Башня Гардиан

Глава 3. Мир с синим небом

Небо было невероятно высоким. В этой невозможной синеве и кристальной прозрачности плыли, лениво меняя очертания, хлопья чего-то белого, пушистого. Здешняя звезда искрилась ярко-жёлтыми лучами. Её не перечёркивали никакие линии. Я смотрел и не мог оторваться от этой необыкновенной синевы, по которой безумно скучал. Я тянулся к небу сжатыми кулачками, задорно смеясь.

Кто-то большой и сильный подбрасывал меня вверх и снова ловил, басисто хохоча.

— Да, вот так Серёженька умеет летать! — поощрял нас чей-то ласковый голос.

— Иди к маме, — сильный человек протянул меня своей молодой, красивой спутнице, и та осторожно взяла меня на руки, нежно чмокнув в макушку.

— Серёженька проголодался, — ворковала женщина, откровенно любуясь мной, когда мы пришли домой. — Его надо покормить. Ничего, сейчас мама даст бутылочку!

Мне ткнули в рот что-то мягкое. Эту штуку я сжимал челюстями, чтобы получить питание. Жидкость, которой меня поили, была тёплой, сладковатой, совсем не похожей на нектар. Я силился припомнить, откуда знаю о нектаре, но память вдруг рассыпалась осколками, и не осталось ничего. За тёплой сладостью скрывалось что-то огромное, опасное, и память запрещала приближаться к этому страшному нечто, спрятанному внутри.

— Серёженька вырастет и пойдёт в садик, потом в школу, — меня положили на спину, чтобы переодеть. — Серёженька станет умным мальчиком, правда?

Я быстро-быстро перебирал в воздухе ногами, ставшими вдруг очень лёгкими, и эти движения доставляли искрящуюся радость, почти как раньше. «Раньше? Когда?» Я не помнил.

Мне нравился этот мир. И ласковая женщина, называвшая меня Серёженькой, нравилась. Иногда только казалось, будто я что-то важное потерял, но так и не удавалось вспомнить, чего же я лишился.

***

Уже в девять лет я стал тем самым умным мальчиком, о котором мечтала мама. Я учился на круглые пятёрки, занимался в трёх секциях и обзавёлся лучшими друзьями — Владом и Стасом. В том же году в наш дом переехала семья из другого города. Они поселились в соседнем подъезде. Отец, мать и симпатичная девочка с длинными волосами потрясающего огненно-рыжего оттенка.

С ней-то я и решил познакомиться, едва её увидев. Я подозревал, что Стас и Влад будут поддразнивать, что, мол, с «хвостиками-бантиками» дружу, но рыжая девочка с глазами цвета солнечных лучей привлекла моё внимание мгновенно. Стоило только раз взглянуть — и показалось, будто я всегда её знал.

— Привет, — выбрав удачный момент, я подошёл к ней во дворе, пряча вспотевшие ладони за спину и обмирая от волнения.

— Привет, — она склонила к плечу голову, всю усыпанную мелкими кудряшками. Такими яркими, необыкновенно красивыми!

— Меня Серёжей зовут. А тебя?

— Я Анжелика. Можешь звать Ликой.

— Хочешь со мной дружить?

— Ага, давай!

Она пристально разглядывала меня, а я чувствовал, как всё сильнее дрожат колени, лицо новой знакомой расплывается, а сквозь её облик проступает другой — взрослой женщины с рыжими косами и янтарными глазами. Я проморгался и машинально дотронулся до своего правого запястья. Мой мимолётный жест не укрылся от Анжелики.

— Ищешь браслет? — неожиданно спросила она.

— Чего? — удивился я.

— Ну… Чёрный с белой бусиной. Мама говорит, у меня никогда не было такого, но я-то помню. Бывает, как ты, руку трогаю, потому что хочу вернуть его, но он пропал. Но если ты не ищешь браслет, тогда зачем запястье трёшь?

— Так просто. Сам не знаю.

Похолодев внутри, я вдруг понял, что браслет, правда, был. В точности, как описала Лика — весь чёрный, а внизу белая бусина, как капля молока. Наваждение какое-то.

— Ладно, — прерывая мои мучительные раздумья, рассмеялась Лика. —Идём играть.

Следующие пять лет стали самыми светлыми в моей жизни. Полуугасшие воспоминания о чём-то далёком отступили. Имела значение только дружба, совместная учёба, игры, походы в гости. Я решил жениться на Лике, когда повзрослею. Я не собирался выбирать никого другого, кроме неё!

Всё закончилось в одночасье, когда нам исполнилось по четырнадцать.

— Ты смотришь «ужастики»? — неожиданно спросила Лика, когда мы сидели на скамейке под цветущей липой.

— Нет, — честно ответил я. — А надо?

Родители были категорически против «этой гадости», как они называли современные фильмы, демонстрируемые по кабельному телевидению. Да и я сам не горел желанием смотреть. Я любил посещать кружок моделирования, увлекался футболом и программированием, как Стас и Влад, которым тоже было не до выдуманных «страшилок».

— А я глянула вчера, — Лика поёжилась, будто от зимнего холода. — У отца моей подруги Маши видеомагнитофон появился, — Лика вымученно посмотрела на меня, и от её взгляда у меня внутри всё оборвалось. — Так вот, они настоящие, Серёж. Они ходят рядом, только их никто не видит. Я увидела монстров прямо в комнате. Они стояли возле Маши.

— Да ладно, — внутри у меня тоже ёкнуло, когда Лика сказала это, но я пересилил себя. — Ерунда. Ты просто перенапряглась из-за фильма. Тебе надо отдохнуть.