова.

Парочка бандитов наконец опомнилась. В их глазах мелькнул страх — тот самый, животный, который поднимает человека и бросает прочь без оглядки. Они побежали в разные стороны. Резким движением руки я проткнул их теневыми шипами, что тут же исчезли из этого мира. Ни следов. Ни улик.

Я выдохнул. Сердце постепенно замедлялось. Это была весёлая разборка — она утолила мой голод.

Рассвет уже близко. Пора домой.

От Вранска к крепости семейства Врановых шёл длинный каменный мост. В утреннем тумане он казался бесконечным — серый, холодный, продуваемый ветрами с реки. Я шёл по нему один. Как всегда.

Крепость встретила меня привычным гулом. Укреплённые стены, большой внутренний двор — здесь мы с Симеоном оттачивали свои навыки. Брату недавно исполнилось четырнадцать, но он уже догонял меня по росту. Однако мы имели больше различий, чем сходств. В отличие от меня, Симеон был пухлощёким блондином крепкого телосложения. На его лице постоянно сияла белоснежная улыбка. Очень добрый и наивный мальчишка, привыкший к тёплому миру этого замка. Если бы он почаще покидал его — может, и не был бы таким дураком. А может, это я стал таким, потому что покидал слишком часто.

Я не использовал свои способности, а вот Симеон активно перемещался из одного места в другое, напуская всюду свой туман. Контроль тумана позволял ему исчезать и появляться в другом месте, а также создавать иллюзии, что пытались обмануть меня. Но я их не боялся — всё равно ничего мне не сделают. Брата я узнавал по запаху. Душистые духи, которыми он так рьяно надушился с утра, выдавали его за несколько шагов.

Слишком скучная дуэль. Быть нянькой — не моя работа.

Резко уйдя от меча, я бью в спину парня. Тот, запнувшись о собственные ноги, громко ударяется головой о камень. Я кладу остриё меча к его шее.

— Убит.

— Можно без этого, — суровым тоном сказала любимая матушка.

Она смотрела на нас с балкона усадьбы. Высокая, статная блондинка сорока лет, сегодня в изумрудном платье — в цвет своих грозных глаз. Даже на расстоянии я чувствовал холод, исходящий от неё. Она всегда смотрела так — оценивающе, без тени снисхождения.

— Он слаб. Я в его годы уже одолел дядю.