Бастарды Сибирской Империи 2

Глава 3

Кирилл

Наше триумфальное увольнение произвело в приюте фурор.

Нет, сам факт увольнения никого не взволновал – разве что монахини облегченно выдохнули. Они уже откуда-то узнали, что в городе происходит что-то странное: что по всем заведениям трех купцов идут полицейские проверки и многих уже арестовали, в том числе самих “Петров”. Хоть и не всех.

Нет, фурор произвело наше “выходное пособие” – именно так мы назвали с Лизой деньги, вырученные за крысиные глаза. На эти деньги мы купили даже не одну козу, а целых две, и десяток куриц-несушек. А еще множество вкусностей и две пары валенок для ребят – больше тратиться не стали, чтобы хоть сколько-нибудь средств осталось.

– Кирюш, да как же это? Да откуда же? – всплеснула руками Агафья, когда я бахнул на стол пакеты с мясом и шоколадом – продукты, которые до недавних пор митрофановцы даже в глаза не видели.

– Кого ограбил? – куда менее деликатно спросила Глафира, сложив руки на груди и, похоже, размышляя, сразу меня выставить из дому или сначала отлупить как следует.

– Тетушки, какой грабеж? – сказала Лиза, появляясь в доме с валенками в обеих руках. – Только честно заработанные деньги.

– Честно столько не заработать, – уверенно сказала Глафира. – А ну признавайтесь, чего натворили!

– Просто уволились, – развела руками Лиза. – Правда-правда! Ну, и продали кое-что ненужное заодно.

– Что ненужное? – тут же встала в стойку Глафира. – У нас в приюте нет ничего ненужного!

– Да не переживайте, – отмахнулась Лиза, нисколько не боясь ее гнева. – Мы в приюте ничего не трогали. Продали только свое – так, пару никчемных камушков, которые оказались ценными.

– Камушков? – переспросила Глафира, а потом вдруг побледнела и вытаращила глаза: – Вы что, продали свои артефакты? Продали АРГОЛИТЫ?!

– Нет-нет, артефакты при нас! – поторопилась успокоить ее Лиза и потянулась к цепочке на шее, одновременно бросив мне: – Кирилл, покажи.

Я пожал плечами и выпростал артефакт.

– Батюшки! – охнула Глафира, вновь меняясь в лице. – Агафья! Агафья, ты видишь?

Отвлекшаяся было на содержимое бумажных пакетов низенькая монахиня повернулась к нам, охнула и выпустила из рук сверток с бараниной.

– Ох ты хоспаде! – вырвалось у нее. – Да никак Дары пробудились!

– Я за Феофанией! – бросила Глафира и вылетела из дверей.

Мы с Лизой переглянулись. И тут я заметил, что камни в амулетах, выданные нам, уже не просто слегка светятся, а ощутимо сияют.

“Так это все-таки силомеры”, – понял я, разглядывая свой арголит.

Воспоминание об артефактах для определения магических сил у меня было. Правда, я помнил совсем другие силомеры – круглые белые шарики, что помещались в ладони. И они срабатывали моментально.

Местные же версии силомеров были желтоватыми и, похоже, не могли похвастаться чувствительностью. До меня только сейчас дошло, что в этом мире еще не научились грамотно обрабатывать подобные артефакты. Этим “арголитам” для определения магии потребовалось несколько дней!

А еще непонятно было, излучение какого резерва они показывают: внутреннего неприкосновенного или внешнего мобильного?

“Хотя, если порода необработанная, то наверное, просто реагирует на любую магию, – подумал я. – Этот мир явно отстает в артефакторике по сравнению с моим прежним. А возможно, и во всей магической науке”.

Эта мысль мне понравилась. Ведь с каждым днем я вспоминал о магии все больше и мог бы неплохо устроиться в этом месте – высококлассные специалисты всегда нужны. А быть может, и здорово продвинуть местную науку.

“Если меня не убьют, чтоб не выделялся”, – тут же осадил себя я.

Нет, определенно, мне не стоило “светить” своими знаниями. И так уже в буквальном смысле “засветил” способности, чем поставил монахинь на уши. Если тут наука не развита, то кто знает, не захотят ли местные маги просто “прихлопнуть” конкурента.

– М-ме-е-е! – прервало мои размышления блеяние с улицы.

– Точно! – я хлопнул себя по лбу. – Агафья, мы ж вам животину купили – коз и кур.

– Ох ты ж батюшки! – выдала свое любимое выражение и без того шокированная монахиня. – А куда ж мы их? А чем кормить будем?

– Ну, думаю, разберетесь, – мы с Лизой переглянулись, улыбаясь. – В сарай или в дом, если холодно будет. А зерна мы вам добудем, если серп дадите.

– Серп? – растерянно переспросила монахиня. – Чтобы в поле работать? А где ж вы зерно-то нашли? Ничейных полей тут нет. Неужто все-таки воруете?

– Тетушка, да ну хватит! – оборвала ее Лиза. – Чего вы заладили, в самом деле? Ничем мы противозаконным не занимаемся, как раз наоборот: обманщиков вот на чистую воду вывели.

– Так это вы… – Агафья схватилась за грудь и выпучила глаза. – Ой, что ж теперь будет-то…

– А что будет? – улыбнулась Лиза. – Порядок в городе будет.

– Батюшки святы, батюшки святы… – монахиня, чуть не плача, принялась креститься. – Да они ж вас… ох ты ж… Феофания! Феофания!

И эта монахиня тоже вылетела из дому.

– Вы че тут устроили? – высунулось из соседней комнаты лицо Трофима. – Ой, а чем это пахнет?

Парень шумно втянул носом воздух.

– Праздником пахнет, Трофим, праздником, – сказала Лиза, сверкая зубами. – Давай, зови всех, пировать будем.