Баунтихантер: Ведьмина Топь

Глава 5. Форт Ночи.

За дверью раздался строгий голос:

— Джон Баунти, именем закона города Сеинт-Мария, я приказываю вам открыть дверь!

Джон на миг застыл. Голос был непреклонен, а сам он ещё не отошёл от странного визита Груна. Сердце колотилось быстрее, а руки непроизвольно дрожали. Ковбой обернулся было посмотреть, как там его новоиспечённый друг, но от Груна и след простыл. Герой открыл дверь и сразу же почувствовал, как несколько стражников обступили его.

— Эй! — начал он, но один из них молниеносно схватил Джона за руки, другой за плечи.

Попытка сопротивления оказалась тщетной. Через мгновение Джон уже сидел на коне, связанный, между двумя крепкими стражниками. Ветер бил в лицо, улицы города мелькали мимо, а Джон пытался осознать происходящее.

На дороге, ведущей в лес за городом, его взгляд ловил странные руны, вырезанные на деревьях. Они светились едва заметным магическим светом, и Джон почувствовал холодок по спине:

— Отлично… кто-то явно следит за мной. И, похоже, это как-то связано с теми придурками магами… — Он сжал зубы, пытаясь собрать мысли, пока дорога выводила их всё дальше от города.

Через час пути перед ним возник массивный форт. Каменные стены с высокими башнями нависали над дорогой, словно предупреждая: "Не суйся, глупец". Стражники спешили, а Джон, связанный и наблюдая, как по крепостной стене бегают сторожевые глаза, осознавал: это место готовит ему очередной сюрприз, возможно не один.

Ковбоя провели по двору, наполненному тишиной, пока не остановились перед массивной дверью в центре форта. Стражники открыли дверь, и Джон оказался в просторном зале с высокими окнами.

За длинным столом сидел человек, который сразу привлёк внимание Джона. Он был большой и сильный, с длинными завивающимися усами, его фигура напоминала медведя из гор Пустоты, между прочим, опасное место. В глазах мужчины читалась серьёзность, а каждое движение излучало уверенность и силу.

— Джон Баунти, — сказал мужчина ровным, глубоким голосом. — Меня зовут Барри Хопкинс, капитан Форта Ночи.

Он молча наблюдал за Джоном, словно оценивая каждый его шаг и каждое движение.

— Я слышал о твоих действиях, — продолжил Барри, не спеша. — О том, как ты справлялся с… трудностями.

Джон чуть приподнял брови, но пока не успел ничего сказать. Барри Хопкинс медленно поднялся, его могучая фигура заполняла пространство, а взгляд был устремлён прямо в глаза ковбою.

— Ты показал, что можешь действовать решительно и без промедлений, — сказал капитан. — Мне нужен такой человек. Я предлагаю тебе службу у нас.

Джон напрягся. Он понятия не имел, что значит «у нас», кто эти люди и зачем так внезапно схватили его. Последнее, что он мог терпеть, — это безмолвное молчание и таинственные игры. И с этого момента возмущение прорвалось наружу.

— Мужик, я всё понимаю, НО! — ковбой краснел от злости, слова срывались с него обрывками, словно пули из револьвера. — Ваша кучка придурков ворвалась ко мне в номер среди ночи, не дав мне выспаться, повязали меня как какого-то уголовника, час везли по лесам и болотам, не проронив ни слова… в эту дыру! — он сделал драматическую паузу, огляделся по сторонам, будто ожидая аплодисментов, — и теперь вы после всего этого предлагаете мне работу?

— Да, — уверенно сказал Барри, и его голос звучал так, будто он уже решил исход дела задолго до этого.

Джон почувствовал, как челюсть непроизвольно отпустила контроль, и он буквально замер от наглости мужчины. И всё же, несмотря на весь этот абсурд, он не мог не заметить: подход этих верзил был чертовски… интересным.

— Ну, присаживайся, ковбой, — добродушно сказал капитан, указывая на стул. — Обсудим условия контракта.

— Воу-воу-воу, погоди… — Джон поднял ладони, делая шаг назад. — Как тебя там… Гарри?

— Барри, — спокойно поправил капитан.

— Точно, прости, — ковбой неловко почесал затылок. — Я баунтихантер. Мне не до твоей этой… службы или как ты там это называешь. Я убиваю чудищ за деньги. Не солдат. Наёмник, чуешь?

Он сказал это без вызова, скорее как констатацию факта. Джон смотрел прямо на капитана, проверяя, как тот отреагирует: обидится, разозлится или начнёт читать нотации.

Внезапно капитан рассмеялся так, что казалось — стены чуть не задрожали, а перепонки Джона ощутили сильное давление.

— Ты мне нравишься, баунтихантер, — громко проговорил Барри, вытирая слезы смеха. — Ценю твою честность и свободолюбие.

Он сел обратно на стул, тот от веса сдался скрипом, словно моля о пощаде.

— Пить будешь? — спросил капитан, не сбавляя улыбку.

— Бренди… — Джон только успел произнести это слово, как тут же пожалел. Но мечты стать настоящим ковбоем оказались сильнее любых личных предпочтений.

Сев немного поодаль от капитана, ковбой взял в руки шот с бренди, который только что заботливо налил ему Барри.

— За встречу! — громогласно воскликнул громила и тут же залпом опустошил целую бутылку Эльфийского Эля, так, что Джон невольно вздрогнул.

Ковбой не хотел отставать. Глубоко вздохнув, он сжал шот и принялся уничтожать напиток. На удивление, всё, что почувствовал Джон — это резкое подёргивание всего тела.

Виновата ли в этом железная сила воли или желание не опозориться перед таким мужиком — оставалось загадкой. Но одно было ясно: перед Барри стыдно было показывать слабину.

— Знаешь, ты мне напоминаешь одного старого друга, тоже ковбоя… давненько я его не видел, — сказал Барри, посмотрев в окно. В голосе слышалась тихая ностальгия, почти грусть по былому.

Он встал со стула и подошёл к огромному окну Форта Ночи, задумчиво глядя на лунный свет, который слегка ослеплял Джона.

— Ты ведь знаком со знахаркой? — неожиданно спросил он, не отводя взгляда от луны.

Сердце Джона ёкнуло. Он вскочил со стула и сделал резкий шаг вперёд, дыхание сбилось:

— Ты её знаешь, мужик? Ты знаешь, где она!? — голос ковбоя дрогнул, но в нём слышалась решимость.