Бастарды Сибирской Империи

Глава 4

Маршрут, выданный городовым, оказался прост и понятен. И только один важный момент не уточнил мужчина: приют был очень далеко.

– Я не дойду, – простонала я, оценив расстояние.

После часа ходьбы мы вышли из города, и выяснилось, что та самая церковь лишь едва-едва виднеется вдали, среди холмов и участков леса.

Я и так чувствовала себя слабой и истощённой, а после долгих петляний по улицам силы и вовсе кончились. И теперь, увидев, сколько ещё предстоит пройти… Эх…

– Не сдавайся, – подбодрил меня товарищ по несчастью. – Тут осталось-то всего ничего! Еще полчаса, и мы на месте.

– Да я вижу, что ничего, – сказала я, подпирая руками усталую спину, как старушка. – Но ноги почти не ходят. Я будто сквозь желе продираюсь, с каждой минутой все труднее. И дышать тяжело. Так и хочется прилечь прямо тут, на обочине.

– Наверное, мы с тобой просто ослабли от недоедания, – предположил парень. – Мне кажется, я неделю не ел.

– И у меня в животе пусто, – признала я. – От голода даже тошнит.

– Так что давай немного отдохнем и все-таки дойдем, – подытожил он. – Авось, в приюте покормят, и нам полегчает.

– Хорошо, – согласилась я и огляделась в поисках удобного места для отдыха.

Вокруг раскинулись поля с редкими клочками кустарника. Но в отдалении виднелся и довольно густой лес.

– Смотри, речушка, – я указала пальцем вперед.

Там действительно виднелась небольшая река. Через нее были перекинуты аж два мостика – один старинный, каменный, а другой, наоборот, деревянный. Причем подле каменного берег был пологий и песчаный, а подле деревянного – крутой и заросший кустами.

– Давай вон там на пляже отдохнем, – предложила я, сразу представив, как приятно будет полежать на прогретом солнцем песке. – Умоемся заодно.

Парень проследил, куда я указываю, пригляделся, и вдруг его брови в изумлении поползли вверх.

– Что? – не поняла я и снова поглядела в ту сторону.

– Так странно, – протянул он. – Смотри, дорога раздваивается и вдалеке снова сходится. Причем одна дорогая прямая, а другая – полукругом.

– И что в этом странного? – не поняла я.

Город был на возвышении, и местность впереди была хорошо видна, так что я тоже увидела забавное ответвление дороги, напоминающее беременную мышь. Но не уловила, что здесь не так. Ну, петля и петля.

– То, что прямая дорога местами поросла травой, а грунтовка – хорошо прокатана, – сказал парень. – Зачем люди ездят в обход по длинной плохой дороге, если есть мощеная и прямая?

– Может, на брусчатке трясет слишком сильно? – предположила я. – У телег колеса твердые, без резины. Наверное, по брусчатке неудобно ездить, вот местные и протоптали себе другую тропинку.

– Хм, – протянул парень, оценивая мое предположение. – Но почему такая большая петля?

– Может, по левой дороге земляника растет, – продолжила предполагать я. – Или ключ бьет, и можно воды по пути домой набрать. Да мало ли? Или ты думаешь, что под каменным мостом прячется тролль и требует с путников деньги за проезд?

– М? – парень с изумлением повернулся ко мне. – Тролль?

– Ну, это типа сказка такая, – пояснила я.

– Что, опять в памяти что-то мелькнуло? – уточнил он.

– Ага. Флешбэк, – вспомнила я еще одно подходящее слово и улыбнулась.

А память-то и правда понемногу восстанавливается! Правда, такими темпами я год буду вспоминать все, что забыла. Ну, будем надеяться, что вид приюта подстегнет мои воспоминания, и они всплывут все разом.

– Короче, давай доползем уже до песочка и приляжем, – я постаралась собрать оставшиеся силы на последний рывок.

Парень кивнул, и мы, поддерживая друг друга, поплелись в сторону каменного моста и такого заманчивого песчаного пляжа.

О, если бы я только знала, как долго буду туда идти…

Бз-зь… бз-зь… Шлеп!

Я ударила себя по щеке, прихлопнув назойливо жужжащего комара. И тут поняла, что на некоторое время, кажется, выпала из реальности, а хлесткий удар заставил меня очнуться.

Оглядевшись, я обнаружила, что мы медленно бредем по грунтовой дороге, хотя до этого шли по брусчатке и собирались идти по ней дальше.

– Эй! – окликнула я парня, который шел и смотрел в одну точку на горизонте, ничего не видя. – Очнись! Мы не туда идем.

– А? – он встрепенулся. – Ой, извини, кажется, я задремал на ходу.

– Не ты один. Это все от усталости.

Я дружески похлопала его по плечу, да так и оставила руку, держась за товарища: без отдыха идти было все труднее, и мне уже хотелось просто присесть прямо в пыль на обочину. Но я пока держалась. По крайней мере, за друга.

– Мы пропустили поворот? – наконец и он заметил проблему.

– Я бы сказала, что мы, наоборот, зачем-то свернули в сторону с совершенно ровной дороги, – сказала я, указав назад, где городская брусчатка раздваивалась, и от нее отделялась сельская грунтовка.

– Хм. Что-то я устал, – сказал парень, смущенно почесав в затылке. – Вернемся к развилке или пойдем к пляжу через поле?

– Через поле, – выбрала я. – Зачем возвращаться?

– А тебе ноги не оцарапает? – усомнился парень.

Я глянула вниз, и только тут сообразила, что все это время шла босиком и даже не замечала этого.

– М-да, – протянула я, разглядывая свои стопы – грубые, привычные к босохождению. – Педикюр по мне плачет. Ну да ладно. Зато с такой грубой кожей я и через поле могу.

– Похоже, мы с тобой нереально нищие, – задумчиво протянул парень, оглядев и свои ноги – такие же босые и такие же грязные.

– Или просто любим бегать босиком, – я беспечно пожала плечами. – Но прямо сейчас я хочу не бегать, а полежать. И может быть даже поспать на пляже.

Парень кивнул, мы сошли с дороги и зашагали напрямик через поле к такому заманчивому песчаному берегу. Опять.

– Сволочь!

Я вздрогнула от неожиданно раздавшегося ругательства и закрутила головой, пытаясь сообразить, кто я и где я. Вспомнила, что ничего не помню. Почувствовала, что еще больше устала. А еще обнаружила, что мы опять идем по грунтовке!