Беатрис располагает

14 глава

     Прошло еще полгода. Жизнь вновь вошла в обычную, размеренную колею. Родители Рэчел и Алекса давно остыли, испытывая лишь легкое сожаление о случившемся и о том, что можно было бы сделать, да вот не получилось. Но в любом случае, уже ничего нельзя было поделать.

     Как-то вечером Беатрис сидела за столом, проверяя счета. Она путалась в цифрах, но считала, что ей это полезно. Полезно или нет, но Питер частенько исправлял за ней ошибки и иногда просто умолял не трогать несчастные счета и не запутывать его еще больше. Однако, Беатрис считала иначе, а спорить с ней было бесполезно.

     Стукнула дверь и в кабинет влетел Арчер. Так как обычно он входил куда менее экспансивно, на Беатрис это произвело впечатление.

- Миледи, - пробормотал он, тяжело дыша.

     Женщина поднялась с места, не сводя с него пораженного взгляда.

- Что случилось?

     Наверняка нечто ужасное, если ее невозмутимый дворецкий сам не свой.

- Лорд Вудвилл, - продолжал Арчер в том же духе.

     Беатрис еще с полминуты смотрела на него, ожидая продолжения, а потом вышла за дверь, поняв, что ей его не дождаться.

     Уилл и Томми осторожно заносили Питера в дом.

- Боже мой! - ахнула женщина, кидаясь к ним, - что с ним?

- Кучер говорит, грабители напали, - отдуваясь, отозвался Уилл, - что-то там произошло. Один из них стукнул его по голове дубиной.

- Это серьезно? - Беатрис взглянула на неподвижного мужа и поняла, что серьезно, - вот что. Несите его в спальню. Только очень аккуратно.

     Они кивнули и направились к лестнице.

- Арчер! - женщина обернулась к дворецкому, - за доктором, быстро!

- Он, наверное, уже спит, - робко попытался возразить тот.

- А меня это не волнует. Спит, так разбудят. Вытащат его из постели, пусть летит сюда хоть в ночном колпаке, главное, чтобы свои инструменты прихватил. Немедленно отправь кого-нибудь и не стой столбом.

     Арчер кивнул и скрылся за дверью.

     Беатрис побежала наверх. Она растолкала горничных, велев им заняться раненым под ее руководством. У женщины, оказывается, был кое-какой опыт, как-никак один ее муж умер после дуэли, а второй - от долгой болезни. Но такого опыта Беатрис предпочла бы не иметь вовсе.

     Через полчаса приехал доктор. Он, как и приказывала Беатрис, был одет лишь в плащ, под которым виднелось нижнее белье. Наверное, его как подняли, так и вытолкали и вид у доктора был не слишком довольный, что при желании можно было понять.

- Всем покинуть комнату, - приказал он и подошел к раненому.

     Денизе велел принести воды, чтобы помыть руки. Беатрис осталась в уголке, надеясь, что ее не заметят, но доктор, умудренный опытом, повернулся к ней и повторил:

- Ступайте, миледи. Я должен осмотреть вашего мужа.

- Пожалуйста, - взмолилась женщина.

- Нет, нельзя.

     Вздохнув, она вышла и осталась в коридоре. Не в силах стоять на одном месте, женщина начала ходить от стены к стене, изредка останавливаясь и прислушиваясь.

     Наконец, доктор вышел из комнаты. Вид у него был мрачный и насупленный. Беатрис кинулась к нему:

- Ну? Что?

- Сожалею, миледи, - вздохнул тот, пряча глаза.

- Что значит, сожалею? - не поняла Беатрис, подступая ближе, - что вы хотите этим сказать?

- М-м-м, - промычал доктор, - ваш муж, миледи, скончался.

- Что? - она распахнула дверь.

     Ей хватила одного лишь взгляда, чтобы понять, что Питер мертв. Непонятно каким образом, но Беатрис поняла это сразу.

- Боже мой, - прошептала женщина и опустилась на пол, - этого не может быть.

     Доктор вздохнул, поднял ее за руку с пола и подведя к креслу, усадил в него. Потом вызвал горничную и велел ей принести коньяку.

- Успокойтесь, миледи, - умиротворяющее проговорил он, подавая ей стакан, - ничего не поделаешь.

- Черт подери, - прошипела Беатрис, - а вы тогда на что, хотелось бы мне знать? Вы кто, врач или гробовщик?

- Я врач, но я не волшебник. Ваш муж уже был мертв, когда я вошел.

     Беатрис оттолкнула от себя стакан с коньяком и разрыдалась. Она едва обратила внимание на то, что ее отвели в другую комнату и уложили в постель. Женщина не спала всю ночь, бездумно глядя в потолок. Она не хотела думать, думать было слишком больно.

     Слуги тем временем делали то, что положено делать в таких случаях. Дали знать обеим дочерям хозяйки, которые приехали в дом с мужьями, ошарашенные услышанным.