Беги, Шалаева!

Истории на ночь

После дискотеки Елена Ивановна собрала отряд на "свечку": подвела итоги дня и объявила планы назавтра. Предстояло начать готовиться к родительскому дню, все должны очень постараться, потому что на праздник приедут важные гости. Ребята скептически отнеслись к словам о важных гостях. Они ждали лишь родителей, а до важных гостей никому не было дела.

Все разбрелись по комнатам и начали готовиться ко сну. Тася боялась предстоящей ночи. Чтобы хоть как-то себя обезопасить, она смастерила тот самый домик из простыни, который не раз спасал Валерку в романе.

Леля удивленно следила за действиями подруги:

– Чего это ты делаешь?

– Чего-чего, от комаров спасаюсь. Зажрали совсем. Скоро на леопарда похожа стану, вся в пятнах.

– Да, а меня вроде не кусают, – пожала плечами Леля, но больше расспрашивать не стала.

Тася внутренне вздохнула с облегчением. Она в который раз поблагодарила Шалаеву за стервозность, благодаря которой с ней предпочитали не связываться.

Вожатая прошла по комнатам и потушила свет. Но засыпать комната девочек не спешила:

– Ну что, кто сегодня рассказывает? – раздался один из голосов.

– Я уже не знаю, у меня все страшилки закончились, – кто-то произнес в ответ.

– Не, ну так скучно, – протянул первый голос.

– Я расскажу, – встряла Леля. Тася из-под полога своего домика не видела, а только слышала говорящих. "Только страшных историй мне не хватает", – думала заткнуть уши, но любопытство пересилило.

– Эту историю знают только местные, я случайно разговор подслушала, – страшным голосом начала Леля.

– На этом месте в царское время жили какие-то богачи. Когда пришли красные, они все сбежали, но успели сокровища свои припрятать в заброшенной церкви. Где именно сокровища спрятали, никто не знает, кроме беглых зэков. Они сюда сбегают и сокровища ищут, только не находят, потому что их каждый раз кто-то перепрятывает.

После минутного молчания раздался голос, кажется, Поляковой:

– Теперь я! Жила-была девочка и в её комнате были чёрные-чёрные шторы. Она их меняла на другие, но они всё время появлялись снова. Тогда она решила не задёргивать шторы, привязала их верёвкой сбоку, а ночью появилась чёрное-чёрная рука, развязала верёвку и задёрнула шторы. На следующую ночь девочка опять раздёрнула шторы и привязала их верёвкой. Ночью появилась рука и опять развязала верёвку и задернула шторы. На третью ночь снова всё повторилось, но рука не только задёрнула шторы, но и пригрозила девочке пальцем. А четвёртую ночь, когда девочка опять привязала шторы, появилась рука и бросилась душить девочку, почти задушила, но девочка взяла ножик и порезала шторы, тогда с руки слезла кожа и она превратилась в скелет.

– Ерунда какая-то, – сказала Дворецкая.

– Ничего не ерунда, – обиделась Полякова, – это вообще на самом деле было.

– Теперь я! – Тася сама удивилась неожиданному решению. Откинув полог простыни, она начала:

– В одном старом-старом городе однажды летел по улице красный шарик. Шел по улице ребенок, увидел красный шарик и пошел за ним. Шарик привел его на дорогу, где в земле была дырка, куда вода в дождь стекает. Шарик полетел к дырке, а внутри сидел клоун, он затянул ребенка внутрь и больше его никто не видел. Потом другой ребенок увидел шарик и опять клоун затянул его к себе под землю. Так пропали все дети в городе.

В комнате воцарилось молчание. История впечатлила девчонок.

– А что это за клоун был? – спросила Леля.

– Клоун, который ненавидел детей, потому что они не смеялись, когда он в цирке выступал – придумала на ходу ответ Тася. Сюжета фильма, который только что переиначила в страшилку, она толком не знала, потому что побоялась его в свое время посмотреть.

– Ни за что больше в цирк не пойду, – вздохнула Дворецкая.

– Все, отбой, давайте спать, – озвучила общее желание Леля. История Таси оказалась вне конкуренции.

Тася заснуть не могла. История про клоуна, что так напугала соседок по палате, казалась смешной на фоне того, что сейчас где-то поблизости может бродить настоящий вампир. В своей простыне-палатке Тася не ощущала себя в безопасности. Она с замиранием прислушивалась к тому, что происходит снаружи. Страх сковывал тело. Заснуть удалось лишь к утру. Когда первые лучи солнца зазолотили горизонт, Тася, наконец, уснула. А утро снова началось с пробуждающего окрика вожатой.