Беглянка для аристократа: новая жизнь в Париже

Глава 14: План спасения "Одеона"

Есть два типа хаоса. Первый — это хаос творческий, пахнущий краской, свежими декорациями и звенящий возбуждёнными голосами актёров. Он живой, он кипучий, и в нём рождается что-то новое. Второй — это хаос административный. Он пахнет пылью, старыми бумагами и безнадёжностью. И именно в такой хаос погрузился кабинет месье Бонара на следующее утро после его… гм, возвращения к светской жизни.

Когда я постучала и зашла, чтобы обсудить последние штрихи к костюмам перед премьерой, я застала его сидящим за столом, который был завален кипами счетов, афиш и каких-то официальных писем с суровыми печатями.

— А, Мари! Заходи, заходи, — он устало махнул рукой, смахивая со лба воображаемый пот. — Ты — единственный лучик света в этом царстве бюрократического ада. Спасибо тебе ещё раз за вчерашнее. Ты спасла не только репетицию, но и мою репутацию. Вернее, то, что от неё осталось.

— Всё в порядке, месье Бонар, — вежливо ответила я, стараясь не смотреть на него прямо, чтобы не смущать. — Актриса из меня так себе, но поддержать порядок я могу.

— Порядок! — он горько рассмеялся. — Вот его-то мне и не хватает! Денег не хватает, Мари!

Месье Бонар с таким отчаянием швырнул на стол пачку бумаг, что несколько листов упали на пол. Я машинально наклонилась, чтобы поднять их, и мои глаза невольно уловили открытый разворот гроссбуха.

— Видишь это? — он ткнул пальцем в длинную квитанцию из винного погребка «У Пьера». — Это счет за шампанское «Вдова Клико»! За дюжину бутылок! И все это — за последний месяц! И не подумай, что это для меня. Нет, это все — для наших драгоценных меценатов, которые вечно чем-то недовольны!

Я молча перевела взгляд на другой счет — из известного ресторана «Максим». Сумма за ужин на шестерых могла бы покрыть зарплату двух костюмеров на месяц.

— А это что? — прошептала я, указывая на расплывчатый чек без печати с неправдоподобно круглой суммой.

Бонар нервно сглотнул и отвел глаза.
— Представительские расходы, дитя мое. Иногда... э-э-э... чтобы уговорить особенно важного покровителя, приходится создавать ему... соответствующий антураж. Уютное спокойное место с милыми дамами, которые умеют слушать...

Он не договорил, но по его пунцовым щекам все стало ясно. Я вспомнила вчерашнюю историю его исчезновения и поняла, что «антураж» явно требует значительных инвестиций.

— И самое ужасное, — продолжал он, с отчаянием проводя рукой по лицу, — городская управа требует увеличить арендную плату на тридцать процентов! Говорят, наш «Одеон» «слишком шумный для этого квартала». Слишком шумный! — он истерически хохотнул. — Мы — театр! Мы и должны быть шумными!

Он схватился за голову.

— Мне нужен гениальный ход. Яркий, блестящий, который заставит наших благодетелей раскрыть кошельки пошире и спасет “Одеон” от банкротства.

Он вдруг поднял на меня взгляд, и в его глазах зажглась та самая искра, которая обычно предшествовала либо гениальной идее, либо полному безумию.

— Я придумал! — воскликнул он, вскакивая. — Мы устроим благотворительный вечер! Но не просто скучный ужин. Мы устроим… модный показ! — Он посмотрел на меня с вызовом. — Исторический. Костюмы эпохи Людовика XVI. Всё должно быть аутентично, до последней пуговицы! Наши богатые дамы обожают играть в аристократок. Они будут в восторге от возможности примерить на себя образ Марии-Антуанетты! А ты, моя дорогая, вместе с Софи разработаешь и сошьёшь эти костюмы.

У меня отвисла челюсть.

—Но месье Бонар, это же колоссальная работа! Историческая точность, ткани, выкройки…

— Я в вас не сомневаюсь! — перебил он. — Ты единственная, кто способен навести порядок в этом хаосе. Ты это уже доказала. Деньги на материалы я вам выделю. Небольшие, но выделю. А теперь беги и вдохновляйся! Иди в букинистические лавки, в антикварные магазины! Ищи эскизы, вдохновение!

И вот, спустя полчаса, мы с Софи пошли в небольшое кафе около театра, где я пересказывала ей этот безумный план.

— Бонар окончательно спятил! — выдохнула я, опускаясь на стул. Воздух здесь пах кофе и свежей выпечкой, но у меня не было ни малейшего аппетита. Софи, напротив, казалась совершенно невозмутимой.

— Спятил? — она заказала два шоколада и уверенно взяла в руку салфетку. — Напротив, он впервые проявил гениальность! Исторический показ — это же блестяще! Мне очень нравится эта идея!

— Блестяще? — я смотрела на неё, не веря своим ушам. — Софи, на это нужны недели работы! Ткани, выкройки, аксессуары... А деньги? Ты не представляешь, в каком состоянии финансы театра!

— Именно поэтому это гениально, — парировала она, доставая из кармана карандаш. — Богатые дамы платят безумные деньги за возможность примерить на себя роль Марии-Антуанетты. Мы можем собрать на этом целое состояние!

На салфетке уже появился первый эскиз — пышное платье с кринолинами и кружевными рукавами.

— Смотри, мы можем использовать некоторые старые костюмы из запасов, — её глаза горели азартом. — Перешить, обновить... А для главных нарядов...

— Для главных нарядов нужен бархат, парча, настоящий шелк, — перебила я её, чувствуя, как меня охватывает паника. — Только на материалы для трёх платьев уйдёт больше, чем Бонар выделил на весь проект!

— Тогда найдём другой выход, — Софи отпила шоколад и посмотрела на меня с вызовом. — Пойдём на блошиный рынок, поищем старые ткани. Может, у кого-то на антресолях пылится бабушкино свадебное платье... Мы же волшебницы, Мари! Мы можем создать чудо из ничего!

Её энтузиазм начал понемногу передаваться и мне. Я взяла новую салфетку и начала составлять список необходимого.

— Хорошо, допустим, — сказала я, чувствуя, как в голове начинают рождаться идеи. — Но это должен быть не просто показ мод. Это должно быть настоящее театрализованное шоу. Со сценой, светом, музыкой...

— Вот! — воскликнула Софи, хлопнув ладонью по столу так, что наши чашки подпрыгнули. — Мы устроим настоящий бал при дворе! Актёры в костюмах будут не просто ходить по подиуму, а разыгрывать сцены! Это будет незабываемо!