Беглец отовсюду

14. Исход

Старик вел их через какие-то огороды. Он не по возрасту ловко перемахивал изгороди, при этом не забывая крепко держать Шимму, которая, словно сломанная кукла, болталась у него за спиной.

Кузнец не утруждал себя попытками перелезать через плетни и хлипкие заборчики, собранные из чего попало — он их просто проламывал. Пол бежал последним, держа в голове только одну мысль: «Если кто-то из них упадет — надо будет помогать. Как-нибудь, но помогать». Краем сознания он замечал, что наступили вечерние сумерки, и вокруг быстро темнеет.

Минут через десять такой гонки Доктор с Викулом вломились в какие-то кусты и буквально поперли прямо сквозь них. Пол не отставал.

Вдруг он услышал слабый голос Шиммы:

— Ну всё, Доктор! Пожалуйста! Я могу сама.

Все, как по команде, остановились. Хтоний аккуратно опустил девочку на землю. Ее немного шатнуло, но, нахмурившись, усилием воли она сохранила равновесие и более твердо произнесла:

— Я сама!

Старик кинул на нее быстрый оценивающий взгляд, буркнул «Ну, хорошо» и принялся осматриваться. Викул стоял, как изваяние. С его рук свисали оборванные цепи, запястья были зажаты в стальные браслеты. А на руках в беспамятстве лежала девушка с испачканным сажей лицом. Только теперь немного отдышавшийся Пол сообразил, что это, наверное, и есть дочь Викула Анит.

Доктор заговорил быстро и почти шепотом:

— Так, мы почти на месте. Сейчас ведем себя тихонько, как мыши! До колодца тут шагов пятьдесят... Шимма, Викул! Вы остаетесь здесь и ждете. Пол! Пошли со мной!

Хтоний почти неслышно двинулся вглубь кустарника, прокладывая проход. Пол последовал за ним. Какое-то время они крались, стараясь не шуметь. Вдруг кусты кончились и показался уже знакомый Полу малинник, разросшийся вокруг заколоченного колодца.

— Показывай, где вещи! — прошептал старик.

Пол напрягся, соображая, с какой стороны они с Шиммой подходили к колодцу днем. Наконец сориентировался и пошел вперед. К его облегчению оружие и заплечные мешки нашлись сразу. Доктор закинул за спину шерстяную «трубу» с мечом, пристроил рядом свой мешок и еще один взял в руки. Жестами показал, чтобы Пол надел третий мешок и взял оружие Шиммы. Затем они так же крадучись двинулись туда, где оставили своих спутников.

Как Хтоний ориентируется в темной гуще кустарника, Пол не понимал, но почему-то твердо знал, что старик все делает правильно, точно и безошибочно. И действительно, не прошло и минуты, как они вышли прямо на тот пятачок, где ждали Викул с дочерью на руках и Шимма.

Кузнец сидел на земле, прислонившись к дереву и неотрывно глядел в лицо Анит. Мрачная Шимма стояла рядом и нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Увидев Пола, она буквально вырвала свой меч у него из рук и принялась подвешивать его на обычное место. Закончив с этим возиться, девочка правой рукой попробовала, как клинок ходит в ножнах, заметно успокоилась и уже без резких движений приняла у Доктора один из мешков с провизией.

Старик открыл было рот, чтобы обратиться к Викулу, но тут невдалеке раздался нарастающий шум, затем грохот чего-то упавшего и торжествующие выкрики. Пол обнаружил, что видит на земле тени — свою, Доктора и Шиммы. Он обернулся к источнику света и с ужасом осознал, что над кронами растущих неподалеку деревьев взвился в темное небо огромный факел. Через секунду он сообразил, что это горят чердак и крыша, которые были надстроены над зубцами старой Башни Доктора Хтония.

Старик тоже смотрел на пожар. На его лице было написано страдальческое сожаление. Через несколько мгновений он заморгал, словно ему что-то попало в глаза, снова сделался суров и решителен и отвернулся от тягостного зрелища.

Он проверил экипировку Шиммы и Пола, оглядел себя, пощупал пояс, поправил веревочную перевязь. Вдруг замер и негромко сказал, ни к кому не обращаясь:

— А вот книги не прощу!..

Потом резко выдохнул и наклонился над кузнецом. Потрепав его по голове, Хтоний ласково, как ребенка, начал уговаривать впавшего в ступор богатыря:

— Викул, вставай дорогой, вставай дружище. Держи девочку и вставай на ноги. Пора нам идти, Викул. Пора-пора-пора...

Кузнец оторвал взгляд от дочери и стал смотреть прямо перед собой. Затем, словно загипнотизированный, медленно поднялся и поудобнее перехватил расслабленное тело Анит.

— Молодец, Викул! Молодец, старина! — продолжал нашептывать Доктор, — Теперь иди за мной. Все время за мной! Держись за мной, Викул!

Хтоний обернулся к Шимме и Полу:

— Дети, я иду первым, Викул за мной, вы — замыкающие. Пол! Гляди в оба! Ты понял меня?

Пол понял.

Доктор решительно направился через кустарник по какому-то новому направлению. Кузнец, как сомнамбула, двинулся за ним. Пол и Шимма пошли следом.

Как вышли из городка, Пол даже и не сообразил — старик вел их темными задворками, среди покосившихся заборов, одиноко торчащих из земли кольев и куч мусора. Один раз они прошли по дну дурно пахнущего оврага, который горожане явно использовали как помойку. Затем лезли по каким-то недавно вспаханным и засеянным полям и вдруг оказались в лесу.

Здесь Хтоний жестами остановил их маленькую колонну, повертел головой. Затем посмотрел на небо, на котором наконец появилась спасительная луна, выбрал направление и пошел по еле заметной тропе, махнув другим, чтобы следовали за ним.

Полу показалось, что они шли несколько часов. Вокруг однообразно мелькали деревья ночного леса. Воздух был приятный, даже вкусный, но на душе лежала горькая тяжесть. Пол стыдился. Там — на улице, когда Доктор тащил из Приказного дома обессилевшую дочку кузнеца, Викул дрался с серыми плащами, а с Шиммой случилось вовсе что-то страшное, он растерялся. Он не помог никому и был совершенно бесполезен. Да что там — он просто струсил.