Барышни и Средневековье. Сага об отряде наемниц

Глава пятая, в которой Тришка расстается с кое-чем очень ценным, но неожиданно приобретает кое-что гораздо ценнее

Тришка бодро шагала по дороге к Орнэллу, то и дело двумя пальцами подкидывая вверх небольшой кинжал с большим красным камнем в рукояти и этими же пальцами, не глядя, ловя его за острие клинка.
Кто бы не изготовил этот кинжал, он, по мнению Тришки, был настоящим мастером оружейного дела и знал в нем толк. Клинок и рукоятка были идеально сбалансированны, даже лучше, чем в ее собственных кинжалах, и рукам было очень приятно держать это оружие, что Триша и делала, попутно насвистывая что-то легкомысленное себе под нос.
Впрочем, бодрость ее была напускной, потому что на душе у Тришки было паршиво. И чтобы прогнать из головы мрачные и неприятные мысли, она нарочно вышагивала беззаботной походкой. Если бы Тришка умела еще и петь, то она, несомненно, затянула бы какую-нибудь веселую песню, лишь бы только убедить саму себя в том, что на сердце у нее легко и радостно, как это обычно и бывало раньше при таких же обстоятельствах. Но радостно на сердце у Тришки не было, а, скорее, наоборот, и поэтому, чтобы отвлечься, она стала обдумывать, как лучше всего поступить со своим новым приобретением. Довольно скоро Тришка пришла к выводу, что самым лучшим вариантом будет извлечь рубин из рукояти и продать его тут же в Орнэлле подпольным торговцам, с некоторыми из которых у нее уже были налажены кое-какие связи. От самого же кинжала после этого лучше всего было бы побыстрее избавиться. Да и самой Тришке на ближайшие несколько месяцев стоит убраться подальше отсюда. Все равно она не планировала задерживаться в крупном городе, где много городской стражи и велик риск того, что ее могут узнать. Тришка покинула бы Орнэлл еще вчера, если бы не встретила Фэйрис…
Она замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась, вспомнив бесхитростное веснушчатое лицо, еще сохранившее какие-то неуловимые детские черты, с большими зелеными глазами и неизменной веселой улыбкой. Какое-то очень паршивое, непривычное чувство сдавило все внутри Тришки. Она еще раз, не глядя, подкинула кинжал и, поймав, ощутила болезненный укол.
- Мстишь мне? – слабо улыбнувшись, печально спросила Триша у кинжала. – Что ж, я не удивлена.
Она посмотрела на медленно наливающуюся на пальце каплю крови, сунула кинжал за пазуху и пошла дальше, понуро опустив свою черноволосую голову с взлохмаченной мальчишеской прической.
А когда до городских ворот оставалось уже совсем немного, и они вот-вот должны были показаться после очередного подъема дороги, путь ей неожиданно заступили двое мужчин не самого доброжелательного вида.
- Кто бы мог подумать, что ты настолько глупа, чтобы ходить по таким местам, - с ухмылкой, не предвещающей ничего хорошего, проговорил один из них хрипловатым голосом. – Как же это ты так, Тришка? Неужели, думала, что здесь о тебе никто не знает?
- Тришка? – с огромным удивлением вскинула брови Тришка. – Вы, должно быть ошиблись, господин, меня зовут Рэн. Меня отправили в Орнэлл за лекарством для старосты нашего рыбацкого поселка. Вы не скажете мне, до города еще далеко? Я шла почти три дня и очень устала.
- Да брось заливать, Тришка! – так же хрипло засмеялся второй мужчина. – За последние пару лет ты уже успела стать большой знаменитостью среди охотников. И даже листовки с твоим портретом взялся рисовать самый лучший художник, какой только есть на юге, лишь для того, чтобы тебя быстрее поймали и вздернули на радость всем, кого ты обворовала. Знаешь, какая за тебя положена награда? Поэтому можешь не стараться, нас ты точно не проведешь. Или думаешь, что если отрезала волосы, то стала другим человеком? Ну, это ты зря.
Они вновь засмеялись, а Тришка, остановившись шагах в десяти от них, в раздумье поджала губы. В душе ее не было страха. Скорее – досада на неожиданную задержку. А еще – огромная тоска вдруг накатила на нее. Должно быть, слишком уж разительное было отличие между Фэйрис и теми личностями, с которыми обычно волей или неволей Трише приходилось иметь дело. Двое мужчин между тем неторопливо направились в ее сторону. В опущенных руках они держали небольшие мечи, которыми обычно орудуют наемники.
Если бы положение было таким, что бой был бы неизбежен, Триша, не раздумывая, приняла бы этот бой. Она ни секунды не сомневалась в том, что сможет взять верх над парочкой неповоротливых увальней в стальных нагрудниках, сковывающих их движения, да еще и вооруженных лишь оружием ближнего боя. Но драться здесь, вблизи города, было слишком рискованно – схватку мог кто-нибудь заметить, и тогда все закрутилось бы совсем не в пользу Триши. К тому же, всегда оставалась небольшая вероятность того, что эти охотники за головами не были полными кретинами, и что где-нибудь в кустах засел их арбалетчик, на случай, если двое мечников не смогут справиться сами. Нет, гораздо проще и безопаснее было сейчас попросту удрать отсюда и запутать следы, притом, что в лесу это сделать очень легко. И Тришка, поразмыслив еще пару мгновений, резко бросилась в заросли папоротника, росшего под соснами на окраине дороги.
И когда она, небрежно раздвинув широкие листья рукой, уже считала дело сделанным, из этого самого папоротника наперерез ей внезапно выскочили еще двое охотников и сшибли ее с ног.
Ошеломленная Тришка грохнулась на спину, от неожиданности даже не успев сгруппироваться. А в следующую секунду она увидела, как широкое лезвие топора взлетело над ней. Ей показалось, что топор опускается очень медленно и что у нее полно времени, чтобы уклониться, но – странное дело – пошевелиться она не могла, какая-то неведомая сила не позволяла ей защититься или хотя бы просто закричать от сковавшего ее ужаса.
И в это же мучительно долгое мгновение она увидела, как руку, опускающую топор, пронзила плохо выточенная стрела без оперения. А еще через миг другая точно такая же стрела пробила шею второго охотника, удерживающего Тришу, и он сразу же завалился на землю. Его товарищ истошно закричал, выронив из окровавленной руки оружие, но Триша, уже вскочившая на ноги, одним, едва уловимым взмахом своего кинжала заставила его замолчать. Оставшиеся двое мечников, еще пару секунд назад считавшие охоту делом решенным и поэтому не торопившиеся принимать участие в сражении, теперь, видимо, кардинально изменили свое мнение и попробовали напасть со спины, использовав элемент неожиданности. Но Триша отлично слышала топот их ног и на этот раз была готова к нападению. Легко увернувшись от атаки, она еще два раза взмахнула кинжалами, и через миг все было кончено – Тришка стояла рядом с четырьмя бездыханными противниками, и все ее тело сотрясала едва заметная мелкая дрожь.
И хотя Триша слышала шаги еще одной пары ног, приближающиеся к ней со спины, она не раздумывая убрала кинжалы под куртку и осталась неподвижно стоять на месте сражения. Повернуться она боялась, потому что приближающиеся шаги были ей отлично знакомы.
Шаги приблизились вплотную и остановились у нее за спиной.
- Не стой столбом, - тихо сказала Фэйрис и взяла одного из убитых за руку, - помоги мне затащить их за деревья, пока кто-нибудь не показался на дороге.
Триша молча исполнила просьбу Фэйрис. Вдвоем они быстро спрятали тела охотников за головами, оттащив их подальше в лес. После этого Фэйрис несколько раз набрала в руки земли с обочины и присыпала ею пятна крови на дороге.
- Пойдем отсюда, - сказала она, отряхивая ладони. – Если повезет, их не найдут в ближайшие день-два, пока не появится трупный запах.
Фэйрис повернулась и, не оглядываясь, зашагала в лес. И Триша понуро поплелась за ней.
При других обстоятельствах, Тришка не упустила бы возможности обследовать карманы поверженных противников на предмет содержимого, но сейчас что-то мешало ей. И это что-то также мешало ей все это время поднять глаза на Фэйрис, заставляя смотреть себе под ноги. Вдоволь насмотревшись на свои сапоги, Триша перевела взгляд на кинжал, с недавнего времени висевший у нее на поясе и тяжело вздохнула. Конечно, из всего этого положения можно было выйти очень легко и просто, достаточно было лишь оглушить шагающую впереди Фэйрис ударом по голове и уйти на все четыре стороны, но…
Триша украдкой тихонько вздохнула, бессмысленно глядя на носки своих сапог.
Через какое-то время Фэйрис остановилась, и пребывавшая в мрачных мыслях Тришка едва не налетела на нее сзади.
- Ну, здесь, кажется, уже неопасно, - проговорила Фэйрис, осматриваясь.
Вокруг простирался густой лес. Огромные сосны заслоняли небо почти непроницаемым шатром своих раскидистых ветвей с большими темно-зелеными иглами, и внизу под этими ветвями было тихо, прохладно и немного сумрачно. Фэйрис очень любила такие беззвучные, кажущиеся ей немного таинственными места в глуши Орнэлльского леса, и, когда нечего было делать, могла подолгу просиживать среди высоких старых сосен, размышляя о чем-нибудь или же просто наслаждаясь покоем и единением с природой.
- Возьми… - почти беззвучно произнесла Триша и, глядя в сторону, протянула Фэйрис ее кинжал.
- Сначала скажи, зачем ты его взяла, - тихо сказала Фэйрис. – Если тебе он нужнее, чем мне, я не стану забирать его назад.
Триша подняла голову и впервые за это утро посмотрела Фэйрис в глаза. На лице ее проступило крайнее недоумение.
- Что значит «нужнее»?
- Что ты хотела с ним сделать?
- Я хотела его продать скупщикам краденного, - с трудом выдавила из себя Триша. Слова вдруг стали очень тяжелыми и не хотели слетать с губ. – За этот рубин можно очень много выручить…
- Я говорю не об этом, - перебила Фэйрис. – Для чего тебе эти деньги? Ведь они понадобились тебе не просто так. Ты хочешь кому-то помочь этими деньгами? Кому-то, кто тяжело болен или находится в тюремном заключении? Кому-то, кто очень тебе дорог? – Фэйрис подошла почти вплотную к Тришке, стараясь заглянуть ей в глаза. – Пожалуйста, Триша, скажи мне.
Для Тришки, пораженной поведением Фэйрис, это было уже слишком.
- Хватит нести чушь! – взорвалась она, отступив на несколько шагов назад. – Никто мне не дорог!
И Тришка вдруг разревелась и швырнула кинжал на землю к ногам Фэйрис.
- Глупая девчонка! Я просто обманула тебя! Втерлась в доверие, чтобы стащить камень и загнать его на ближайшем черном рынке! А деньги потом потратить где-нибудь в другом городе! Вот и все! Забери его и никогда больше не доверяй таким, как я! Потому что такие, как я – самые подлые и жестокие люди на свете! Несчастная наивная соплячка!
И Тришка даже завыла от досады, унижения и какой-то странной боли, сильно сдавившей ее сердце и заставляющей ненавидеть себя.
Фэйрис сделала шаг в ее сторону, перешагнув через брошенный ей кинжал.
- Самые подлые люди вонзили бы этот нож мне в спину по пути сюда, - сказала она.
- Я тоже хотела это сделать! – яростно выкрикнула Триша, продолжая реветь.
- Не лги мне, - сказала Фэйрис.
- А я и не лгу!
- Так почему же ты этого не сделала?
- Не смогла выбрать подходящий момент!
- Да неужели? – слегка насмешливо, но по-прежнему тепло улыбнулась Фэйрис. – Тогда давай сейчас. Вот тебе сотня подходящих моментов, я отвернусь и даже глаза закрою.
Фэйрис повернулась к Трише спиной, закрыла глаза и постояла так немного.
- Ну, что же ты? – спросила она, повернувшись обратно.
- Иди к черту!.. – шмыгая носом, пробормотала Триша и вдруг вспомнила еще об одной вещи. Она рванула из потайного кармана куртки и бросила к ногам Фэйрис потрепанный мешочек из некогда красивой золотистой материи. – Вот! Его тоже украла я! Поняла теперь?! Поняла, кто я такая?! – И слезы с новой силой ручьем потекли по ее лицу.
Даже не взглянув на свой кошелек, Фэйрис сделала к ней еще два шага.
- Я поняла только одно, - сказала она, ласково глядя на Тришу, - ты очень сильно боишься заводить друзей, хотя и очень хочешь их иметь.
- Ничего я не хочу! – выкрикнула Триша. – Это все была ложь!
- Не все, - покачала головой Фэйрис. – Хотя вранья в твоих историях действительно было достаточно. Но наше знакомство ты начала не со лжи и честно назвала свое имя. Ты просто не смогла соврать в тот миг. Хочешь, скажу, почему? Ты ведь и сама знаешь – почему. Где-то в глубине души ты искренно желала подружиться с кем-нибудь. Именно ты, настоящая ты. И ты не хотела отдавать эту дружбу какому-то выдуманному имени.
Притихшая Триша, стояла, опустив голову, глотала слезы и остекленевшими глазами смотрела на траву и опавшие сухие иголки.
- И зачем только ты спасла меня!.. – с ненавистью прошептала она.
И Фэйрис встала рядом с ней.
- Потому что я не хочу, чтобы мой друг погиб, - тихо ответила она.
Триша подняла на нее мокрые дрожащие глаза. Фэйрис обняла ее и прижала к себе. И Триша вцепилась в куртку Фейрис и вновь заревела, уткнувшись лицом в ее плечо, а потом упала на колени. И Фэйрис тоже опустилась рядом с ней. А когда Триша немного успокоилась, они еще долго сидели так под соснами, и Тришка уже не плакала, только поминутно шмыгала носом, а потом перестала.
- Мне нужно забрать в Орнэлле свои вещи и уладить пару дел… - через какое-то время тихо проговорила она. – Можешь подождать меня у места нашей ночевки?
- Да, - ответила Фэйрис.
- Тогда встретимся там… - сказала Триша и, поднявшись, не оглядываясь, пошла в сторону города.
И Фэйрис тоже поднялась на ноги, подобрала с земли свой кошель и кинжал и направилась в противоположную сторону.
Фэйрис ждала очень долго, сидя у остывшей кучки золы и задумчиво глядя на тихий лес вокруг. Рядом с ней на траве лежало несколько крупных яблок, которые она сорвала, забравшись почти на самую верхушку старой яблони у дороги. А когда солнце уже начало клониться к закату, к ней подошла Триша. На плече у нее висел небольшой походный мешок.
- Это тебе, - сказала Триша, протянув Фэйрис изящный, красиво украшенный плоский колчан для стрел на крепком широком ремне из толстой кожи. – Я купила это у хорошего мастера и дала ему пару монет сверху, чтобы не болтал лишнего.
Фэйрис несмело взяла колчан и обнаружила, что он набит искусно выточенными стрелами с богатым оперением.
- Триша… - тихо проговорила Фэйрис, подняв на подругу растерянный взгляд. – Это ведь очень дорогие стрелы… И колчан тоже…
- Считай, что так я прошу у тебя прощения, - едва слышно произнесла Триша, глядя в сторону.
- Триша… - промолвила Фэйрис и шмыгнула носом.
- Ну ты еще расплачься здесь! – воскликнула Тришка и насупилась, пытаясь скрыть свое смущение.
И Фэйрис, все еще шмыгая носом, обняла ее и постояла так немного, а затем отошла.
- Спасибо тебе, Триша, - с искренней благодарностью сказала Фэйрис.
Триша кашлянула и засопела, вновь отведя взгляд.
- Мы заночуем здесь? – спросила ее Фэйрис.
- Нет, - покачала головой Триша, тут же перестав сопеть. – Надо уйти от города как можно дальше, на случай, если найдут тела. По пути я забрала твои стрелы из трупов и замаскировала места ранений порезами кинжала. Мы, кажется, не оставили никаких следов, но лучше не рисковать.
- Хорошо, - кивнула Фэйрис и подняла свой мешок и лук. – Тогда пошли?
- Пошли, - ответила Триша.