Беглец из декабря

Глава 2

Весь день прошел в суете и раздумьях, а ночь – в слезах и переживаниях.

Наступило следующее утро, обещающее быть таким же серым и холодным, как предыдущие дни. Я стояла у окна, глядя на улицу, где снег хрустел под ногами прохожих. Внутри нарастала тревога, смешиваясь с неуверенностью в завтрашнем дне.

Мои размышления прервал легкий стук в дверь. В комнату вошла служанка Таня с аккуратным узелком в руках.

- Вот ваши вещи, барышня, - сказала девушка, положив узелок на кровать. – Вам предстоит долгая дорога.

Я взглянула на узелок, почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Знаю, что эта поездка станет испытанием не только для моего тела, но и для души. Оставаться в одиночестве в глухом поместье, вдали от друзей и знакомых, казалось невыносимым.

Я обернулась к служанке, пытаясь скрыть волнение.

- Спасибо, Таня. Не знаешь, долго ли продлится путь?

Служанка пожала плечами.

- Около недели, барышня. Дорога непростая, особенно зимой.

Тогда я вздохнула, осознавая, что впереди ждут долгие часы пути, наполненные размышлениями и воспоминаниями. Невольно вспомнила о сестре Екатерине, о девушке Анне, чья загадочная история оставила глубокий след в моей романтичной душе. Эти мысли вновь привели меня к тому саду, который постоянно виделся во снах.

Сердце сжималось от неизвестности. Что скрывают эти сны? О чем пытается рассказать мне подсознание? В глубине души я чувствовала, что ответы находятся где-то рядом, но как их найти?

Вечером, когда солнце уже спряталось за горизонтом, и город погрузился в зимнюю тьму, я села в карету, отправляясь в далекое путешествие. Меня и Таню провожали лишь холодный ветер и тусклые огоньки фонарей, оставляющие позади город, который она знала и любила. Обычно в карете путешествуют утром, но родители отправили нас именно в темноту, чтобы никто из любопытных особ не увидел и не распустил по городу сплетни, которые могут дойти до дяди Бенкендорфа.

Карета тронулась, и я откинулась на мягкую спинку сиденья, закрыв глаза. Мне казалось, что вместе с каждой верстой дороги я оставляю за собой не только Петербург, но и частичку прежней себя. Впереди, наверное, новые испытания, открытия и, возможно, ответы на вопросы, которые меня волнуют.

Я хочу знать про магию больше.

Катя рассказывала, что основные виды магии – стихийные. Огонь, вода, земля и воздух. Ими владеют большинство русских магов, а как дела обстоят во Франции или других странах, она не знала. Выше них ментальная магия и боевая магия. Ниже – бытовая и целительство. Это странно, ведь целительство очень важно… но не я эти порядки вводила, не мне их и осуждать.

В юности Катя интересовалась магией, пока ее не выдали замуж. А после того, как внезапно овдовела, замкнулась в себе. Разве только немного ожила, когда у нас поселилась загадочная госпожа Шишкина, но, когда Катя узнала о своей беременности маленьким магом, ей пришлось бежать прочь. От родителей и от тайной инквизиции, способной причинить ей вред.

Теперь уезжала я.

Но расстояние – не самая большая беда. Хуже будет, если дядя Бенкендорф узнает, что мы, сестры Вильман, имеем непосредственное отношение к магии и привечали бунтовщицу. О том, владеет ли магией сама госпожа Анна Шишкина, я старалась не вспоминать, чтобы случайно кому-нибудь не проболтаться.

- Госпожа, - тонкий голос Тани легко выхватил меня из зыбкого раздумья, - вам передали письмо.

- Что?

- У нас остановка, барышня.

И тут я поняла, что из-за собственных раздумий не заметила, что карета давно встала. Мы выезжали из города, для этого пришлось оказаться в длинной колонне и потихоньку двигаться вперед. Но я точно не ожидала увидеть смутно знакомого мужчину верхом на черном коне.

- Госпожа Вильман? – он тоже узнал меня.

- Господин Данзас? – я ахнула, не ожидая такой встречи. – Вы тоже едете из Петербурга?

- Выполняю служебные обязанности, - ответил он уклончиво, и я не стала расспрашивать. – А вы…

- Меня отправили в имение далеко отсюда, - не стала я скрывать очевидного. – Стихи поэта Пушкина сыграли со мной дурную шутку.

- Не знаю, огорчит вас это или обрадует, - Данзас улыбнулся, - но они сыграли злую шутку и с Александром Сергеевичем. Пушкин – мой друг и сейчас находится в ссылке в селе Михайловском. Кстати, куда вы направляетесь?

- В село Воскресенское.

- В Воскресенское? – удивленно поднял брови Данзас. – Совпадение! Поэт недавно писал оттуда одно из своих произведений... Хотя, боюсь, оно никак не связано с вашим отправлением туда.

Его тон казался задумчивым, словно он хотел сказать больше, но решил сдерживаться. Настроение стало тревожнее, ведь присутствие офицера было странным совпадением.

- Значит, судьба ведет нас обоих туда разными путями, - ответила я тихо, стараясь оставаться спокойной. – Может, наши судьбы переплетены сильнее, чем кажется...

Данзас пристально посмотрел на меня, будто пытался разгадать мои мысли.

- Будьте осторожны, Анастасия Венедиктовна, - сказал он серьезно. – Иногда тайны раскрываются сами собой, а иногда их лучше не трогать.

- Возможно, - ответила я смиренно. – Вы не знаете, где сейчас Екатерина Венедиктовна?

- Увы, наши пути давно разошлись. Она упоминала, что хочет начать новую жизнь вдали от Петербурга, большее мне неизвестно.

Эти слова заставили сердце забиться быстрее. Было ясно, что он знал гораздо больше, чем говорил вслух.

***

Путешествие продолжилось медленно и тяжело. Карета двигалась по заснеженным дорогам, преодолевая глубокие сугробы и скользкий лед. Холод заставлял дрожать даже крепких лошадей, проникал сквозь тонкие стены экипажа, и я зябко куталась в шубу.

Каждую ночь сопровождались кошмарами и мыслями о будущем. Каждый новый день приносил новые тревоги и сомнения. Вопросы мучили душу, не давая покоя ни на минуту.

Наконец, спустя неделю и еще несколько дней, перед глазами появился огромный старинный дом, утопавшее в снегу. Замерзшие деревья склонились над усадьбой, создавая впечатление заброшенности и таинственности.