Бастард дракона. Тайное наследие

Пролог

Лия стояла у подножия старых храмовых ступеней, прислушиваясь к шорохам.

Сумерки, тяжелые и синие, наползали со стороны реки, медленно поглощая очертания берега. Лия поежилась от липкой прохлады, пропитавшей воздух горечью прелой ивы, но не сошла с места. Холодное предчувствие беды уже коснулось ее сердца, но она упрямо вздернула подбородок, вглядываясь в пустую дорогу.

На ней было белое шелковое платье – единственное сокровище, оставшееся от матери. Женщины, которую инквизиция так легко стерла в порошок много лет назад.

Лия перешивала его сама, подгоняя старый фасон под девичьи изгибы долгими вечерами при свете огарка. Тогда ей казалось, что этот шелк, бережно хранившийся в сундуке среди сушеной лаванды, принесет ей удачу у алтаря.

Теперь же, в мертвенном свете затухающего дня, ткань казалась пугающе холодной, словно она надела не свадебный наряд, а похоронный саван.

– Он не придет, дитя, – голос отца-настоятеля прозвучал сухим шелестом, едва перекрывая стрекот цикад.

– Конечно, придет, отче, – Лия поняла, что дрожит. – Эдриан просто задерживается.

– Иди домой, Лия. – Священник выступил из темноты портиков. Девушка заметила, что он не надел праздничную белую рясу. – Поверь старому служителю, я тебе добра желаю и обманывать бы не стал, сама знаешь. Он не придет.

– Тогда я пойду к нему сама. – Лия судорожно сжала букетик полевых цветов. Вялые стебли мыльнянки и ромашки уже начали пачкать ладони темным липким соком. – Он обещал мне перед богами!

Старик вздохнул и, не говоря больше ни слова, протянул ей руку. В его ладони белел крошечный листок бумаги.

Лия приняла записку. Кончики ее пальцев, обычно такие чуткие и быстрые при сборе целебных трав, теперь едва слушались.

«Не жди меня. Ты была просто приятным развлечением, Лия. Игрушкой, которую пора вернуть на полку. Глупо было думать, что я женюсь на простолюдинке и смешаю драгоценную драконью кровь с грязным ведьмовским началом. Прощай.

P.S. Возможно, я загляну к тебе в одну из холодных ночей. Вряд ли ты будешь против принять господина этих земель, но на большее не рассчитывай».

Мир вокруг завертелся. Лия почувствовала, как из легких вышибло весь воздух, а сердце пропустило удар. Развлечение. Грязное начало. Каждое слово было как пощечина, от которой горело лицо. Она не заплакала. Гордость – единственное, что у нее осталось, – не позволила ей издать ни звука.

Лия лишь медленно опустила руку на живот, чувствуя под слоями материнского шелка едва уловимое тепло – тайну, которая теперь принадлежала только ей. Эдриан валь Ронт сделал свой выбор и отныне не заслуживал ее знать.

Она подняла глаза на священника.

– Благодарю вас, отче, – голос ее звучал чисто и ровно, хотя внутри все выгорало дотла. – Вы были правы. Он не придет.

Лия аккуратно сложила записку и спрятала ее за корсаж, чувствуя, как бумага царапает кожу. Холодный туман коснулся ее лица, смешиваясь с единственной слезой, которую она не сумела сдержать.

В этот миг Лия поняла: ее жизнь больше не принадлежит глупым мечтам. Она принадлежит этой крошечной искре внутри нее, которую она обязана защитить от мира, предавшего ее сегодня.

И если для этого ей придется самой стать тьмой – она станет.

___
Знакомьтесь, главная героиня Лия

***

Эдриан стоял у высокого стрельчатого окна в кабинете отца, заложив руки за спину. Огни в долине казались крошечными искрами, готовыми погаснуть под натиском наползающего тумана.

Где-то там, у подножия храма, ждала Лия, и мысль об этом жгла сильнее, чем драконье пламя в его крови.

– Твое молчание затянулось, Эдриан, – голос старого графа валь Ронта напоминал хруст сухого пергамента. – Посмотри на эти бумаги. Ты видишь фамилию Гравис? Эти выскочки, эти проклятые промышленники выкупили наши родовые земли за бесценок, пока мы пытались сохранить лицо! Они раскопали шахты, они вскрыли утробу гор, которая принадлежала нам пять веков, и теперь строят свои безвкусные замки на земле наших предков!

Граф с силой ударил ладонью по столу, заваленному долговыми расписками.

– Ты хочешь сохранить величие семьи? Хочешь вернуть то, что принадлежит тебе по праву рождения? Тогда ты возьмешь в жены Беатрис Гравис. Ее отец жаждет титула так же сильно, как мы нуждаемся в его золоте.

Эдриан медленно обернулся. Его лицо, обычно открытое и полное жизни, сейчас напоминало маску, высеченную из холодного мрамора.

– Я дал клятву другой женщине, отец. Моя честь не продается.

В разговор вмешалась мать. Она сидела в кресле у камина, и отсветы пламени превращали ее глаза в два осколка темного янтаря. Ее голос был тихим, но в нем слышался звон металла.

– Твоя честь не покроет наши долги, Эдриан. Зато станет смертным приговором для этой дурочки. Ты думаешь, Гравис-старший позволит какой-то девке стоять на пути его амбиций? Если ты выйдешь из этого дома к своей ведьме, дозорные Инквизиции завтра же объявятся в ее лачуге. Мы легко найдем свидетелей, которые подтвердят любое обвинение. Она сгниет в тюрьме так же быстро, как ее мать, если не окажется на костре еще раньше. Выбирай: ее жизнь или твое благородство.