Беглая жена генерала драконов

4

— Собирайся. Мы уходим.

Я металась по лавке, скидывая в дорожный мешок самое необходимое: хирургический набор, настойки, смену белья, немного еды. Руки дрожали, и пару раз я чуть не уронила банку с драгоценным эликсиром регенерации.

— Куда уходим? — Марта сидела на табурете, невозмутимо пересчитывая монеты, оставленные генеральскими псами. — В болота? К упырям на полдник?

— Куда угодно, лишь бы подальше отсюда! — я затянула горловину мешка так туго, что побелели костяшки пальцев. — Ты не понимаешь, Марта. Валиан не просто проезжал мимо. Он искал. И он вернется.

— Конечно, вернется, — кивнула старуха. — Ты ему бойца спасла. Он теперь тебе денег должен или, как минимум, благодарность. А генералы не любят быть должными.

— Он меня убил, Марта! — я резко развернулась к ней. — Полгода назад он принес меня в жертву на алтаре! И если он поймет, что я жива... Он не «спасибо» скажет. Он закончит начатое.

Я схватила плащ. В голове билась только одна мысль: бежать. Неважно куда. Главное — исчезнуть до того, как его ищейки начнут копать глубже и выяснят, откуда в Грейхолде взялась травница с руками аристократки и шрамом от ритуального кинжала.

— Да сядь ты! — рявкнула Марта, стукнув клюкой об пол. — Никуда ты не пойдешь.

— Это почему еще?

— А ты в карман загляни. В тот самый, куда «подарок» утренний спрятала.

Я замерла. Страх, на секунду уступивший место суете сборов, вернулся ледяной волной. Я медленно опустила руку в карман. Пальцы сомкнулись на монете. Она была ледяной. Не просто холодной, как металл, а мертвенно-ледяной, словно вытягивала тепло из моего тела.

Я вытащила её на свет. Странный символ — глаз, пронзенный иглой — слабо пульсировал багровым светом.

— Откуда ты знаешь? — прошептала я.

— Я старая, Энн, но нос у меня работает лучше, чем у гончей, — Марта помрачнела, её лицо, испещренное морщинами, стало похоже на печеное яблоко. — В лавке пахнет тленом и лилиями. Так пахнут только они. Кровососы.

Я промолчала.

— Высший вампир, девочка. Древняя кровь. Таким закон не писан, они сами — закон, — старуха ткнула скрюченным пальцем в монету. — И он оставил тебе не просто золото. Это «Вуаль Мертвеца».

— Вуаль? — Я покрутила монету в руках.

— Это артефакт, — пояснила Марта, понизив голос. — Очень редкий и очень темный. Знаешь, почему генерал сегодня тебя не узнал? Почему он смотрел на тебя, как баран на новые ворота, и не мог понять, что не так?

— Потому что я изменилась?

— Потому что эта штука, — она кивнула на монету, — прячет твою суть. Пока этот металл при тебе, для драконьего нюха ты — пустое место. Обычный человек. Монета глушит зов твоей крови, прячет магию, сбивает их навигацию. Ты для него сейчас как невидимка в толпе. Он чувствует, что кто-то есть, но не может понять кто.

Я сжала монету в кулаке. Значит, вот оно что. Этот вампир, дал мне идеальное прикрытие. Щит от Валиана.

— Так это же хорошо! — выдохнула я с облегчением. — Значит, я могу не бояться, что Валиан меня учует?

— Дура, — беззлобно, но веско припечатала Марта. — Бесплатный сыр только в мышеловке, а эта мышеловка захлопнулась еще утром. Вампиры ничего не дают просто так. Эта монета прячет тебя от дракона, но для вампира она светится как маяк. Ты теперь помечена, Энн. Ты для него — забронированный столик в ресторане. Он спрятал тебя от конкурента, чтобы сожрать самому. Или использовать.

Меня передернуло. Выбор был невелик: либо плаха мужа, либо клыки незнакомца.

— И что мне делать? — голос предательски дрогнул. — Выкинуть её?

— Выкинешь — Валиан найдет тебя через час. Твоя аура фонит сейчас так, что её с горы видно. Оставишь — вампир придет узнать в чем дело.

— Прекрасный выбор, — я нервно рассмеялась. — Просто мечта поэта.

— Оставь, — решительно сказала Марта. — От вампира мы, может, и отобьемся чесноком да осиной, а вот от генерала драконов спасения нет. Носи её ближе к телу. И молись, чтобы кровосос не проголодался раньше времени.

С улицы донесся протяжный, вибрирующий звук горна. Он перекрыл шум рынка и лай собак.

— Внимание! Внимание! — разнесся усиленный магией голос глашатая. — Приказ генерала драконов!

Я подскочила к окну, прячась за пыльной шторой. На главной площади, которую было видно в проем между домами, собралась толпа. В центре, возвышаясь над людьми на вороном жеребце, сидел офицер из свиты Валиана. Самого генерала видно не было.

— С этого часа Грейхолд объявляется закрытой зоной! — гремел голос офицера. — Городские ворота запечатаны. Любые попытки покинуть город или проникнуть в него караются смертью на месте. Вводится комендантский час. Всем гражданам подготовить документы для проверки. Мы ищем предателей Империи. Содействие награждается, укрывательство карается казнью!

Толпа недовольно загудела, но быстро стихла, когда драконы, не люди, а огромные крылатые ящеры, кружившие в небе, синхронно издали низкий, угрожающий рык. Я отпрянула от окна.

— Ну вот, — криво усмехнулась я, чувствуя, как внутри разливается холодное, злое спокойствие. Истерика кончилась. Началась стадия принятия неизбежного. —Мышеловка захлопнулась, Марта.

— Проверка документов, говоришь... — старуха нахмурилась. — Твои бумаги я сделала качественно, комар носа не подточит. Вдова Энн Риверс, приехала с побережья. Но если генерал узнает в тебе свою жену…

— Он не увидит во мне Элару, — твердо сказала я. — Элара мертва. Я убила её в себе полгода назад, когда ползла по грязи. Он увидит травницу Энн. Грубую, циничную, пропахшую спиртом и полынью.

Я подошла к зеркалу. К мутному куску полированной бронзы, висевшему на стене. Из отражения на меня смотрела незнакомка. Рыжие волосы (спасибо хне), веснушки (нарисованные соком чистотела), жесткая складка у губ.

— Я справлюсь, — сказала я своему отражению. — Я выживу. Просто назло им всем.

— Энн! — в дверь снова забарабанили. На этот раз стук был не властным, а торопливым, испуганным.