Бастард. Истина в глазах смотрящего

Глава 15

Столица Антарии. Королевский дворец

Сифрим Третий нервно стучал пальцами по столешнице. Отчёт, который принёс один из рыцарей, ему совершенно не нравился. Слишком много всего вылезло. И это тревожило, не давая сосредоточиться на других делах. Ещё архимаг Конрад Орас вытряс всю душу почти в буквальном смысле.

После того, как его люди ворвались на территорию гильдии, выломав одни из ворот, прошерстили каждый угол, но так и не нашли следов северянина, архимаг со злостью покинул столицу.

Чем это могло аукнуться королевству оставалось непонятным, но явно ничем хорошим. Мало этого, так ещё и тарсийки клятой след простыл. Явно сбежала вместе с этим северным козлом. Король сжал кулак и не удержался — стукнул по столу так, что графин на подносе подскочил.

Не хотелось верить отчёту, но после землетрясения в крайней части города провалилась почва, рухнул старый храм, который всё никак не могли отремонтировать, развалилась часть городской стены. Но не нанесённый ущерб волновал монарха, а гораздо более глубокая, во всех смыслах, проблема. Обвал катакомб, разбор завалов, только начатый, но слишком активный, сплетни, которые уже разгулялись среди народа — вот что стало настоящей проблемой для монарха. Трупы, кости, пыточные инструменты и кандалы с королевскими печатями. Сифрим Третий потёр руками лицо. Громко позвал секретаря, приказал тому отыскать младшего принца.

Поднялся из-за стола и прошёлся туда-сюда, стараясь успокоиться.

Слишком он баловал своих отпрысков. Многое позволял, думал, что с возрастом они перебесятся и станут спокойнее, рассудительнее. И в какой-то момент так сильно увлёкся своими фаворитками и общими делами государства, что упустил момент, когда воспитание ещё могло хоть как-то подействовать.

Наследник превратился в самого жуткого бабника. Даже сам Сифрим побаивался, что рано или поздно права на трон могут заявить бастардыши Сифрима младшего. Как минимум штук десять.

На фоне просто исключительного разнузданного поведения наследного принца, лёгкая, как казалось монарху, увлечённость Тарима алкоголем не выглядела тем, из-за чего можно паниковать. Всё равно Сифрим Третий не планировал никогда второго принца рассматривать как престолонаследника и даже собирался издать указ.

Раздался стук в дверь и послышался голос Тарима.

— Отец, вы желали меня видеть?

— Лучше бы не желал, — пробормотал король Антарии себе под нос и уже громче добавил. — Войди.

Отпрыск славной когда-то династии осторожно вошёл в кабинет отца. Вид имел взволнованный и растрёпанный, как маленький нахохленный воробей.

— Закрой дверь, — приказал король и вернулся за рабочий стол.

— Да, Ваше Величество, — Тарим поклонился и запер дверь, после чего, дождавшись кивка, подошёл ближе и сел в кресло напротив короля Антарии.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? Добровольно, — Сифрим Третий смотрел на сына прямо, хмурился и старался выразить максимальное недовольство.

— Я совершил какой-то проступок? — взгляд второго принца выражал недоумение, но вспотевший лоб ясно выдавал нервозность молодого человека.

— Тебе озвучить весь список твоих прегрешений? — монарх притворно наигранно приподнял брови и усмехнулся. — Ну, тогда слушай.

— Отец! — восклицание молодого человека прозвучало до того жалобно, что это вызвало у короля практически отвращение.

— Заткнись! — Сифрим Третий хлопнул ладонью по столу, второй принц вздрогнул от громкого звука, взгляд его заметался в испуге. — Ты давным-давно заливаешь глаза спиртным с самого утра. Постоянно шпыняешь и держишь в страхе прислугу. Твой характер спесив и совершенно невыносим. Я сомневаюсь мужчина ты вообще или нет. Тарсийка провела здесь достаточно времени, а ты не удосужился даже попытаться затащить эту девку в постель, щенок!

— Но, отец, — проблеял Тарим, вжимаясь в кресло. — Я просто… Не успел.

— Зато кое-чем другим заниматься ты успел! — рявкнул монарх, но тут же понизил голос. — Как ты мог опуститься до такого ужаса? Кто тебя надоумил?

— Я не понимаю, о чём вы, Ваше Величество, — второй принц вцепился в подлокотники кресла ногтями.

— По глазам вижу, что понимаешь, — король Антарии поднялся, упираясь ладонями в столешницу. — Когда это началось? Скольких ты убил? Как далеко ты зашёл? И как смел опорочить честь семьи бесстыдными деяниями? Не боишься гнева Святой Ирвиллы?

— Не боюсь, — внезапно холодно и ровно ответил королевский отпрыск, перестав изображать затюканного и недалёкого юношу.

— Что ты сказал? — у монарха аж горло свело от спазма. — Повтори!

— Кто такая эта ваша Святая Ирвилла? — Тарим медленно поднялся из кресла и посмотрел на отца взглядом полным фанатичного безумия. — Шлюха в белой рясе, вот кто!

— Богохульник! — Сифрим взмахнул рукой.

В тишине кабинета звук пощёчины оказался довольно громким. Король смотрел на своего сына, не зная, что ещё предпринять. Тарим молчал, растрёпанные волосы прикрывали его лицо, падали на глаза. Только губы кривились в неясной эмоции.

Монарх сжал зубы и направился в другой конец кабинета, где на столике находился графин с разбавленным вином. В горле Сифрима першило, он совершенно позабыл об обычной воде, что стояла на его столе. Сделав несколько глотков, мужчина немного успокоился. Длинно выдохнул и, не оборачиваясь к сыну, заговорил.