Бастард с нейросетью: Протокол «вторжение». Том 2

Глава 12. Глаза Бога

Тишина в подземном бункере Особняка была обманчивой. Это была не тишина покоя, а тишина перед детонацией. Мы находились на глубине пятидесяти метров под землей, в самом защищенном отсеке комплекса — «Саркофаге», который мой отец строил для себя, чтобы пережить ядерную зиму или магический апокалипсис.

Ирония судьбы: теперь он лежал здесь не как хозяин, а как самый опасный пленник в истории Империи.

Стазис-капсула гудела, поддерживая температуру абсолютного нуля внутри контура. Андрей Бельский был заморожен, но даже сквозь слой инея и бронестекла я чувствовал его взгляд. Точнее, взгляд Того, кто сидел внутри него. Вирус Бездны затих, отрезанный от сети толщей свинца и нашими генераторами помех, но он ждал. Он знал, что любая система рано или поздно дает сбой.

— Показатели стабильны, — отрапортовала Инга. Она сидела на полу, привалившись спиной к стойке сервера. Её лицо было серым от усталости, кибер-рука подрагивала, выдавая нервное истощение. — Мы заперли его, Макс. Но это временно. Энергия капсулы не бесконечна.

— Нам нужно время, — я стоял перед голографическим столом, который мы развернули прямо на ящиках с боеприпасами. Мое тело ныло. Ребра, сломанные в бою с отцом и добавленные ударом азиатского копья час назад, горели огнем. Левая рука, принявшая удар плазмы, почти не двигалась. Но боль помогала сосредоточиться. — Время, чтобы понять, что происходит наверху.

— Наверху ад, — буркнул Клин. Сержант сидел у входа, разбирая и чистя трофейную винтовку ниндзя. — Связи нет. Город обесточен. Гвардия стреляет во всё, что движется. Мы слепые котята в темной комнате, полной волков.

— Мы не слепые, — возразил я. — У нас просто закрыты глаза. Пора их открыть.

Я достал из кармана чип памяти, вырванный из нейро-порта командира азиатской «Триады». Он был липким от крови и мозговой жидкости.

— Катя, — позвал я.

Волонская сидела в углу, медитируя. Её диадема больше не светилась угрозой — после боя в туннеле и штурма базы уровень доверия вырос. Или, скорее, уровень взаимной зависимости.

— Я здесь, — она открыла глаза. — Фон тяжелый. В Москве паника. Миллионы людей фонят страхом. Это создает ментальный шум, сквозь который трудно пробиться.

— Мне не нужно, чтобы ты сканировала людей. Мне нужно, чтобы ты помогла мне синхронизировать протоколы.

Я подошел к терминалу Модуля «Прометей», который мы перетащили сюда из поезда.

— Доминион использовал спутники для навигации своих дронов. Они взломали имперскую сеть «Око». Но они сделали это грубо, через «черный ход». У меня есть Ключ Предтеч. Я могу войти через парадную дверь.

— Протокол «Зеркало»? — догадалась Инга. — Ты хочешь перехватить управление орбитальной группировкой?

— Я хочу посмотреть на мир глазами Бога.

Я вставил чип азиата в считыватель. Затем приложил руку с Кольцом к панели интерфейса.

[Авторизация: Наследник.]
[Источник данных: Внешний носитель (шифрование Доминиона).]
[Взлом...]

Модуль загудел. Голограмма над столом мигнула и развернулась в сферу.
Это была Земля.
Но не физическая карта. Это была цифровая модель инфосферы.

— Смотрите, — я увеличил масштаб над Москвой.

Город был накрыт куполом тишины. Спутники связи, висящие на орбите, были ослеплены. Их камеры транслировали зацикленную картинку мирного города трехдневной давности.

— Подмена сигнала, — прокомментировала Инга. — Кто-то очень грамотно подменил видеопоток. Для всего мира в Москве все спокойно. Никто не знает про вторжение, про бунт машин, про Вирус.

— Меньшиков, — процедил я. — Он контролирует Центр Управления Полетами. Он изолировал столицу, чтобы никто снаружи не вмешался.

— А что внутри? — спросил Клин.

— Сейчас увидим.

Я активировал Кольцо. Черный камень вспыхнул. Я послал импульс вверх, пробивая цифровую блокаду.
Это было не хакерство в привычном смысле. Я использовал служебный канал Предтеч, зашитый в «железо» спутников еще при их проектировании (многие технологии Империи базировались на раскопках, и инженеры даже не знали о скрытых функциях).

[Команда: Принудительная перезагрузка сенсоров.]
[Приоритет: Абсолютный.]

Картинка на голограмме дернулась, пошла помехами и сменилась.
Мы увидели реальность.

Москва горела.
Но это были не хаотичные пожары беспорядков.
Это были точечные удары.

Красные метки вспыхивали на карте.

— Что это? — Рысь подошла к столу, завороженно глядя на огоньки.

— Это карта боев, — мрачно ответил я. — Смотрите на расстановку.

Синие метки — верные Императору части Гвардии. Они были зажаты в кольцо вокруг Кремля и нескольких ключевых баз.
Красные метки — войска Меньшикова и... неизвестные подразделения.

— Кто это? — я указал на скопление серых маркеров в районе Останкино и Москва-Сити.

— Дроны, — сказала Инга, анализируя сигнатуры. — Тысячи дронов. Это не имперские модели. Это... наши?

Я присмотрелся.
Нет. Это были не мои Синтеты. И не азиатские треугольники.
Это были гибриды. Городская техника — полицейские роботы, строительные экзоскелеты, даже автоматические такси — всё это было взломано и превращено в армию.

— Вирус, — констатировал я. — Отец выпустил его в сеть. Вирус захватил городскую инфраструктуру. Теперь каждый тостер в Москве — солдат Бездны. Меньшиков думает, что управляет ситуацией, но на самом деле он просто открыл клетку.

— Макс, смотри сюда, — Катя указала на юго-восток.

Там, в промзоне Капотни, светилось огромное пятно активности. Тепловой след зашкаливал.

— НПЗ? — предположил Клин.

— Нет. Там что-то строят.

Я увеличил зум. Спутник послушно сфокусировал камеру.
Среди труб нефтеперерабатывающего завода, под прикрытием смога, возводилась конструкция. Гигантская вышка. Она напоминала иглу, направленную в небо. Вокруг неё суетились сотни роботов.

— Излучатель, — понял я. — Антенна.