Барышня Крестьянка

Глава 5

Ольга

Сердце мое билось так сильно, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Я вспоминала, как стояла в просторной гостиной Юсуповского особняка, среди шелка и бархата, и слушала Петра. Слушала, как он, мой Петр, мой будущий муж, говорит о нашей свадьбе. О нашей свадьбе, которую я так ждала, о которой так мечтала!

Но слова Петра звучали не так, как я ожидала. Он говорил о спешке, о том, что нужно подождать. Подождать? Когда же еще, если не сейчас?! Мы любим друг друга и я готова стать его женой. Но он, мой Петенька, поддался на уговоры матери. Уговоры, которые звучали как приговор моей мечте...

Я не могла больше слушать. Обида захлестнула меня, словно волна. Я выбежала из гостиной, не разбирая дороги, и оказалась в зимнем саду. Огромный, раскинувшийся сад, полный ароматов роз и жасмина, казался таким же пустым и холодным, как мое сердце. Слезы текли по щекам, смешиваясь с росой на лепестках цветов...

А потом...пришел он. Сначала я услышала шаги. Обернувшись, я увидела его. Князь Владимир. Гость княгини, мужчина, о котором я слышала много, но никогда не видела. Он был старше Петра, старше меня, но в его глазах светилась такая мудрость, такая зрелость, что я невольно остановилась...

Он подошел ко мне, и в его взгляде не было ни осуждения, ни удивления. Только спокойствие и понимание.

- У вас что то случилось?

Несколько минут разговора и душа моя открылась навстречу спокойствию и вниманию. Столь пристальному и глубокому, будто ему и правда есть дело до проблем зареванной девчонки...

Будто ему не все равно.... Словно я важна и боль моя была услышанной не ими, родными людьми, с которыми я провела все свое детство, а этим загадочным мужчиной, строгим и мягким одновременно.... И я сама не заметила, как с губ сорвалось жалобное.

- Останьтесь....

Не могла говорить. Только всхлипывала, пытаясь унять дрожь. Он не настаивал, просто стоял рядом, давая мне время. И в этом молчании, в его присутствии, я почувствовала себя немного лучше.

- Петр...он не хочет жениться на мне сейчас...- наконец выдавила я, сжимая в кулаке его платок на раненой ладони.

Князь Владимир кивнул.

- Иногда родители видят то, чего не замечаем мы сами. Но это не значит, что их слова истина в последней инстанции.

Его слова, его спокойствие, его зрелость - все это завораживало меня. Он говорил так, словно понимал все мои чувства, словно знал, что такое любовь и обида. Я все еще была зла на Петра, но рядом с князем Владимиром обида отступала, уступая место любопытству и восхищению.

- Вы позволите проводить вас?

Я согласилась. И мы пошли по пустым в этот час коридорам. Я все еще обиженная на Петра, но уже не такая одинокая. Рядом с князем Владимиром, этим мудрым и зрелым мужчиной, я чувствовала себя защищенной и понятой. И, возможно, в его словах и взгляде я нашла утешение, которого так жаждала.

Мы шли медленно, и князь не торопил меня разговорами. Он лишь изредка бросал на меня понимающие взгляды, словно давая понять, что готов слушать, когда я буду готова говорить.

И это молчание было не тягостным, а успокаивающим. В нем чувствовалась сила и уверенность, которых так не хватало Петру.

Я украдкой рассматривала его. Высокий, статный, с сединой в висках, он казался воплощением опыта и мудрости.

Его лицо говорило о многом - о пережитых радостях и горестях, о принятых решениях и сделанных выводах. В его глазах, глубоких и зеленых, словно свежие, молодые листья деревьев и цветов, отражался целый мир. Мир, который мне, юной и неопытной, казался невероятно притягательным....

- Вы очень расстроены, Ольга Николаевна,- наконец произнес он, нарушив тишину.

Я вздохнула.

- Я думала, что Петр... что мы будем вместе. Что княгиня благословит наш союз. А теперь...

- А теперь вы чувствуете себя обманутой и преданной, - закончил он за меня. - Это естественно. Любовь - это сильное чувство, и когда оно сталкивается с препятствиями, боль неизбежна.

- Но почему? - спросила я, и в моем голосе звучала детская обида. - Почему он не может просто настоять на своем? Почему он слушает свою мать?

Князь Владимир остановился и повернулся ко мне лицом.

- Жизнь сложна, Ольга. И любовь - лишь одна из ее граней. Петр молод, и он еще учится принимать решения. Он любит вас, я уверен, но он также уважает свою мать. И ему нужно время, чтобы найти баланс между этими двумя чувствами.

Его слова звучали разумно, но они не утешали меня. Я все еще чувствовала себя брошенной и непонятой. Но и удивилась. Он защищает его.... Мальчишку, который ему нагрубил. Который, поменяйся они местами, точно полил бы его всей грязью и гневными упрёками.....а он его оправдывает передо мной. Какой странный человек. И какой загадочный...

- А вы? - вдруг спросила я, сама не зная, почему. Мне вдруг ужасно захотелось узнать на что она похожа... другая любовь. Любовь такого человека, как он...

- Вы когда-нибудь любили?

В глазах князя Владимира мелькнула тень.

- Любил, - ответил он тихо. - И терял. И находил снова. Любовь - это не статичное состояние. Это постоянное движение, постоянный поиск.

Мы снова пошли вперёд и я задумалась над его словами. Любовь - это движение? Это поиск? Я всегда думала, что любовь - это нечто постоянное, нечто, что дается раз и навсегда. Но, глядя на князя Владимира, я понимала, что он прав.

Жизнь меняется, и вместе с ней меняется и любовь....раскрываются новые грани. Ты можешь любить одного человека, но совершенно по разному...
Когда мы подошли к гостиной, где вовсю веселились гости, князь Владимир остановился.

- Не позволяйте обиде ослепить вас, Ольга, - сказал он. Помните, что любовь - это не только страсть, но и уважение, и понимание. Дайте Петру время. И дайте себе время, чтобы понять, чего вы действительно хотите.

Я смотрела на него и в моем сердце рождалось новое чувство. Чувство благодарности и уважения к этому мудрому и зрелому мужчине.