Башня Вемовея 1. Душеспасательница

6. Прыжок

Сегодня никто не подрался среди курсантов, никто не истерил, и никто не требовал разговора по душам среди преподавателей. Потому душеспасатель Вемовейского училища Антон Серафимович, приспустил очки и с милейшей улыбкой отпустил помощницу восвояси, позволив ей покинуть уютный кабинет с мягкими креслами.

Ближе к трем по полудню Полина начала готовиться к свиданию с любимым. «Лю-би-мым». Как приятно было произносить это слово вслух. Илья ухаживал за ней все два месяца, пока она пребывала в училище, не позволяя себе лишнего, и только недавно случился их первый поцелуй. Он был корректен и нежен, и до обидного короток. Как тут распробовать? Но ее неунывающая натура предвкушала будущие встречи. И возможно именно сегодня он снова ее поцелует.

Поля крутилась перед зеркалом, пока выбирала платье. Остановилась на неброском нежно лазоревом с воротом-каре, оно в этом сезоне модное. Завитые крупными спиралями светлые локоны закрепила черепаховыми вэй-гребешками, что сидели на голове, как влитые, даже если танцуешь бойкую кадриль. В уши вдела маленькие сапфировые сережки. Бальзам из аптеки мамы со вкусом малины прекрасно смягчил и слегка подрозовил губы. Ресницы и брови у нее от природы красивой формы и темного цвета, можно не подкрашивать. Юная сероглазая девушка в отражении ей понравилась. Свидание обещало быть приятным.

В четыре Илья так и не появился. Подождав, надумала разыскать его сама. Ступая по идеально вымощенным дорожкам с рядом бронзовых вэй-фонарей по сторонам, она вспоминала свой первый день прибытия в Вемовейское. Тогда она испытала восторг от вида неприступной строгой крепости, единственной в Лароссии полностью возведенной силой вэи из красного гранита. А также от великолепного пейзажа за крепостными стенами. Ведь посмотреть было на что – хоровод величественных гор на сотни верст кругом дремал в сизой утренней дымке на горизонте. Темно-синий залив омывал подножия скалистых склонов. Где-то там внизу маленький барк держал курс в бухту прибрежного зеленого поселка. А еще драконы, они кружили над скалой-дракушней, так близко, что дух захватывало. Что говорить, она несказанно рада провести лето в таком живописном месте. Можно смело утверждать: именно оно дало ей душевных сил посетить скороспелую свадьбу брата и вернуться, не затеяв там нелицеприятной ссоры с Региной Устюкиной.
В общежитии привратник сообщил, что «Илья Терентьевич с утреца туточки не появлялся». И Поля направилась в «штаб» седьмой вэйскадры.

Столбы крыльца подпирала парочка знакомых из «семерки» в голубых кителях и при фуражках – вэйскадровцы Елисей Глицкий и Яша Бондарь.

– Добрый день! Ребята, не подскажите, где мне найти Илью Терентьевича?

– Так у Онуфриевича он.

– Начальника по вэй-безопасности? Что-то случилось?

– Да на облете выловили одного подозрительного лишака с бумагами в ларце, похоже важными. Илья и отправился доложить.

О лишаках Полина слышала, так называли колдунов с потенциалом ниже двойки и равным ей. Да уж. Неприятное прозвище, ничего не скажешь. Собиралась задать еще вопрос, когда ее заслон пробили чужие эмоции. Некто остро досадовал, злился, пылал надеждой алчной и злонамеренной. А потом она ощутила определенный интерес. И по опыту поняла, что к ее персоне. Она ожидала восхищение, и оно последовало, да только такое откровенное, что девушка накрыла щеки ладонями и подняла взгляд на окна второго этажа. За ней наблюдал парень. Худощавое лицо, обрамленное черными спутанными волосами. Бесстрастно он рассматривал ее несколько секунд, а потом отстранился от окна. "Восхищение" оборвалось, будто отрезали, и на смену вернулась досада и холодная решимость.

Однако какие у этого пойманного виражи эмоций.

– …А нам охраняй пока этого ушлого, – продолжал говорить Яков Бондарь. – О, вот и Илья Терентьевич!

Поля увидела шагающего к ним Илью и улыбнулась. Он склонил в приветствии голову, а потом невесомо прикоснулся губами к ее ладони:

– Полина Демьяновна, простите, что не пришел в срок. Решается, как оказалось, важный вопрос.

Илья всегда называл ее при посторонних по имени отчеству и на «вы», выказывая тем самым уважение. Как и она его, хотя ей было сложно временами сдержать пресловутое «ты». Как она поняла, родители Ильи до сих пор звали друг друга по имени отчеству, хотя прожили вместе полвека.

– Ничего, Илья Терентьевич.

Он выглядел взволнованым и торопился.

– Сейчас я доставлю задержанного в главный корпус, а потом весь в вашем распоряжении, – дождавшись кивка девушки, он развернулся к подчиненным. – Приведите его! – и уже когда его товарищи скрылись в дверях, добавил шепотом. – Поли, если хочешь, подожди немного, я скоро освобожусь, вместе поужинаем.

Из корпуса вывели того самого лишака. Он оказался высок ростом, как и Илья, только в отличие от него более сухощав и жилист. Лицо его казалось неподвижной маской, если бы не взгляд. В отличие от черных волос, которые словно поглощали свет, чернильного цвета глаза блестели, как острый клинок.

Стоило Полине только окинуть его внутренним взором, она отпрянула. Очень много негатива на карте. Да он почти весь во тьме, объятый всполохами зла, сожаления, зависти, горечи, мстительного устремления. Пришлый действительно опасен. Он как раненый зверь, не знаешь, когда кинется. Надеюсь, Илья это понимает. Она хотела было предупредить, но мужчины уже удалились. Бежать за ними не стала.
Но, помедлив, все же последовала за вэйскадровцами, рассчитывая подождать Илью у главного корпуса в сквере под сенью кедров. Тут ее соседки по общежитию и заметили.

– Эй, Полина Войнова! Ты чего тут? – рослой и статной Аглае очень шла форма курсантки военного отделения. Длиннополый синий китель, узкие брючки с лампасами и легкие сапожки из телячьей кожи, ну и облегченный женский березовый скип на пояске.

– Да Илью Терентьевича верно ожидает, – вторая курсантка Оленька Росина понимающе улыбнулась. Большие с поволокой глаза на круглом будто фарфоровом личике придавали девушке кукольный вид. Она даже двигалась медленно и плавно.